Чтение онлайн

А вот кожа светилась волшебным матовым светом. Джед видел такую кожу впервые в жизни. И ни в какое сравнение с ней не шли ни легендарные красотки с журнальных обложек, ни юные розовощекие девицы, ни томные статуэтки из слоновой кости. В свои неполные тридцать лет Мери Кейт О'Лафлин умудрилась сохранить по-детски свежую, дивную кож. И Джед не сомневался: если он отважится протянуть руку над этим проклятым столом шириной в целую милю, то пальцы прикоснутся к щечке более неясной, чем тонко выделанный невесомый шелк его сорочки.

И все это великолепие исчезало под высоким строгим воротником ее блузки. Джед не мог ее видеть, но явственно представлял матово отсвечивавшее тело, скрытое тканью делового костюма.

Джеду пришлось встряхнуться, чтобы вернуться к делу. Он постарался принять независимую позу. У Мери Кейт О'Лафлин уже сложилось представление о нем как о заправском скандалисте. Еще немного — и она окончательно решит, что с ним вообще невозможно договориться.

Между прочим, Джеда задела за живое отнюдь не ее точеная фигура. Скорее всего его тронула тонкая светлая прядь, выбившаяся из гладко зализанной деловой прически и слегка вившаяся над маленьким розовым ушком — совсем как у школьницы. И что-то в манере смотреть прямо в глаза… И конечно, ее признание, что он один сможет сыграть Ларами…

Она казалась Джеду то обжигающе горячей, то холодной как лед. То по-греховному мягкой и податливой, то твердой и неуступчивой как скала. Столь необычная комбинация была на удивление сексуальной, и Джеду захотелось понаблюдать за ней, чтобы разобраться, что в ее облике истинное, а что напускное.

А Кейт тем временем распиналась по поводу своих инвесторов, своей ответственности и о том, как люди начинают нервничать, рискуя деньгами. Ее голос звучал мягко и музыкально, выбиваясь из создаваемого ею образа. А она тем временем рассуждала о том, что сделает слишком рискованную ставку, если заключит с Джерико контракт, и что все ее инвесторы попадают в обморок от страха и все лето будут трястись оттого, что Бомон может погубить их фильм.

Вот так загнула! Уж если на то пошло, то не Джерико, а она сама, Мери Кейт О'Лафлин, — полный новичок в кинобизнесе. Конечно, она доказала свою жизнеспособность в мире скоросшивателей и картриджей для принтеров! Только кинобизнес — это совсем другая история. И если уж бояться, что кто-то из них может угробить фильм, то скорее это будет она, а не Джерико.

И хотя Кейт откровенно упивалась тем, что может в открытую поливать его помоями, Джед решил до поры помалкивать и держать свое мнение при себе.

— Скажите мне, мистер Бомон, как сильно вам хочется получить эту роль? — Стало быть, они снова вернулись к тому, с чего начали.

Джед подавил всплеск досады и наградил ее самой непринужденной улыбкой, вызвав в памяти облик нагого тела, распростертого на измятой постели.

— Вам следует лишь сказать, кого я должен убить! — Ну вот, очередная шутка осталась без ответа. Похоже, у дамочки отсутствует чувство юмора. Джед подался вперед:

— Вы и так отлично знаете, как сильно я хочу сыграть Ларами, мисс О'Лафлин. Так сильно, что пришел на пробы вместе с новичками. Так сильно, что сегодня явился сюда и стал объектом для вашей откровенной неприязни.

Тут он молча чертыхнулся. Ну вот, позволил Джеду выйти из-под контроля.

— Вы заслужили мою неприязнь.

Его снова затопила волна досады и отчаяния, так что пришлось проглотить вертевшиеся на языке злые, язвительные слова, принадлежавшие Джеду. Подумаешь! Не сумела пробиться в актрисы — даже со своим хваленым бюстом, — зато теперь щеголяет в короне из скрепок!

Нет, нет, ему никак нельзя выпускать на волю Джеда! Он сейчас Джерико, а Джерико не обижается на кинопродюсеров — по крайней мере до тех пор, пока те не подпишут с ним контракт.

Несмотря на пять лет абсолютно трезвой жизни, Джед так и не научился подавлять свою вспыльчивость без отупляющего действия таблеток и алкоголя. Где-то подспудно гнездилась мысль, что эта слабость будет преследовать его всю жизнь.

— У меня ни разу не возникло проблем во время съемок фильма «Тугие времена», законченного два месяца назад, — сообщил Джед. — Так что «Обещание» не станет первой работой после пятилетнего перерыва. Если желаете, можете сами позвонить режиссеру.

— Стэну Грогану, — отвечала Кейт. — С ним я уже беседовала.

— И что он сказал?

— Что «Тугие времена» едва ли потянут на полмиллиона долларов. Это третьеразрядный фильм о жизни студентов, и его не стоит даже сравнивать с нашим проектом.

— Однако я ни разу не опоздал на съемочную площадку и выкладывался там в полную силу, — процедил Джед, снова ожесточаясь.

Кейт достала из стола какую-то папку и раскрыла перед собой.

— Я наняла частных детективов, чтобы они опросили членов съемочной группы. С их слов выходит, что вы почти все свободное время проводили в баре.

Частные детективы. Черт побери, еще и это!

— Да, я бывал там — почти всегда за компанию с двумя приятелями — Рино и Терри. Но я не пил. — Джед старался, чтобы его голос звучал совершенно невозмутимо.

— Бармен утверждает, что вы каждый раз заказывали порцию… — Кейт сверилась с бумагами и закончила:

— «Джека Дэниельса»?

Черт! Разве она сможет хоть что-нибудь понять?!

— Я не пил. Мне нравилось на него смотреть, чувствовать его запах, сидеть возле стойки со стаканом в руке.

— Разве для алкоголика это не опасно?

— Да. — Ему пришлось быть абсолютно честным. Иначе он ничего не добьется. — Но я… вообще-то не любитель таскаться по барам. Просто мы были на выездных съемках и больше там пойти некуда. — А кроме всего прочего, он прятался там от Чеслин. Особенно под конец съемок, когда в ход пошли намеки на то, что будет «после того, как съемки закончатся…».

— Меня интересует один случай, — продолжала Кейт. — Он имел место на прощальной вечеринке. Никто ничего толком не видел, но вы вроде бы повздорили с кинематографистом по имени… — она снова сверилась с бумагами, — Остином Францем? Не сочтите за труд рассказать мне об этом поподробнее.

Кейт гордо восседала на другом краю своего проклятого стола, надменно изогнув элегантно выщипанную бровку, и Джед отчетливо понимал: что бы он сейчас ни сказал, ему все равно не поверят. Просто потому, что не желают ничего понимать.

— Это все из-за женщины, — начал он. — Моей партнерши по фильму, Чеслин Росс. Нам и спорить-то было не о чем. Она уже давно улетела в Лондон, и никто из нас ей не был нужен.

— А Чеслин — это та актриса, с которой вы состояли в связи на протяжении предыдущих… пяти недель, не так ли?