Чтение онлайн

– Это будет весело, – заверила она меня.

Я подарил ей озорную улыбку.

– Могу ли я убедить тебя пойти в театр?

Она засмеялась, игриво хлопнув меня по руке.

– Ты такой извращенец. Может быть, если тебе очень сильно понравится девчачье кино.

Я осыпал ее прекрасное лицо поцелуями.

– Быть с тобой в темноте: мне это не просто нравится. Меня это заводит.

– Мне нужно пойти и забрать машину! – запротестовала она, пытаясь вырваться.

Но я не дал ей сделать это, и она была вынуждена сдаться.

– Я отведу тебя туда. Как далеко?

Она посмотрела вниз на улицу.

– Всего в нескольких кварталах отсюда.

Я хмыкнул недовольно.

– Этот придурок живет рядом с моей мамой?

– Он живет в Риверфронт Парк, – небрежно отметила она.

Я присвистнул.

– Та высотка весьма дорогое жилье.

– Очень милое место, – как-то неопределенно прокомментировала она.

Остановившись, я развернул ее лицом к себе.

– И его спальня тоже милая?

Она издала раздраженный вздох.

– Придержи свою ревность, Калеб. Ты даже не мой парень.

Вырвав свою руку из моей, она пошла чуть впереди. Я следовал за ней, на шаг позади и прихватив ее за плечи.

Пока мы ждали на углу своей очереди, чтобы преодолеть перекресток, она сказала:

– О да, его комната как из журнала, профессионально оформлена в разных оттенках серого.

Я заметил, что она старалась не улыбаться.

– Почему, черт возьми, тебе понадобилось видеть его комнату? – раздражено проворчал я.

– Я помогала ему выбрать, что надеть в клуб.

Как будто Ян не одевался самостоятельно все эти годы.

– Он не тот тип, с которым ты должна болтаться.

Ее смех вырвался наружу.

– Он, такой же, как и ты. Может быть, ты не тот тип, с которым я должна болтаться.

И, правда, но мне наплевать.

Я наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку: не мог насытиться ею после того, как мы так долго были порознь.

– Ты придешь в следующую субботу?

Ее хмурый взгляд не радовал надеждой.

– Ещё не знаю, посмотрим. Я должна была встретиться с Яном.

Я застонал, желая, чтобы Ян провалился в ад.

Её лицо просветлело.

– Эй, может быть, мы сможем потусить все вместе!

Нет, это я был тем, кто был в аду. А Ян был дьяволом.

– Не прокатит, детка.

Мы подошли к высотке, где жил Ян, и Джанна настояла на том, чтобы поздороваться с ним. Я не понимал: по какой такой причине, она чувствовала себя неловко из-за того, что оставила его прошлой ночью. Вот я чувствовал себя очень даже хорошо.

Она также настояла, чтобы я вернулся домой, не дожидаясь на улице, пока она снова спустится вниз. Прежде, чем мы расстались, я поцеловал ее – напоминая о себе. Наблюдая как она поднимается к этому придурку, мне удалось удержаться от истерики и просто притвориться бессловесным дерьмом.

И с чем только не готов мириться парень во имя любви.

ДЖАННА

В следующий субботний вечер я снова была на закрепленной за мной платформе, танцуя в клубе, пытаясь отрешиться от всего остального мира. Пытаясь притвориться, что танцую в полном одиночестве, отгородившись ото всех, кто находится ниже: на танцполе. Удивительно, как все ваши проблемы могут обрушиться на вас одновременно. Или точнее, все они могут объявиться у вас на работе в одно время.

Хорошо, я слегка драматизирую. Некоторые из проблем в данный момент здесь не присутствуют. Из счастливо отсутствующих можно было обозначить мою гиперконтролирующую мать, экс-бойфренда психопата Джоша и новоиспеченного экс-бойфренда Сета.

В понедельник в школе, Сет воспринял разрыв хуже, чем я думала. Проведя прошлую субботу и утро воскресенья с Калебом, я знала, что совершенно неправильно продолжать встречаться с Сетом. Несмотря на то, что сердцем я никогда и не была с Сетом, технически я все же ему изменяла.

Не то, чтобы я когда-либо планировала рассказать ему об этом. Достаточно того, что я и так чувствовала себя виноватой. И буду чувствовать себя еще хуже, если он будет думать, что я шлюха. Я решила порвать с ним, чтобы освободить его, чтобы он мог быть с кем-то, кто заслуживает его. Он милый парень, и станет хорошим бойфрендом для другой девушки.

К сожалению, Сет воспринял разрыв как потерю той единственной девушки, с которой он хотел быть. Его глаза наполненные слезами, и мольбы заставили меня чувствовать себя некомфортно. Когда я порвала с Джошем, это случилось так просто. Он вел себя, как удушающая лиана, поэтому я не стремилась быть внимательной к его чувствам, когда бросила его. Однако с Сетом все было иначе: я обняла его с просьбой остаться друзьями. Когда он ответил да, я была удивлена тем, какое облегчение почувствовала внутри. Я искренне любила Сета как человека. Это было слишком тяжело, вот неужели я не могла полюбить хорошего парня вместо того, чтобы влюбиться в самого худшего из плохих парней.

Хотя, Ян мог дать Калебу фору по деньгам в их департаменте плохих мальчиков. Серьезно, порознь они смотрятся как-то получше. Джош по-прежнему следил за мной взглядом большинство дней в школе. Парню действительно нужно обратиться к психиатру, чтобы получить кое-какие лекарства. Моя мама, вероятно, сможет дать ему некоторые рекомендации.

Она сводила меня с ума всю неделю. Интуиция матери заработала с удвоенной силой, и она как-то почувствовала возвращение Калеба в мою жизнь. Она постоянно спрашивала меня, не говорила ли я с Калебом, требуя, чтобы я держалась от него подальше. Она знала про мою работу, но не задавалась вопросом, как я получила ее. Была так рада освободиться от Калеба, так рада, что я порвала с ним, что была согласна на все что угодно. Когда я не явилась ночевать домой в прошлую субботу, то сказала ей, что провела ночь у Сиси.

Мне очень хотелось бы посмотреть на реакцию моей матери, если я вдруг приведу домой кого-то из школьных торчков. Может быть, мне найти парня, у которого татуировок и пирсинга еще больше, чем у Калеба. Или рэп-лист на десять страниц. Что касается Калеба, ну, он все еще находился в неопределенности с самим собой. Смущая меня до чертиков, и тем самым заставляя меня желать его еще больше. Если бы только он не был так горяч, и я не сходила бы по нему с ума.

Прошедшие выходные были такими неожиданными, но, скорее всего, совершенно неизбежными. Он поклялся, что не было никаких девчонок, с тех пор как появилась я, и что их не будет, пока я буду дарить ему один день в неделю. Феминистка, спрятанная где-то глубоко внутри меня, хотела врезать ему за это.