Опасные желания
Шрифт:
Доминик совсем не удивился, когда Лэнгли явился на следующее утро аккурат к завтраку.
Опустив газету, Доминик откинулся в кресле и смотрел, как Арли с Лэнгли беседуют о погоде, садоводстве и верховой езде. Рочфорд внимательно слушал, удивляясь тому, сколько всего его подопечная знает о лошадях. Ее компетентность и опыт в этой сфере были столь же очевидны, сколь неожиданны для него.
Не то чтобы он не считал Арли умной, просто из того, что он знал о ее прошлом, следовало, что она даже в школе не училась. Доминик начал понимать, что от Арли можно ожидать чего угодно. Не многие женщины ее возраста рискнули бы в одиночку отправиться в Лондон, особенно если они никогда прежде не были в огромном шумном городе.
Доминик был доволен, что его подопечная так умна. Все без исключения учителя ее хвалили и говорили, что ее нужно лишь немного направлять и что им редко доводилось видеть такой интерес к учебе. Рочфорд понимал, что при ее красоте и уме Арли несложно будет найти мужа. Энтузиазм Лэнгли был явным тому подтверждением. Лэнгли упрекнул его, что он ничего не сказал ему об Арли, и Доминик задумался, а почему,собственно, он держал ее появление в секрете. Неужели потому, что с тех пор, как Арли появилась в его жизни, Рочфорд, возвращаясь вечером домой, с нетерпением ждал, когда они сядут ужинать и она расскажет, как прошел ее день? Что ему жутко хотелось услышать ее смех? Казалось совершенным безумием, что мужчина, не привыкший посвящать большую часть своего драгоценного времени какой-либо женщине, теперь искал общества той, которая перевернула вверх дном всю его жизнь.
– О, Лэнгли!..
Бровь Доминика приподнялась, когда Арли игриво ударила Лэнгли по руке. Ее улыбка была совершенно умопомрачительной – большие ямочки на щеках и белые зубы. Хуже того, Лэнгли, который никогда не пасовал перед заигрыванием женщин, с удовольствием ухватился за эту возможность. Он взял руку Арли и поднес ее к губам, причем у него при этом был вид законченного повесы, каковым он и являлся.
Доминик подозрительно прищурился. Неужели его подопечная уже благоволила к обаятельному виконту? Одна только мысль об этом крайне его встревожила, если не сказать больше. Будучи не в силах сдерживаться, Рочфорд прокашлялся.
Лэнгли тут же отпустил руку Арли и с невинной улыбкой повернулся к Доминику, ни дать ни взять, овечка.
– По-моему, ты говорил, что у тебя сегодня с утра встреча, Лэнгли, – намекнул Доминик. – Если ты не отправишься в путь в ближайшее время, боюсь, ты опоздаешь.
Лэнгли встал, на его лице не отражалось никаких эмоций:
– И, правда, Дом. Спасибо, что напомнил, – любезно откликнулся он.
– Не за что, – ответил Доминик, наблюдая затем, как Лэнгли задержался на минутку, чтобы еще больше очаровать Арли.
Он что-то прошептал, приблизив губы к ее уху. От его дыхания светлые волосы девушки колыхались. Доминик сжал кулаки, удивившись, как сильно он разозлился на человека, которого считал почти что братом. Лэнгли, до недавнего времени убежденный холостяк, недавно обручился с женщиной, с которой был знаком всего пару месяцев. Приданого этой женщины с лихвой хватит на то, чтобы известный повеса мог вести тот же образ жизни, к которому привык. А он привык быть весьма и весьма расточительным.
– Пожалуйста, передай от меня привет своей очаровательной невесте, – не сумев удержаться, добавил Доминик, когда его друг направился к двери.
Лэнгли запнулся. Доминик подмигнул другу, который несколько раздраженно закрыл за собой дверь.
– Милорд, я хотела бы вам кое-что сказать, – произнесла Арли, оторвав Доминика от неприятных мыслей.
Рочфорд заинтригованно подался вперед в своем кресле, стараясь держать свои мысли в узде и смотреть в лицо подопечной... нелегкая задача, ведь ее платье выгодно подчеркивало женственные формы.
– Я хочу извиниться за вчерашнее. Я не подумала о последствиях. Я знаю, что заставила вас волноваться, не говоря уже о том, что поставила вас в неловкое положение, отправившись в Лондон без сопровождения.
Она наклонилась через стол и положила свою ладонь на его руку. Сердце подпрыгнуло у него в груди. Ее маленькая ручка, которая выглядела такой крохотной, прижалась к его руке, а пальцы совершали медленные круговые движения.
– Я почти всю ночь сегодня не спала, думая о том, сколько беспокойства я вам доставила. И хочу, чтобы вы знали, что я никогда не стала бы беспокоить вас намеренно. Я просто...
– Все в порядке, – ответил Рочфорд.
Каждый волосок на его руке встал дыбом. И как только он мог так возбудиться от простого прикосновения? Доминик потряс головой, отгоняя постыдные мысли.
Арли скептически отнеслась к его заявлению, явно подозревая графа в неискренности:
– Вы уверены, что не сердитесь на меня?
К огромному изумлению Рочфорда, она провела пальцами вверх-вниз по его руке, будто утешая его. Не могла же она знать, какие чувства у него вызывает. Плоть Доминика мучительно напряглась и запульсировала, и он с трудом сдержался, чтобы не отдернуть руку, понимая, как нелепо это будет выглядеть.
На мгновение он забыл, что Арли ему сказала. Но ее полное надежды лицо подсказало ему ответ:
– Я знаю, что вы никогда больше не покинете этот дом, не сказав мне прежде, куда направляетесь.
– Конечно, нет. Спасибо за понимание, милорд...
Арли встала и на секунду убрала руку с его руки, но тут же прижалась к ней губами. У Доминика перехватило дыхание. При виде ее губ на своей руке его окатило волной желания. Не в силах вымолвить ни слова, он смотрел на ее светлые волосы, а затем перевел взгляд на ложбинку между ее грудей в низком вырезе платья. Доминик благодарил небеса за то, что стол скрывал его очевидную эрекцию, и с облегчением вздохнул, когда Арли села.
– Лэнгли очень мил, – вдруг сказала она.
Неожиданная смена темы разговора застала Рочфорда врасплох:
– Да. Мой друг хороший человек, но помните – он дамский угодник. Он обаятельный, но скоро женится.
Арли воззрилась на него, приподняв бровь и закусив нижнюю губу. Интересно, он попал в цель? Было ли все ее проявление внимания вызвано лишь желанием побольше узнать о Лэнгли?
Девушка вздохнула:
– Наверное, его невеста красива.
Опасения Доминика подтвердились: она уже испытывала чувства к Лэнгли, а это могло быть крайне опасно. Он знал, что невеста Лэнгли Роуз отнюдь не красавица, но вместо того чтобы давать своей подопечной напрасную надежду, сказал:
– Да, его невеста очень хорошенькая. Лэнгли и Роуз прекрасно подходят друг другу. Они будут счастливы вместе.
Ложь. Лэнгли не собирался отказываться от своих любовниц.
Это была одна из множества причин, по которым Доминик предпочитал оставаться холостяком. Жизнь в браке слишком обременительна. К тому же он уже был один раз помолвлен и знал по собственному опыту, как жестока порой любовь. Больше он никогда не станет жертвой женских чар.
Он будет играть по собственным правилам и никогда не отдаст свое сердце.