Чтение онлайн

— Очень жаль. Ну, в таком случае я подожду в машине, — сказал он.

Она кивнула.

Он повернулся, взялся за дверную ручку, затем не удержался и оглянулся.

— Ты по-прежнему собираешься выполнить наше соглашение, не так ли? Провести два дня и три ночи… в моем доме?

Она проглотила его колкость. Он приглашает ее в свой дом, хотя она не пустила его в свой.

— Только потому, что ты настаиваешь.

— Где твои вещи? Я захвачу их.

— Спасибо. У меня только легкая дорожная сумка.

Он коротко кивнул и покинул квартиру.

Сердце Дженифер сжалось. Он не заслуживает такого отношения. Ему нужна женщина, которая будет боготворить его и заниматься любовью при каждой возможности. Но она, Дженифер, никогда не будет этой женщиной.

Глава пятая

Трев понимал, что не имеет права злиться. Она с самого начала не жаждала его общества и поддалась на его уловку с наймом на работу. И с чего он решил, что будет желанным гостем в ее доме?

Трев не винил Джен за то, что она провела границу между личной и «профессиональной» жизнью. Значит, она не водит клиентов к себе домой, но и не отрицает, что он был ее клиентом три дня назад. Почему же она должна видеть в нем кого-то другого?

И все же, когда он сидел, дожидаясь ее, в своем роскошном арендованном седане, у него непроизвольно сжимались кулаки: хотелось ударить. Но кого? Ее? Она-то его ударила, и прямо в сердце.

«Ты клиент. Был и будешь только клиентом». Но с какой стати это его волнует? Разве он напрашивался на что-то иное, личное? Разумеется, да — такая женщина не проститутка! Ей не к лицу эта профессия.

Он закрыл глаза. Воспоминания о том вечере всплыли у него в памяти. И о поцелуе, украденном сегодня утром. И о том, как она выглядела в одном халате, с влажными, рассыпавшимися по плечам волосами, розовая, свежая после ванны… Трев даже стиснул зубы. Неужели она намерена избегать близких отношений между ними?

Трев был зол на нее за то, что она не ценит его предложение о помощи, и на себя за то, что хочет ее и дорожит ею. Какое безумие на него нашло? Эта проститутка не желает его помощи, а он нарывается на неприятности, возможно, крупные неприятности.

Но что бы она ни говорила, он чувствует ее страх и отчаяние так отчетливо, как если бы она вслух молила его о помощи. Что ж, взять и отвернуться?

Трев подсознательно понимал: все его действия объясняются одним — она похожа на Диану, и чем больше он видит ее, тем больше это сходство проявляется — не только внешне, но и в манерах, тембре голоса, в интимной близости.

Трев был потрясен, придя к ней, — так остро ее дом напомнил ему о Диане. Разумеется, он теряет чувство реальности. Единственное, что он знает наверняка, — пора оставить Диану в прошлом и начать новую жизнь. Он наконец встретил женщину, которая овладела всеми его помыслами, его душой и телом… Он почти одержим ею!

Да что в ней, наконец, такое? Почему он решил, что она — его утерянная Диана? Мало ли внешне похожих людей? Чисто внешне — много, но в ней есть что-то подспудно знакомое, инстинкт его не обманывает. Под раздражающей маской он видит тонкую, ранимую и очень несчастную женщину.

Пожалуй, все же он ведет себя как полный дурак. Трев бросил взгляд на часы и сердито уставился на дверь ее квартиры. Она опаздывает. Не передумала ли вообще идти с ним?

Он постарался взять себя в руки и, чтобы отвлечься, стал рассматривать окружающий пейзаж, очень живописный… И в этот момент появилась Джен, в шляпе, которую он ей дал, и больших солнечных очках. На губах блестела темно-красная помада и в сочетании со шляпой и очками придавала ей таинственный вид. Наряд Дженифер поразил его: бежевый элегантный блейзер, больше похожий на тунику, под ним прозрачная газовая юбка, которую яркий солнечный свет делал абсолютно прозрачной, красные босоножки на высоких каблуках, подчеркивающие изящные, точеные ноги.

Трев сглотнул, почувствовав, что в горле пересохло. Мерцающие губы и длинные стройные ноги всегда действовали на него, не говоря уже об агрессивно-сексуальном покачивании бедер.

— Извини, что так долго. Я все-таки решила взять кое-какие вещи. — Дженифер дружелюбно смотрела на него, держа в одной руке небольшой чемодан, а в другой — дорожную сумку.

Трев страшно обрадовался и выскочил из машины, чтобы помочь уложить вещи и посадить женщину рядом с собой, на переднее сиденье.

Экзотический аромат духов ударил ему в ноздри, манящий и неожиданный… потому что теперь она не пахла как Диана.

Джен устроилась на кожаном сиденье, и он заметил, что она надела несколько изящных золотых цепочек разной длины и большие золотые кольца в уши. Ее длинные овальные ногти были накрашены вызывающим красным лаком. Она выглядела несколько броско, но вполне элегантно, однако Трев не мог избавиться от ощущения, что вся эта яркая оболочка создана нарочно. Так не вязался этот стиль с ее предыдущей строгой одеждой, что Трев принял ее наряд за маскарадный костюм, хотя ей он ничего не сказал.

Они ехали в молчании, пока не выехали на пригородное шоссе.

— Какую пьесу мы будем смотреть? — поинтересовалась она.

— Оригинальная работа местного драматурга. Загадочное убийство.

— О, это интересно! Люблю детективы.

Он улыбнулся, радуясь даже такой малости.

— Значит, ты их много читаешь?

— Раньше — да.

— Но не сочиняешь?

— Ни раньше, ни теперь!

Опять она сникла! Трев не знал, что говорить дальше. Любая, самая, казалось бы, отвлеченная тема приводила ее в непонятное для него плохое настроение.

— Я… я знаю, почему ты задал этот вопрос, Трев. Твоя жена была писательницей, а я — нет! Зачем ты гонишься за призраком?

Он разозлился.

— Ты так считаешь?

— Не совсем. Думаю, ты ждешь, что я буду вести себя как она. Кроме одного — твоя жена не была той, кем стала я.

Он стиснул руль и уставился прямо перед собой. Она права, подумал Трев, но вслух произнес:

— Я только хотел сказать, что, если ты любишь детективы или имеешь какой-то опыт в их написании, может, ты могла бы помочь с концовкой пьесы, которую я пытаюсь закончить? Моя жена оставила кучу записей, но я не могу в них разобраться. Знаток детективов мог бы помочь мне выяснить, «кто это сделал».

Она ответила не сразу и, когда он снова взглянул на нее, покусывала нижнюю губу.

— Ты хочешь сказать, что даже не знаешь, кто убийца, а собираешься писать последний акт?

— Я прочел пьесу три раза, и каждый раз мне видится злодей в разных людях. Им может быть любой из персонажей. Откуда мне знать, кого из них она определила в убийцы?

Она молча уставилась на него, а затем, к его бесконечному изумлению, расхохоталась. Ее искренний безудержный смех восхитил и потряс его: она смеялась почти как Диана. Что-то похожее на боль кольнуло грудь.