Чтение онлайн

Марина облизала пересохшие губы, была бледна, но постепенно стала приходить в себя. У неё был такой вид, будто на кон пошёл её последний рубль.

— У тебя просто нет другого выхода.

— Другой выход есть, — сказал Кашин.

— Какой?

— Убить вас обоих и скормить медведям, — сказал Кашин, улыбаясь, но раскосые глаза были словно льдинки.

Марина посмотрела на меня, от её взгляда у меня на спине выступил пот.

— Вы не посмеете это сделать! — воскликнула она.

— Я намерен сейчас же разделаться с вами.

— Вы опоздали! К нам идет полиция! — она, улыбаясь, указала на окно, и там действительно мимо кто-то проходил.

Кашин, невольно повернул голову и взглянул в окно, рука с пистолетом отклонилась в сторону. В этот момент Марина со всей силы бросила в Кашина тяжёлую вазу, а потом, набросившись на него словно тигрица, ухватилась за кисть, в которой был пистолет.

Левой рукой Кашин попытался ударить Марину в лицо, но я успел помешать, схватив со стола бутылку водки, нанес сильный удар по голове. Он упал на пол, словно подкошенный кабан. Бутылка разбилась вдребезги, и брызги спиртного и стекла попали на Марину и на пол. Она от неожиданности вскрикнула, но пистолет из рук не выпустила, пока мне не удалось её успокоить. Марина приткнулась ко мне. Её дыхание было тяжёлым и прерывистым. Мы смотрели на Кашина не в силах пошевелиться.

— Что с ним? — негромко спросила Марина.

Я взял его руку и нащупал пульс. Я и не думал убивать Кашина, однако это произошло.

— Пульс не прощупывается. Я его убил!

— Успокойся! — жёстким тоном произнесла Марина. — Никто об этом не знает, кроме нас. И не должен знать!

— Надо смываться отсюда! — произнёс я.

— Ты что спятил! Неужели ты не понял, что произошло то, чего мы и хотели? Кашин труп, весь бизнес теперь наш.

Я взглянул на неё. Её красивые глаза излучали радостью. На прекрасном лице не было страха, а лишь выражалось огромное удовлетворение, которое она и не пыталась скрыть.

Схватив Марину, я встряхнул её.

Мы убили его! Нас арестуют. Не думай, что тебе удастся выскочить сухой!

Марина закрыла мне рот своей ладонью.

— Успокойся, Эдик. Я всё улажу. Не нужно нервничать, я прошу тебя. Я знаю, как надо сделать.

— Что ты хочешь предпринять? — спросил я.

— Неужели ты не догадываешься? Обернись.

— Я не могу видеть его лицо! Неужели у тебя нет ни капли сочувствия?

Марина приблизилась ко мне и стала рядом.

— Он нас не пожалел бы, а просто пристрелил. Не распускай сопли.

Марина как-то странно взглянула на меня.

— Его надо утопить, — тихо вымолвила она. — В этом деле нет никакой сложности. Пруд находится рядом в березовой роще. Кашин любил плавать. Все об этом знают. Если сделать всё аккуратно, то никто ни о чём не догадается.

Я глядел на неё, обалдев от изумления.

— А ведь не плохо придумано, не правда ли Эдик?

— Действительно, хорошая идея, при условии, если никто не увидит. Нужно всё сделать ночью.

Я немного стал успокаиваться.

— Постой-ка, дай мне посмотреть на тебя.

Марина внимательно осмотрела мою одежду, убедилась, что на костюме не было пятен крови.

— Милый мой Эдик. Слушай внимательно. Сейчас ты выйдешь отсюда и приложи все силы, чтобы тебя видели как можно больше людей. Поиграй в теннис. Хорошо будет, если ты найдёшь себе приятеля. Но не вздумай волочиться за юбкой, иначе, ни копейки не получишь. Запомни!

— Успокойся! Мне не до девок! — воскликнул я.

— Я тебя предупредила! Мой тебе совет: играй в теннис. Не возвращайся сюда раньше полуночи. Если тебя спросят, не видел ли ты Кашина, то ответь, что видел его с девушкой катающимися в лодке.

— Неужели ты считаешь, что я смогу играть в теннис, после всего случившегося. Ты что совсем спятила?

— Это ты спятил, дурак! Если не хочешь играть в теннис, то иди, искупайся и ступай в бар, посиди там, но не напивайся.

Я тяжело вздохнул.

— А ты чем будешь заниматься?

— Останусь тут. Буду наблюдать за тем, чтобы сюда никто не вошёл.

— Тебе придётся здесь находиться не меньше двенадцати часов.

— Неужели ты считаешь, что будет страшно находиться с дохлым Кашиным? Живых надо бояться.

Мне хотелось быстрее уйти из её домика и не видеть никогда Марину.

— Эдик, не вздумай смыться. Если надумаешь исчезнуть, мне одной здесь не управиться. Ты мне нужен.

— А я и не намереваюсь смываться…

— У тебя в распоряжении двенадцать часов, но если надумаешь сбежать, то я вынуждена буду заявить Мухину, что это ты прикончил Кашина, его не придётся уговаривать, в это поверить.

— Не стращай меня, никуда я не сбегу.

Марина приблизилась ко мне и обвила мою шею. Я еле сдерживал к ней неприязнь, когда почувствовал её прикосновение.

— Эдик, милый, ты любишь меня как прежде? Скоро всё уладится и забудется. Теперь всё будет, как мы хотим. Наше с тобой будущее обеспечено.

Марина смотрела на меня с нежностью. Мне стало невыносимо, и я выскочил из комнаты. В прихожей я оставил свой мобильник и прикрыл за собой входную дверь.

Я прошёл через пустой зал и приблизился к стойке. Витрина из огромного количества разнообразных бутылок пестрела на полках. Из подсобки вышел бармен.

— Который час? — спросил я.

— Четверть второго, — сообщил он и ожидающей вежливой улыбочкой смотрел на меня.

Я изучал витрину.

— Что будете пить? — спросил он.

— Коньяк армянский, — вымолвил я в ответ. — Мне бутылку.

— Пожалуйста!

Бармен поставил на столик бутылку коньяка пять звездочек, открыл ее и налил мне в бокал.

— Благодарю!

Я взял бокал и понюхал, слегка пригубил. Рука дрожала. Коньяк оказался качественным, и я выпил. Горло обожгло огнем. Бармен, внимательно наблюдал за мной.

— Иди, занимайся делами! — сказал я.