Чтение онлайн

– Что ты хочешь этим сказать?
– голос сорвался и сероглазый брюнет задал вопрос шепотом.

– Я могу помочь. Вы проиграете, если не вмешается кто-то из Богов. Страну ждет голод, если вы быстро не завершите ваше предприятие. А голодные люди не станут воевать, не до того им будет.

– Чем ты сможешь помочь? Ты Бог любви, а не войны. И какой тебе в этом интерес?

– Никакого почтения к божеству, - ехидно заметил Бог.
– У меня есть братик и сестричка, которые имеют необходимую квалификацию. А мои мотивы. Тебе не зачем о них знать. Такой ответ тебя устроит?

– Какую плату ты возьмешь?

– Никакой, - Зейран смотрел прямо, не отводя взора синих глаз от напряженного торна.
– Кроме храма в мою честь. Считай это моей прихотью. И условие, отказаться от нее, - махнул рукой в сторону ложа.

На лице Тумана отразилась мука, настолько болезненно и мучительно рвалась душа на две части. Наконец, с тоской взглянув на прекрасную девушку, решился:

– Я согласен! Свобода моего народа окупит мою боль от расставания с ней. Это две несоизмеримые величины.

– Умный мальчик, - засмеялся Бог.
– Я сдержу слово. Зикор или Зитера выступят на вашей стороне, - отвернулся от собеседника, разом потеряв к нему интерес.
– Открывай глаза, хватит притворяться, что еще не в себе, - коснулся пальцами век Ариадны.

Серые глаза открылись, сережки были сняты давно, пока девушка металась в бреду, Туман боялся, что они могут оцарапать нежную кожу или причинить еще какой вред. Торн судорожно вздохнул и отвернулся, чтобы не видеть грусти во взгляде девушки. Он уже сделал выбор.

– Ты заберешь ее с собой?
– все, что спросил.

– Э нет, так будет не интересно. Ей нечего делать в Светлых чертогах и есть другие причины..., - Бог резко оборвал предложение и перевел тему.
– Она останется пока у тебя, присмотришь, чтобы кто-нибудь еще не попытался сломать мою игрушку. Счастливо оставаться, - и испарился, словно его и не было.

Богам нет дела до людских слез и желаний

В уютной лощинке было тихо, безветренно. Только дождь, первый за несколько дней, тихо шелестел по камням, по траве.

Урбан стоял, задумавшись и мысли были невеселыми.

– Ты звал меня? – мужчина в белом плаще появился за спиной великана.

– Да, звал! – повернулся лицом к Богу Урбан. – Ситуация критическая.

– Не паникуй раньше времени, сын, - ответил Зорет и вздохнул.

– Не паниковать? А что нам делать? Восстание надо глушить на корню. Каждая жизнь мага на счету. А бойня унесет этих жизней слишком много. Мы не можем позволить торнам и аллэрнам такой роскоши. – Тот Чье Имя Под Запретом, сжал кулаки, пытаясь сдержать гнев. – А ты все ждешь чего-то. Чего? Прорыва?

– Нам нужно еще немного времени. Дети не готовы к отлучению, - Бог скинул капюшон. Черные глаза смотрели устало и печально.

– Братцы и сестрицы, - прорычал Урбан. – Избалованные, жадные. Тебе все еще жаль их?

– Они мои дети и их поведение результат моего воспитания, - сожаление звучало в голосе Зорета.

– Скорее результат развращения, - усмехнулся Урбан. – Развращения Силой и вседозволенностью.

– Я виноват, я знаю, - Бог подошел к сыну и положил руку ему на плечо. – Все это давно обговорено, не стоит обсуждать еще раз. Потерпи еще чуть-чуть.

– Терпеть нет времени, - после прикосновении отца, великан чуточку успокоился и взял себя в руки. – Ситуация выходит из-под контроля. Дети вмешались в игру. Зейран взялся помогать восставшим. А девушка не согласится, я думаю. Кто пойдет вместо нее, если она так и не проникнется нашим отчаянным положением?

– Мы не скажем ей все правды, - успокоил сына Зорет. – Ей не зачем знать все. Просьбу, ради возможности вернуться домой, она выполнит.

– В ней нет стремления жертвовать собой ради других. Она не подойдет, - уныло ответил Урбан.

– Ты думаешь, у меня оно было? – иронично осведомился глава всех богов. – А на Зейрана я найду управу. Зикор с удовольствием помешает. Нам все удастся.

– Мне бы твою веру, - гигант выглядел несчастным.

– Ты слишком нетерпелив. И твое нетерпение тем больше, чем ближе урочный час.

– Сохрани жизни аллэрнам, отец, - ответил Урбан. – Они слишком драгоценны для нас.

– Чем-то придется жертвовать. Или кем-то. Но мы постараемся обойтись без лишних жертв. Даже Туман нам с тобой нужен живым. Поэтому мы разыграем игру по-своему, так чтобы использовать силу всех магов, что останутся целы после заварушки.

Зэйран топтался у горного кряжа, о который разбивались буйные морские волны. Зитера не спешила впускать братца в свои владения. Но, вот, скала дрогнула, сдвигаясь с места и открывая темный проход в пещеру.

Бог Любви всегда был равнодушен к горам, поэтому брезгливо поморщившись, шагнул в неосвещенную прихожую. Впрочем Богу не нужен был свет, он видел всю мрачную обстановку, в которой преобладали черный и красные цвета, и так.

– Ну?
– раздался женский голос.

– Что ну?
– насмешливо отозвался Зэйран.

– Зачем пришел?
– невежливо разъяснила сестричка таинственное «ну».

– Разговор есть. Не было бы, не пришел бы, - ответил синеглазый юноша.

– Тогда чего ждешь? Начинай, - сказала Зитера.

– Мне не нравится говорить в пустоту, - Бог Любви сделал недовольное выражение лица.

– Какие мы нежные!
– ехидно проворковала Богиня Войны.
– Говори, давай, или проваливай!

– Не вежливая ты, - с укоризной произнес Зэйран.
– Хоть стул выдели, что ли, скряга.

– Мое терпение на исходе, - предупредила Зитера.

– Хорошо, перехожу к сути, - поняв, что сестричка с ним церемонится не собирается, парень заложил руки за спину, закрыл глаза и сказал спокойным, нудным голосом.
– У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Ты никогда не думала, почему Силы и Веры стало так мало? Так вот, я нашел причину.

– Какой ты умный!
– притворно восхитилась Зитера.
– Я плачу от умиления и восхищения.

– Не ерничай, тебе это не идет, - равнодушно заметил Зэйран, даже не думая обижаться.
– Если тебя не интересует мое предложение, тогда поговорю с Зикором. Как бы сильно он не любил меня, от возможности возвеличить себя и пить Силу реками он не откажется никогда.