Чтение онлайн

— Правда? — Он проводит рукой по своему члену, его внушительная эрекция притягивает взгляды всех в комнате. — Может, я забыл. Как насчет того, чтобы освежить мою память?

Он разваливается в кресле, широко расставив ноги, его рука все еще лежит на паху. Смотрит на меня снизу вверх, провокационно подняв брови.

— Позволь освежить твою память для начала. Ты ведь помнишь, как сильно я люблю публику, когда трахаюсь?

Я держу его взгляд, не в силах заставить свои губы произнести хоть слово.

— Я могу сделать твою жизнь очень сложной, маленькая шпионка, — он повторяет угрозу, теперь без всякой насмешки. Его тон стал холодным и серьезным. — И ты это заслужила. Но я даю тебе шанс искупить свою вину. Начнем с самого простого. Услуга за услугу.

Я хочу закричать, бросить ему в лицо слова, но ничего не выходит. Мои губы безвольно приоткрыты.

— Начнем с того, что ты встанешь на колени и поползешь сюда, — говорит он с ледяным спокойствием.

— Ты не можешь быть серьезным, — выдыхаю я.

— На твоем месте, я бы ухватилась за такой шанс обеими руками, — протянул он лениво.

Мир перед глазами кружится. Мой взгляд выхватывает огромное электронное табло на задней стене, которое показывает обратный отсчет до выхода на съемочную площадку. Больше получаса в запасе. В голове проносятся варианты спасения, но я знаю, что ни один из них вряд ли сработает. Иногда Лукреция навещает гостей перед шоу, но уж точно не сегодня. Во-первых, она отчаянно хочет выглядеть идеально, когда снова встретит Деклана, а во-вторых, она не посмеет. Она знает, что Деклан не терпит, когда кто-то вторгается в его пространство, независимо от их известности или влияния. Хотя маловероятно, чтобы кто-то мог превзойти его в этих аспектах. У него есть большая команда, которая занимается такими вопросами, и он не терпит избалованных звезд, возомнивших себя лучше других.

Его жесткий взгляд требует подчинения. И он не собирается отпускать зрителей — его телохранители перекрыли все выходы. Некоторые из присутствующих неловко переступают с ноги на ногу, в то время как другие наблюдают с явным интересом, как я поднимаю подол платья и медленно опускаюсь на колени, кладя планшет на пол.

Я не отвожу глаз от лица Деклана, лица мерзкого бога. Останавливаюсь между его ног и сажусь на пятки, опуская взгляд на напряженный бугор в его брюках. Вспышка возбуждения проходит через меня, и я облизываю губы. Он издает низкий, рокочущий смешок.

— Ты умираешь от желания потрогать его, не так ли?

— У меня есть выбор? — бросаю я ему, цепляясь за последние остатки достоинства. Щеки пылают, и это видит каждый, кто здесь находится.

— Давай, — требует он. — Доставай.

— Ты же прекрасно понимаешь, что если ты заставишь меня это сделать, я никогда не смогу это пережить.

Он приподнимает дьявольскую бровь.

— Я никого не заставляю. Ты всегда можешь сдаться, сказать: «Да пошло оно все».

— Но ты угробишь мою карьеру, — прохрипела я сквозь зубы, достаточно тихо, чтобы только он смог расслышать.

Его мощные ноги раздвинуты, а в брюках отчетливо выделяется его крупный член.

— Посмотри, где ты находишься, маленькая шпионка. Я бы сказал, твоя карьера и так практически закончена… если ее, конечно, не поддержать.

С этим не поспоришь. Не при всех этих людях, которые смотрят на нас.

Деклан манипулировал не только мной, но и всей ситуацией. Даже если я сейчас встану с колен, плюну ему в лицо и вылечу отсюда, история о том, как я ползала у его ног, умоляя о пощаде, все равно разлетится по всему миру — и уничтожит меня. Я уже пересекла точку невозврата.

— Итак, что будешь делать? — спрашивает он, когда я лишь нервно прикусываю нижнюю губу, а его взгляд падает на нее. — Признаешь, что все кончено, сбежишь и начнешь все заново? Это всегда вариант.

— Ты просишь меня выбросить все, над чем я работала.

— Я ничего не прошу, — мурлычет он, проводя рукой по своему крупному члену через ткань брюк, словно приглашая. Мой язык облизывает верхнюю губу, а трусики становятся влажными. Отвращает, насколько вся эта ситуация меня заводит. Впервые за долгие годы кровь в моих жилах закипает. Так давно я не чувствовала такой ярости, таких эмоций, такой жизни.

— У тебя всегда есть выбор. Я жду, пока ты его сделаешь. — Его взгляд мелькает к часам. — Но у нас не так много времени.

Я смотрю на красные цифры на электронном табло, секунды зловеще мигают, отсчитывая время.

Это не то решение, которое я могу принять рационально, поэтому я поддаюсь инстинктам.

Я собираюсь отсосать у него. И буду наслаждаться этим, как демоница. Он жадно наблюдает за мной, когда мои черные накрашенные ногти наконец цепляются за его молнию. Энергия в комнате возрастает, вокруг раздаются шепоты удивления, скандал и возбуждение наполняют воздух. Моим коллегам даже не нужно ничего говорить — я и так знаю, о чем они думают.

Я расстегиваю брюки Деклана, резко вдыхая, когда его большой член вырывается наружу. Это самое внушительное воплощение мужской силы, которое я когда-либо видела, но что-то изменилось с тех пор, как я видела его в последний раз. В горле застревает сдавленный вдох.

— Все для тебя, Миа, — говорит он дьявольским голосом, прекрасно осознавая эффект. — Я хорошо подготовился к моменту нашей встречи.

Кольца из, по-видимому, эластичной нержавеющей стали обвивают его член, охватывая его напряженную плоть. У Деклана Сантори член такой большой, что заставил бы всех последующих мужчин пасть в отчаяние, но это просто перебор.

— Говорят, ты опытная женщина, — его слова пропитаны ядом, несмотря на видимое спокойствие. — Любишь брать от мужиков то, что тебе нужно. Обожаешь большой член, который тебя заполняет. — Его огромная рука обхватывает мою ладонь и прижимает ее к его хую, холодные кольца больно впиваются в кожу. — Ты же профи, так что считай это новым уровнем. Начнем с того, влезет ли он тебе в рот.

Не дав ни секунды подготовки, без намека на эротику, он хватает меня за волосы, фиксируя голову, и силой вбивает свой член мне в глотку. Все происходит жестко, а мои зубы оказываются паршивой защитой. Кольца бьются о них, заставляя меня открыть рот шире, чтобы пропустить его глубже с первого же захода. Я захлебываюсь, когда он упирается в горло, но его это не останавливает.

Глаза наполняются слезами, когда он сдавливает мой затылок, вырывая из меня еще больше звуков удушья, которые, несомненно, слышат все вокруг. Он делает меня своей шлюхой на глазах у всех.

— Давай, маленькая шпионка, убеди меня не пускать это в заголовки завтрашних новостей, — его ягодицы напрягаются, когда он загоняет себя еще глубже, его рука намертво держит мои волосы. Ему нравится, что это больно. Слезы катятся по моим щекам, но не из-за стыда, который я должна бы испытывать. Не из-за ярости или ненависти. Это просто реакция тела на то, что мой рот грубо заполняет бог, которому я когда-то обожала служить.