Чтение онлайн

— И мне. Придётся держать друг друга.

— На десятом мы ещё не мыли.

У нас за четыре года жизни в Москве накопился многообразный опыт подработки. Что мы только не делали! Но на такой верхотуре окна мыть ещё не приходилось. Не грохнуться бы!

— Сонь, наверное, твой Казанцев купил сразу две квартиры — себе и маме.

— Думаю, так и есть.

— Сколько же у него миллионов?!

— Ну, немножко больше, чем у нас, — засмеялась я и перепрыгнула через лужу. На голых ветках деревьев дрожали капельки воды, в них сверкало солнце.

— Сонь, а вдруг мы сейчас зайдём в квартиру, а там твой Казанцев у мамульки чаи гоняет, общается? Что тогда делать?

— Нет, это невозможно. Сейчас Кирилл Андреевич в главном офисе. Всё же разгар рабочего дня, не забывай.

— Но вдруг он вечером забежит проведать любимую мамочку? Ты его увидишь и снова начнёшь страдать. Я этого не хочу. Ты только-только начала его забывать.

Я горько вздохнула.

Лиза ошибается, я ни на минуту не забываю о Кирилле Андреевиче и продолжаю о нём мечтать. Просто в последнее время подруге было гораздо хуже, чем мне, поэтому я постаралась спрятать поглубже свои чувства.

Мы поднялись на лифте на десятый этаж. От волнения у меня пересохло в горле.

— Девочки, здравствуйте, проходите! Как хорошо, что вы пришли, я вас уже жду!

С бешено колотящимся в груди сердцем я вступила вслед за Лизой во владения Аллы Юрьевны и чуть слышно поприветствовала даму.

Мраморный пол в холле, зеркала и картины на стенах, овальный стол из натурального оникса в гостиной, бархатные диваны…

Квартира была так же роскошна, как и её хозяйка.

— Вы Соня, а вы Лиза? — уточнила Алла Юрьевна, очаровательная сероглазая шатенка с короткой пышной стрижкой.

— Наоборот! — бойко поправила даму Лиза.

— Ах, понятно. Вот здесь вы можете переодеться, а потом я покажу вам фронт работ.

В ушах и на пальцах сверкали бриллианты, но украшения не казались вычурными, напротив, смотрелись очень стильно. Узкие брюки цвета лаванды и шёлковая блуза подчёркивали изящную фигуру.

Возраст можно было высчитать приблизительно, мы же знали, что Кириллу Андреевичу двадцать восемь, а его маме должно быть, как минимум, сорок шесть. Однако чисто внешне возраст не угадывался, Алла Юрьевна выглядела гораздо моложе моей мамы, которой тридцать восемь.

Интересно, сколько же ей? А если за пятьдесят? Тогда она выглядит просто сногсшибательно! И как же они похожи с Кириллом Андреевичем, глаза у них совершенно одинаковые.

Мы переоделись, выслушали Аллу Юрьевну и принялись за дело. Зря боялись мыть окна, нам безумно повезло: рамы полностью открывались вовнутрь, нам не пришлось высовываться наружу и балансировать на подоконнике.

В мастер-спальне на комоде я увидела несколько фотографий — на них были запечатлены лучшие моменты семьи Казанцевых: совсем юная Алла Юрьевна с младенчиком на руках, и папа Кирилла Андреевича, и сам босс — сначала малыш, потом подросток. На фото присутствовал ещё один ребёнок Казанцевых, девочка.

Видимо, это та самая сестрица, которая утопила в ванной айфон.

И через минуту я обнаружила эту красавицу в одной из спален. Она с возмущением взглянула на меня, когда я вошла в комнату с ведром и тряпками в руках.

— А стучать тебя не учили? — надменно поинтересовалась кукла Барби, точная копия своего брата, только в женском варианте: тот же прямой нос, чувственный рот, невероятные серые глаза…

— Ой, простите! — испугалась я. — Думала, тут никого нет.

— Она думала, надо же! — скривилась Барби, передразнивая. Видимо, подразумевалось, что существо, типа меня, лишено способности мыслить.

Нервно передёрнув плечами, кукла вернулась к своему занятию. Она стянула в высокий хвост тёмные длинные волосы, которые струились, как шёлк, и принялась перед зеркалом наносить блеск на пухлые губы.

Гламурная штучка уже была полностью одета. Я украдкой осмотрела её. Этот брендовый костюмчик стоит, наверное, в двадцать раз больше, чем весь мой гардероб.

— Так, шкафы не открывать, в ящиках не рыться. Это ясно?

— Даже и не собиралась, — пожала я плечами.

— К косметике моей не прикасайся. К парфюмам — тоже.

— Боже упаси.

— Но под кроватью чтобы помыла. И диван отодвинь, не ленись.

— Хорошо, обязательно.

Когда неприятная красотка вышла из спальни, обойдя меня как предмет, я удивлённо покачала головой: надо же, какие разные брат и сестра!

Слышала, как девица недовольно выговаривала в холле Алле Юрьевне:

— Мам, ну что ты затеяла?

— Вероника, так у меня же завтра девичник, подруги придут. Надо подготовиться.

— Откуда взялись эти девицы? Мам, пускаешь в дом непонятно кого. А если что-то пропадёт?

— Ой, Ника, прекрати. Чудесные девочки, нам их прислала Дана, она за них поручилась. Всё будет хорошо.

— Ладно, пока. Вернусь поздно, Марк меня подвезёт.

«Интересно, как Марк терпит эту кобру? Или ему нравится, когда его опрыскивают ядом?» — задумалась я.

До девяти вечера мы упирались изо всех сил, однако надраили всю квартиру до блеска. Мама Кирилла Андреевича приняла работу — обошла все комнаты, во все углы заглянула.

— Всё, Алла Юрьевна, приглашайте подружек, в доме идеальный порядок, — отрапортовала Лиза.

— Ах, девочки, вы такие умнички! Сонечка, вот здесь ещё немного потри, я вижу пятнышко… Лизочка, а ты вон там, около плинтуса, видишь? Да, да. Так, теперь чудесно.

Госпожа Казанцева вручила нам честно заработанные восемь тысяч. Мы добыли их тяжёлым трудом, это было жёстко, очень!

Алла Юрьевна так ласково разговаривала, что поначалу казалась пушистой кошечкой. Однако позже стало ясно, что внутри у неё кроется стальной стержень. Она реально нас умотала, когда своим нежным голосом заставляла без конца перемывать и переделывать.

Моя коса растрепалась, я взмокла, и была совершенно без сил — кости ломило, все мышцы ныли. А что будет завтра, даже страшно представить.

Лиза тоже выглядела как выжатый лимон.

Эх, сейчас бы в душ… Но сначала надо добраться до общаги, здесь-то нам не позволят помыться — в этом сверкающем мраморном царстве!

А если бы Алла Юрьевна позволила, то потом заставила бы нас заново натирать зеркала, раковину и душевую кабину.

Ладно, потерпим до общаги.

Но не успели мы переодеться, как в дверь позвонили, и спустя минуту в квартиру вошёл…