Чтение онлайн

— Понимаешь, надо, чтобы наш филиал генерировал действительно свежие идеи. Поэтому я не могу взять в работу твой эскиз, прости. Не думаю, что стоит его показывать шефу. Но ты, Соня, не зацикливайся на неудачах, иди дальше.

— Я не считаю эту модель неудачей, — тихо пробубнила я.

— Извини, если обидела. Ты очень талантливая девочка, Соня. Ты ещё придумаешь массу интересного, не расстраивайся.

Не расстраивайся! Да она меня убила своим приговором!

Я вернулась к столу и засунула эскизы в нижний ящик, чтобы больше их не видеть и не переживать. Затем направилась к манекену, на который накалывала булавками трикотажный топ.

На глазах выступили слёзы. Заявление Даны прозвучало так, будто я подсмотрела у кого-то модель толстовки. Но я ведь специально проверяла в интернете и не нашла ничего подобного!

Как обычно, своим горем я поделилась с подругой. Хорошо, что у меня есть Лиза, она всегда поддержит и успокоит. Вряд ли поодиночке мы бы смогли выжить в столице, не справились бы.

— Да что ты её слушаешь! — возмутилась Лиза. — Езжай к Казанцеву и покажи ему эту толстовку.

— Я не могу действовать за спиной у Даны, так нечестно. Она столько добра для меня сделала.

— Сколько? Отправила тебя к подлой Оксанке?

— Возможно, сейчас Дана права… Моя модель вторична, мне не удалось найти оригинальную идею.

— Твоя начальница просто тебе завидует и боится, что Казанцев заметит твои успехи.

— Господи, как Дана может мне завидовать? Она почти богиня.

— Серьёзно? Богиня? Какая же ты глупышка, Сонь, ничего не понимаешь. Тебе девятнадцать, а она старуха! Видела я твою Дану, когда к тебе в цех приезжала. Ей почти тридцатник, это зашибись какой кошмар.

— Ей всего двадцать семь, не выдумывай, Лиза.

— Вот! Столько не живут. Недаром она так активно пользуется тональником, наверное, есть что замазывать. И губы у неё подколотые. И ресницы приклееные. Не удивлюсь, что и грудь она себе сделала. С её-то деньщижами! Вернее, с деньгами её родителей. Кто у неё папашка? Депутат? Олигарх?

— Бизнесмен какой-то.

— Вот.

— Дана и сама хорошо зарабатывает.

— Столько, чтобы купить такую квартиру, как у неё? — саркастически усмехнулась Лиза. — Для Москвы у неё очень даже скромненькая зарплата. Ты же сама говорила, что деньгами её заваливают родители.

— Ну, говорила. И что? Лиз, да ладно тебе, перестань наезжать на мою начальницу. Она хорошая, милая.

— Сонь, у тебя все милые!

— Даже то, что с её средствами Дана не прохлаждается на курортах, а работает полный рабочий день, вызывает уважение.

— Тогда завтра попытайся её убедить, что твоя модель достойна внимания. Вы же можете сшить несколько штук и посмотреть, заинтересуются ли покупатели. В чём проблема?

— Хорошо, я завтра снова подойду к Дане.

— Дожми её.

— Попробую, — неуверенно произнесла я.

Но на следующий день я так и не решилась поговорить с начальницей и отстоять перед ней свой проект. Мысленно обзывала себя мямлей. Что же я такая робкая? Я же приезжая, должна быть настырной и пробивной. А у меня не получается.

Однако долго горевать не пришлось, потому что внезапно Дана расхвалила экспериментальную модель, над которой мы работали в прошлом месяце. Мы несколько раз переделывали дизайн, и уже смирились с тем, что проект провалился. Но сейчас Дана сообщила, что пробная партия улетела за два дня и модель запускают в производство.

Дана поманила меня в свой кабинет.

— Сегодня утром я была в главном офисе. Кирилл Андреевич расспрашивал, кто это так отличился, и я, конечно, сообщила ему, какова твоя роль. Ты сделала основную работу.

— Да? — Я обалдела от счастья. Дана рассказала обо мне шефу!

— Да, Соня. И… — Начальница загадочно улыбнулась и выдержала долгую паузу. Я уже была готова упасть в обморок. — … директор поручил тебя премировать. Держи. — Дана протянула мне конверт.

— Ой! — Сердце бешено заколотилось.

— Тебе точно это не будет лишним. Бери скорее, что же ты, Сонь. Ты эти деньги заслужила.

— Спасибо, Даночка.

В конверте я обнаружила те самые десять тысяч, которых так не хватало нашему бюджету. Как же повезло — теперь в руках целое богатство.

Зря Лиза наезжала на мою начальницу. Дана очень хорошо ко мне относится и защищает мои интересы. Ведь она могла бы и не говорить боссу, что именно я внесла финальные изменения в дизайн пуховика. Но Дана даже принесла мне премию.

Значит, если она сказала, что с толстовкой я ошиблась, то так и есть. Дана права, моя идея не оригинальна, и лучше не показывать модель Кириллу Андреевичу.

Вечером, когда я добралась до общежития, увидела на пороге комнаты несчастную Елизавету.

— Эх, Соня, — подруга стояла у двери и с тоской рассматривала сапог. — Нужно было пожаловаться Казанцеву не только на разбитый мобильник, но и на рваную обувь. Глядишь, он бы ещё и сапоги тебе прикупил. А ты бы мне их сегодня одолжила.

Я прыснула со смеху:

— Ну ты фантазёрка! Может, надо было ему рассказать, что у нас комната маленькая и душ на первом этаже? А вдруг обзавелись бы отдельной квартирой в Москве? Кирилл Андреевич купил бы нам пентхаус. Или апартаменты в Башне Федераций.

— О-о… Мечта… — вздохнула подруга. — Слушай, а может, я пойду в моих замшевых?

— Ты что?! Они же тонкие, как перчатка, и вовсе не для зимы. Ноги отморозишь и всё остальное. Ещё и поскользнёшься, у них подошва гладкая, шпильки высоченные. Не вздумай!

— Плевать, ничего со мной не случится. Зато буду королевой.

— С ума не сходи! Светка с юридического тоже довыпендривалась, теперь от цистита загибается.

— Ну, пойду, как оборванка, вот в этих. — Лиза с отвращением натянула сапог. — Посмотрит на меня Паша и подумает: и зачем мне эта нищебродка?

На днях подруга познакомилась в метро с парнем, и они в тот же день успели погулять и сделать селфи. Вот это скорость у них! А сейчас, как я поняла, Лиза собиралась на второе свидание.