Чтение онлайн

– Она родственница княгини?

– Племянница и воспитанница. Мы росли вместе. Я никогда не думал, что она станет моей женой. До некоторых пор я воспринимал ее как товарища по детским играм. Впрочем, тут совпало много факторов…

– Лидия Ивановна дала за племянницей неплохое приданое? – спросил Ванзаров.

Серж не стал этого скрывать.

– В чем-то я повторил судьбу отца, – добавил он. – Алексей Александрович сделал предложение моей матери не по собственной воле. Его поставили в такие условия, что он не смог отказаться. Да и приданое сыграло свою роль. Не вижу в этом ничего предосудительного. Отец, как и я, не растратил его, а приумножил.

– Успешно вложили деньги. – Ванзаров по-прежнему изучал записки и счета, словно разговор его мало занимал.

Сказано это было столь утвердительно, что спорить не было никакого смысла.

– Мое первое успешное дело, – ответил Серж. – Я получил верные сведения, где будут прокладывать новую дорогу в южном направлении. Оставалось только набраться смелости и купить нужные участки. Я вложил все. Это был риск. В случае ошибки мы бы стали нищими. Но все закончилось успешно.

– Неужели дядя Стива допустил бы, чтобы его племянник разорился? Наверняка он снабдил вас важной информацией, – сказал Ванзаров, как о мелком пустяке. – И так удачно сложилось, что дорога должна была пройти через имение Левина. После чего ваша дружба с Министерством путей сообщения стала крепка, как никогда. Особенно после того, как ваша двоюродная сестра Татьяна Облонская вышла замуж за чиновника Вертенева.

Было неприятно узнать, что этот человек залез в семейные дела столь глубоко и основательно. Серж не стал отрицать, но счел за лучшее сделать вид, что все это самые простые и естественные обстоятельства. Обращать на них пристальное внимание незачем.

– Наше деловое предприятие ничем не хуже других, – только и сказал он.

– А в ближайшее время ему предстоит стать чрезвычайно выгодным. Что за проект вы готовите?

Серж постарался улыбнуться, пояснив, что это является коммерческой тайной и обсуждать это он не имеет права даже с чиновником полиции.

– Да какая тут тайна, – ответил Ванзаров, берясь за новую пачку бумажек. – Все и так ясно.

– Позвольте вам не поверить.

– Исключительно так. Вся секретность связана с тем, что вы готовитесь купить места под… станции петербургского метро. А это такие барыши, о которых и говорить страшно.

Прекрасно владея собой, Серж тем не менее чуть было не бросился на Ванзарова с кулаками. Страшнее этого он ничего не мог представить. Информация об этом проекте хранилась не просто в тайне, но в строжайшей тайне. Столько было желающих ею полакомиться, столько врагов протягивали к ней лапы. А тут вдруг посторонний человек узнает все. Это практически катастрофа… Ему потребовалась сигара.

– Как вы узнали? – спросил он, выплюнув на пол откусанную шапочку и чиркая спичками, не в силах их зажечь.

– Сумма наблюдений. Карта столицы, которую вы так поспешно спрятали от меня. Ваша любовь к местам, по которым будут прокладывать железные дороги. Разговоры в газетах, что и нам после Лондона, Парижа и Будапешта пора бы иметь метро. Плюс давки на улицах и наглость извозчиков. Вот и получается, что ничем иным, кроме проекта метро, вы не могли бы интересоваться. Рискну предположить, что вам известен проект, находящийся на высочайшем утверждении, под который вы уже скупили пару-тройку домиков.

Сигара не желала загораться, огонь только зря жег табак. Серж с силой смял ее в пепельнице, почти раскрошив, после чего сумел кое-как взять себя в руки. Он уже сильно пожалел, что позволил себе подобную вспышку.

– Я надеюсь, что все сказанное останется между нами, – сказал он. – Дело касается таких сумм, что, если проект отменят, я буду разорен.

Ванзаров заверил, что сыскная полиция не имеет привычки влезать в деловые проекты. Но Серж окончательно потерял спокойствие.

– Все, что произошло, ужасно еще и тем, что может бросить на меня тень, – сказал он. – Люди, которые готовы были мне помогать, узнав об обстоятельствах смерти отца, а еще и Левина, могут отвернуться. Меньше всего им нужен скандал…

– Что вы думаете о графе Вронском? – вдруг спросил Ванзаров.

– Я… Что… – начал Серж, стараясь выиграть время, чтобы справиться с мыслями. Но это не потребовалось.

– Сергей Алексеевич, я достаточно осведомлен в том, что случилось с вашей матерью, – сказали ему.

– Стива разболтал?

– Степан Аркадьевич Облонский лишь ввел меня в курс дела, – вежливо ответил Ванзаров. – Так какие у вас отношения с графом Алексеем Кирилловичем?

– Никаких отношений с этим человеком и быть не может, – слишком резко ответил Серж. – Он был причиной того, что случилось с матерью. Это только его вина. Он виноват в том, что отец вынужден был подать в отставку. Я давно его простил, но знать не желаю.

– Граф Вронский не пытался входить в общение с вашим отцом?

– Не знаю и знать не хочу! – крикнул Серж, доведенный до высшей степени раздражения.

– А с молодым графом Вронским вы в каких отношениях?

– У нас нет и не может быть отношений! Я не знаю и знать не желаю эту семью и все, что с ней связано. Разве не понятно?

Ванзаров, словно не замечая, продолжал шуршать листками.

– Как же граф Вронский смог расстаться с дочерью, вашей единоутробной сестрой?

– Это не его дочь! Ани считается дочерью моего отца. Она Каренина, и точка!

– Вы пригласите его на свадьбу Ани?

– Вы издеваетесь?! – взревел Серж. – Еще немного, и я применю силу, не посмотрев, что вы представитель закона.

– Не советую пробовать, – сказал Ванзаров. – Мы в разных весовых категориях. В свободные от ловли убийц минуты я люблю размяться борьбой. Желаете проверить?

Серж только сжал кулаки и медленно выдохнул. Его самообладанию можно было позавидовать. Сказывался большой опыт рискованных операций.