Чтение онлайн

Она повернулась к капитану и сделала неловкий реверанс.

— Спасибо, кэп.

— Не за что. — Хью вежливо кивнул, но не ушел. Они остались — капитан и Меггс — в маленьком желтом круге света, отбрасываемого единственной свечой. Повисло напряженное молчание.

Меггс смотрела на капитана, остановившегося в дверном проеме, и ей казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди и покатится по полу. Вся кровь прихлынула к лицу. Что она должна сказать? И что скажет он? Что он собирается делать?

Капитан стоял спокойно, глядя на нее проницательными ледяными глазами, и по его лицу невозможно было прочитать, о чем он думает. Наконец его губы слегка дернулись, словно он хотел что-то сказать, но пока еще пробовал свои слова на вкус. Или как будто он планировал…

И снова у Меггс внутри что-то затрепетало. Надежда? Или это несварение желудка? Ей не хотелось разбираться. Только не сегодня. Поэтому она еще раз кивнула и, слегка потеснив капитана, закрыла дверь перед его носом.

Она задвинула засов и остановилась. Может, он что-то скажет? Или сделает? Хотя бы что-нибудь.

Но за дверью было тихо. Прошло довольно много времени, прежде чем она услышала звук удаляющихся шагов.

Меггс перевела дух и медленно пошла по крошечной комнатушке, прикасаясь ко всему, что попадалось под руку. Глаза и руки работали вместе, подтверждая реальность, материальность каждого предмета. Все было реальным. Она присела на край кровати, чтобы испытать матрас, который чуть-чуть осел под ней, погладила взбитую подушку и мягкую ночную рубашку, которую миссис Таппер оставила сложенной на кровати. Женщина подумала обо всем. Такая забота вызвала горячее чувство благодарности, от которого в горле встал ком.

Прошло уже бесконечно много времени с тех пор, как о ней кто-то думал, заботился. Впрочем, в данный момент она теряет время на сентиментальные воспоминания. Лучше воспользоваться роскошной кроватью и как следует выспаться. Но сначала она должна убедиться, что с Тимми все в порядке.

Мальчик свернулся среди многочисленных одеял, как уставший щенок.

— Меггс, — улыбнулся он, увидев сестру, — разве это не рай?

— Постарайся не привыкать к этому.

— А почему? Все же хорошо! Мы можем есть сколько угодно. Мы здесь только один день, а я уже вырос на целый дюйм. Так говорит миссис Таппер.

— Она добра к тебе только потому, что мы нужны капитану для работы.

— Тебе он не нравится? Почему ты не можешь быть с ним приветливой? Ведь если ты ему понравишься, мы сможем остаться здесь навсегда и работать на него.

— Все не так, Тимми. И не имеет никакого значения, нравлюсь я капитану или нет. Он нанял меня — нас, — чтобы выполнить определенную работу. А потом он снова уйдет в море. Миссис Таппер говорит, что у него всегда был свой корабль, но потом ему едва не оторвало ногу, и он был вынужден долго лечиться на берегу. Как только он поправится и закончит все свои дела, он вернется на корабль.

— Круто! Собственный корабль! — Тимми широко зевнул. — Все равно это было бы здорово.

— Хм. Спокойной ночи, мой Таннер.

— Меггс! Останься со мной.

— Конечно, милый. Я только сниму фартук и сразу вернусь.

Простое рабочее платье, которое Сам выдал ей, затягивалось на шее шнурком. Корсет зашнуровывался спереди, как обычно бывает в одежде для слуг. Поэтому она в момент избавилась и от того, и от другого. Раздевшись до рубашки, она повесила платье и нижнюю юбку в изножье кровати, еще раз проверила засов и сняла рубашку. Теперь можно было помыться теплой водой и мылом.

У нее уже много лет не было ни возможности уединиться, ни чистой одежды, по-настоящему чистой. Ночная рубашка была новой — ее еще никто и никогда не носил, и ей хотелось подольше сохранить ее такой. Конечно, она впервые за долгие годы приняла настоящую ванну и была чистой, но все равно лучше помыться еще раз. После этого она вдохнула чудесный аромат собственного тела и улыбнулась.

Однако становилось прохладно. Меггс натянула ночную рубашку, пробежала несколько шагов по коридору и легла рядом с Тимми. Было так приятно растянуться на чистой мягкой простыне. Одеяла — их было два, прекрасно согревали, а их вес давал ощущение комфорта и безопасности.

Он ничего не понимал, этот богатенький капитан. Господи, подумать только обо всех годах, когда они не имели ничего — в лучшем случае грязный тюфяк на полу и изношенное до дыр одеяло, одно на двоих. Старуха Нэн была в общем неплохой женщиной, но у нее никогда не было простыней. Одних только простыней было достаточно, чтобы Меггс забыла о своей обиде на Тимми и обо всех остальных проблемах.

Боже, она бы не задумываясь продала душу, и не единожды, за один только шанс быть чистой, сытой, спящей в тепле и в настоящей постели.

Она возьмет деньги, и все будет кончено. Но капитан вроде бы говорил, что все ее грехи будут прощены. Если так, она покинет Лондон, зная, что сможет жить дальше спокойно, поминутно не оглядываясь через плечо, не ожидая, что дамоклов меч вот-вот обрушится на ее шею.

Все это она уточнит завтра. И настоит на гарантиях. А пока она позволит себе опустить голову на мягкую пуховую подушку и ненадолго забыться. Завтра наступит уже скоро.

Хотя кто знает, как сложатся обстоятельства. Нет смысла рассчитывать на лучшее. Что-то всегда может пойти не так.

Второй день опеки над парой воришек стал настоящим адом — скучным и утомительным. Мальчик получил небольшую травму, когда они следили за лордом Гарольдом Каммингсом. Глупейшая ошибка. Повинуясь случайно оброненному слову Хью, Таннер налетел на телегу пивовара и в результате столкновения с ней разбил нос. Не удержавшись на ногах, он заработал еще и шишку на затылке размером с гусиное яйцо.

Тимми отнесся к случившемуся совершенно спокойно и лишь немного похныкал, пока Хью вытирал носовым платком текущую кровь. К счастью, удар оказался недостаточно сильным, чтобы вызвать сотрясение мозга, — Хью вполне хватило забот и тревог, связанных с Меггс.

К тому времени как они вернулись домой, нога Хью болела так, словно ее полили кипящей смолой. Войдя в кухню, капитан обратил внимание на движение в саду.

Меггс, вероятно, помогала со стиркой и торопилась закончить, пока день не сменился ранними зимними сумерками. Был понедельник, и по расписанию миссис Таппер, которому неуклонно следовали все в доме, следовало выстирать и высушить белье. Вероятно, этого же расписания придерживалось большинство жителей квартала, поскольку возле почти всех домов на веревках сушилось самое разнообразное белье всех цветов и размеров.