Чтение онлайн

Повязка не позволяет посмотреть, проверить. Но я не ошиблась. Его голос успокаивает:

— Матильда…

— Валех? — уточняю, а голос срывается, рыдания самопроизвольно вырываются.

— Подожди! Не дергайся, — снимает с глаз повязку.

Я моргаю. Никак зрение сфокусировать не получается. А он уже руки освобождает. Матерится, когда видит содранную кожу на запястьях.

— Он трогал тебя? — лицо мое обхватывает ладонями, в глаза смотрит.

А я на него. Соображаю, что именно ответить. Стремно так становится, если вспомнить угрозы Марлена, что Вал не будет рад тому, если меня кто-то раньше него потрогает.

Но то, что Мар меня лапал — это не считается или как?

А Валех окидывает меня пронзительным взглядом.

Подол платья до талии задрался. Вся красота на обозрение. Только что трусики Мар снять не успел. Но и того достаточно, чтобы скулы Валеха напряглись. В глазах молнии сверкают. А гром уже в моей груди от мощных ударов сердца.

— Нет! Не трогал! Это правда, Валех! — чуть ли не кричу.

Устала до чертиков! Нервы уже сдали окончательно. Домой хочу, к маме. Но вспоминаю, кто времянку снял, и желание тут же исчезает.

— Идем, — за руку тянет.

Я с трудом с кровати поднимаюсь. Тело ватное, не слушается. Осматриваюсь. Глазами обувь ищу. Но на полу ее нет.

Вспоминаю, что очнулась уже на кровати, без балеток. Видимо, Мар тащил меня на руках, а обувь свалилась.

А сколько я провалялась в отключке? Холодный пот все тело прошибает от мысли, что в это время мог со мной Мар сотворить. А что если… Но трусики на мне были!

— Ох, — выдыхаю, едва с ног не валюсь, но Валех держит крепко. Оборачивается.

— Что не так, Матильда?

— Обувь моя, — лепечу в ответ не то, о чем в тот момент думала.

Если узнает, еще чего вздумает проверить на месте, девственна ли я. Только не это! По крайней мере, не здесь и сейчас.

— Обувь? Другую куплю! Идем, Матильда, — увлекает меня за собой.

А я рот от испуга открываю, когда в смежную комнату выходим. К горлу тошнота подступает от удушливо-сладкого запаха крови.

Возле обеденного стола посреди комнаты на полу тело Марлена. Валех запоздало говорит:

— Не смотри!

Я глаза отвожу. Но картинка уже успела впечататься в мозг. Рот ладошкой зажимаю. За Валехом на цыпочках мелкими шажочками прохожу. С опаской на пол смотрю, чтобы в лужицу крови не наступить.

— Он умер, да? — шепчу отчего-то.

— Жалеешь? — в голосе ирония сквозит, чуть оборачивается, а на губах усмешка.

— Нет. То есть… Из-за меня? Вина теперь на мне?

— Нет, Матильда. Он предал меня, за то и поплатился. К слову, хату у вас по его наводке сняли. Следить за мной, да заодно тебя использовать.

— Меня?

— Как слабое место.

— Ахиллесова пята, — привожу в пример, а в памяти слова Марлена звучат, об отмщении Кайсарову посредством меня.

Но для этого я должна занимать в его душе и сердце хоть какое-то место. А Вал спорил на меня со своими джигитами. Игрался.

Руку выдираю. На крыльце дома останавливаюсь. Валех поворачивается. Смотрит с недоумением.

— Это правда?

— Что именно, девочка?

— Что ты спорил на меня? Проведешь со мной неделю, заводить будешь, но не тронешь. Так? Спорил?

Валех подходит ближе. Смотрит снизу-вверх. Я на голову выше за счет ступенек. Удобная позиция для пренебрежительного взгляда. Еще и руки в боки, чтобы вид более грозный принять.

— На тебя спорить недопустимо. Так сказал! А я…

Не дает договорить. Смеется, чем еще больше из себя выводит. А после делает шаг вперед. Чуть склоняется. Обхватывает меня под колени обеими руками и через плечо перекидывает. Да так быстро, что только охнуть и успеваю…

Свисаю вниз головой. По спине Валеха колочу и кричу:

— Отпусти меня немедленно!

— Тише, девочка! Деревню разбудишь, — по попке шлепает, а после поглаживает.

А у меня кровь к лицу сильнее приливает от мысли, что в коротком платье да в таком положении, на плече у Кайсарова, вид у меня более, чем непристойный.

Одно хорошо: кроме Ройса сопровождения нет.

Это получается, он только с ним против Марлена приехал. Как-то выяснил, где тот скрывается или подсказали. Но спрашивать не собираюсь. Меньше знаю, лучше сплю, это верно.

А Валех к машине подходит, на землю меня ставит. Платье тут же одергиваю под его насмешливым взглядом. Морщусь от того, что в босые ступни камешки острые впиваются.

Кайсаров дверцу открывает:

— Садись в машину!

— Валех, я это…

— Что?

— В туалет хочу, — честно признаюсь.

Удивляюсь, как я не оконфузилась перед Маром за это время, ведь сходить по-маленькому еще в клубе мечтала. На нервной почве обычно у людей недержание, а на меня, наоборот, ступор напал. А теперь все вернулось на круги своя.

— Иди, — позволяет Валех и кивает на палисадник.

Благо уже темень на дворе, а фонари на улице не горят. Только свет из окон дома бросает скудное освещение.

Поджимая пальцы на ногах от соприкосновения ступней с острыми колючками, камешками и прочим природным мусором, я кое-как добредаю до ближайших кустов. Смотрю в сторону машины, но Валех и не думает глазеть на меня.

Кайсарова куда больше интересует труп Марлена, который, по всей видимости, вытаскивают из дома двое. Один из них явно Ройс. Я узнаю рослого парня даже при слабом освещении. Второй мне незнаком. Значит, поддержка все же была или…

Пока я удовлетворяю естественные потребности, в голове крутится вопрос: а тело в машину положат? Наверное, в багажник. И мы с ним поедем? Куда?

Если в первую минуту моего спасения страх улетучился, уступив место облегчению, то теперь по спине пробежал холодок, а здравый смысл вернулся на место.

Кто из этих троих убил человека? Да, Марлен еще тот урод. Мне неслыханно повезло от того, что он тянул время. А ведь мог изнасиловать меня еще в машине, когда украл и по голове тюкнул.