Чтение онлайн

Подмосковные дороги Савенков знал хорошо. Его серая «Волга» летела по Киевскому шоссе. Далеко позади осталось Внуково. Левый поворот. Разбитая бетонка. Грунтовка с легким налетом гравия…

Дача оказалась домиком в садоводческом товариществе. По яблоням было видно, что участки начали осваивать пять-семь лет назад. Кое-кто еще строился, где-то ограничились домиком в шесть квадратных метров и распахали свои владения под картошку…

Катя работала в огороде. Она не удивилась появлению Савенкова. По крайней мере, это не было заметно – молодое, симпатичное, приветливое лицо.

– Катя, ваши начальники так неожиданно исчезли, что нам приходится их искать… Меня зовут Игорь Михайлович. Я коллега Ткача и Вдовина. По бывшей их работе.

– Я понимаю, Игорь Михайлович.

– Куда они собирались уехать?

– Не знаю… Обычно она не делали тайн. Это было бы трудно, мы же в одной комнате сидели. Но месяц назад что-то такое появилось. Они часто обсуждали что-то без меня и замолкали, когда я приходила.

– Катя, а новых знакомых у них за это время не появилось? Необычных, подозрительных?

– Я понимаю… В последние дни несколько раз звонил Андрей Борзенко. Тот самый, телевизионный комментатор. Я и по голосу его узнала. А в последний день он к нам приезжал, но в офис не заходил. Они на улице встретились. Я через окно подглядывала. Интересно же… Может быть они и раньше познакомились, но я не знала.

– Я, Катя, постараюсь поговорить с этим Борзенко… Правда, его не так просто поймать. Популярная личность.

– А у меня есть номер его сотового телефона. Он сам мне его продиктовал, когда я одна в офисе была. Он еще сказал, что по этому номеру он всегда ответит… Я им потом записочку передала, но телефон и в свой блокнот записала. Я всегда так делаю…

– Хорошо, Катя. С Борзенко все понятно… А что за документы они тебе оставили?

– Они не оставляли. Я сама их взяла… Иногда бывает очень много работы, и я беру печатать договора домой. Беру всю коробку дискет и журнал.

– Какой журнал?

– Так они ни один документ не пишут на отдельных листах. Только в больших тетрадях, где каждая страница пронумерована. Юрий Антонович так мне и сказал: "Закалка старого разведчика. Секретное делопроизводство. Никогда не пиши на неучтенных листах".

– Знаю, Катя. Я это тоже проходил. Но все хорошо в меру… Значит у тебя и все дискеты, и их журналы.

– Журнал только от Юрия Антоновича. От Ткача. Вдовин последнее время мне ничего печатать не давал. Он и в офисе-то почти не появлялся… Их что, убили? Вы мне скажите правду, Игорь Михайлович. Я не испугаюсь…

Савенков позвонил Борзенко прямо с дороги. Не так сложно было найти несколько фраз, которые сделали встречу обязательной.

Рандеву назначили на нейтральной почве – на смотровой площадке Ленинских гор, около трамплина.

Савенков понимал, что Борзенко может быть не один. И, если это очень крупная игра, их не удовлетворит мирная беседа с видом на Москву. Они захотят продолжить ее в каком-нибудь уютном подвале. Правда, самое большое, что можно было сейчас сделать, это позвонить Марфину и сообщить, с кем он идет на встречу и у кого потом спрашивать об исчезновении сыщика.

Они сразу поняли, что место встречи надо изменить – Борзенко начали окружать те, кто хоть раз видел его на экране. А кто его не видел?

Первыми популярную личность атаковали новобрачные и их группы сопровождения с видеокамерами и шампанским.

Борзенко улыбался, раздавал поздравления и автографы, но при этом активно пятился, отступая к своей машине. Савенкову ничего не оставалось, как сопровождать любимца публики.

Разговор они начали только в машине, отъехав от опасного места.

– Завидую вам, господин Борзенко. Такая популярность. Просто – народная любовь. Приятно?

– В гробу я видел эту любовь. Она меня лишила свободы. Где я могу быть, кроме дачи и квартиры? Останкино. Еще десяток элитных точек, где только свои. И все! Я не могу в метро спуститься, хлеба в магазине купить. Сегодня нахально приставали, а обычно просто глаза пялят, сопровождают. Я, как рыбка в аквариуме, как музейный экспонат, восковая фигура…

– У меня, Борзенко, не так много времени. Давайте деловые вопросы решать.

– Говорите… Это же вы меня сюда вызвали. Я даже не знаю, кто вы такой. То, что вы – Игорь Михайлович, ничего мне не говорит.

– Хорошо… Я знаю очень много, но действую только от своего имени. Лично. Я не представляю ни одну организацию, которая может вас испугать. И я пользуюсь определенным доверием ваших друзей, которых вы направили в Париж.

– Никого я в Париж не направлял…

– Ваши друзья – Вдовин и Ткач добились успеха, но попали в очень сложное положение. Вам они звонить не стали, а просили меня помочь… Они захватили ту вещь, которую вы ждете.

– Она у них?!

– Да, но до вас она не дойдет. Им предлагают гораздо больше, чем вы.

– Но, Игорь Михайлович, но мы же не обсуждали конечную сумму. Это были их командировочные… Мы можем все обсудить. Они будут довольны.

– Не думаю, Борзенко… У вас таких денег нет. Да и не с вашими друзьями надо теперь договариваться. Они свое сделали. Теперь только я могу доставить вам этот прибор… А они… Они стали опасны. В первую очередь – для вас. Я бы не советовал с ними общаться.

– Понятно… Называйте цену. Но я, Игорь Михайлович, не буду покупать кота в мешке. Мне говорили, что может этот прибор, но надо его испытать. Я сам должен это видеть… И он сам должен его видеть.

– Кто это – он?

– Тот, кто платить будет. Вы же сами сказали, что "таких" денег у меня нет…

– Значит вы – посредник… Жаль. Хотелось бы поговорить с самим покупателем. Может быть ему и не нужен наш товар. И есть ли у него такие деньги?

– Есть у него деньги! Любые! Он… он – нефть, автомобили, самолеты…

– И телевидение?

– Да, вы правильно поняли. Но, заметьте, фамилию я не называл… А что мне делать, Игорь Михайлович, если будут звонить эти, из Парижа?

– Бросайте трубку. Никаких разговоров. Иначе все сорвется.

– Игорь Михайлович, а когда будут испытания и передача товара?

– Не забывайте, Борзенко, мы еще не договорились о сумме… Правда, для этого вашего олигарха прибор в самый раз. И деньги у него есть…

– Есть, есть! Так, когда? Как мне вас найти, Игорь Михайлович?

– Что меня искать? Я почти всегда в Москве… Не советую меня искать. Я сам вас найду.

Савенков вышел на Ломоносовском и долго петлял, заходя в проходные дворы, магазинчики, подземные переходы… Борзенко, очевидно, приехал на встречу один…