Чтение онлайн

К выделенной для дела машине наиболее подходит именно последний вариант. Немного стальных листов, сваренные из арматуры решетки, шипы, сетки, пулеметное гнездо наверху. Ничего особенного, на первый взгляд, заметно ниже среднего уровня. Единственное, что настораживает — мотор. Звучит очень уж негромко. Нет, шум при переделках всегда стараются сводить к минимуму, но здесь, похоже, перестарались, чего стандартными методами не добиться. Да и окраска грамотная, под здешнюю местность — прямо-таки идеально. По всему заметно, что мастера основной упор делали на ходовые качества и незаметность, потому и экономили на дополнительном грузе.

Но, даже так, замена резко неравноценная. Да здесь даже пулеметную башенку не поставили, о чём, вообще, можно говорить?

И да, самый главный вопрос – каким образом этот драндулет окажется на южном берегу водного ада, коротко именуемого Дон?

Бабник отвечать на него не торопился. Он готов был болтать охотно и много, но при этом ни сказать ни единого по-настоящему интересного слова. От большей части вопросов Карата он увиливал используя простейшую демагогическую тактику: начинал обсуждать сам вопрос, потом на близкие к вопросу темы, задавал свой вопрос, далеко от темы, сам же на него отвечал, а там и окончательно сползал в левом направлении. При этом не забывал повторять снова и снова, что он здесь просто помогает, а не командует. Мол, езжайте себе дальше, а мы приглядим, чтобы доехали живыми.

Вот только за рулем управлялся Снежок, страховал его сам Бабник, в пулеметном гнезде устроился Чак, а Шахтер, оказавшийся крайне уродливым квазом, караулил с пулеметом самую важную позицию, засев у заднего борта. То есть, люди килдингов полностью контролировали грузовик, а Карат, Шуст и Диана ехали на положении пассажиров.

Или даже груза.

Такого же, как и непонятная посылка.

К слову о посылке. Бабник на этот раз решил соригинальничать, сказав всё, как есть, ни словом не попытавшись отклониться от истины. Огромный ящик, обмотанный чем-то и правда похожим на ткань для бронежилетов и сетями для ее надежной фиксации и переноски. Груз подручные коротышки заносили и располагали столь бережно, будто внутри покоится коллекция древнейшего китайского фарфора.

Только может ли фарфор весить настолько много? Карат в антикварной посуде не разбирался, но сильно сомневался, что кому-то взбредет в голову тащить такое добро за тридевять земель, где опасностей по шесть штук на каждом шагу. Большинство материальных благ здесь ничего не стоят. Вот зачем великому знахарю понадобилась ваза какой-нибудь эпохи Мин? А если и нужна такая, то почему бы не найти ее поближе. Это ведь Стикс, тут прилетают, в том числе, музеи и особняки любителей всевозможных древностей, где самого разного добра хватает.

Вот что такое ценное можно тащить в столь опасную даль? Притом тяжелое. Явно не золото и бриллианты, их везде полно. Оружие? Это да, это в Улье уважают. Но зачем оно великому знахарю? Да и опять же, можно поближе поискать. Проблемы могут возникнуть разве что с атомными зарядами.

А может в ящике и правда боеголовка? Мало ли, насколько нездоровые чудеса творятся в головах великих знахарей. Может он такую штуку мечтает использовать вместо подушки, или рыбу размечтался глушить в глобальных масштабах.

В принципе, ничего разумнее атомной бомбы на ум не приходит. Дело в том, что даже здесь такое оружие непросто раздобыть. Существует мнение, что механизм Улья специально избегает грузить на обитаемой полосе кластеры с его запасами. Заряды если и переносятся, то, обычно, случайно, когда в нужном месте оказывается транспорт, их перевозящий. Стационарные пусковые шахты если и заносит, то в исключительно редких случаях, или происходит это где-то далеко на западе, куда иммунным не добраться. И это хорошо, иначе бы уже давно большинство стабов превратились в радиоактивные помойки. Слишком уж велик соблазн выжечь обиталище противника одним махом, мало кто способен устоять.

Шусту надоело таращиться в бойницу, склонился, как можно тише, едва слышно за гулом двигателя, спросил:

— Чего глаза открываешь всё время? Не спится?

– - Не спится. Думаю, вот...

– О чём?

– Ты понимаешь, о чём...

– Я тоже думаю. И знаешь, что подумал? А не везем ли мы сейчас атомную бомбу.

Карат, подивившись сходству мыслей, кивнул:

– Да, я тоже о таком подумал. Но зачем она великому знахарю?

– С чего ты решил, что бомбу знахарю везут?

– Бабник сказал.

– Бабник? Да если этот хмырь скажет, что небо голубое, я в жизнь в такое не поверю. Ты глаза его видел? Это глаза врущего человека. Да и разве это человек? Упырь натуральный.

– Ты сам говорил, что слову сектантов можно верить.

– А то они тебя не накалывали ни разу. И я не понял, к чему ты? Какое слово?

– Я потребовал от Бабника, чтобы он поклялся, что всё без подвоха. Прямую клятву они нарушить не могут, ты это мне раз сто объяснял.

Шуст прыснул, зажимая рот ладонью.

– Что смешного я сказал? – не понял Карат.

– Да всё. С чего ты решил, что Бабник из килдингов?

– А кто же еще? Пастор именно к нему направил.

– Не, ну ты сам взгляни: разве он и его дружки похожи на сектантов?

– Пастор и его люди тоже не похожи. И что?

– Те явно странноватые были, прям на лбу написано, что странные, а эти обычные. Почти такие же, как мы с тобой. Самые простые иммунные, выживают, как получится. Не знаю, на каком крючке они у килдингов, или чем их купили, но это вроде наемников, а не секта.

– С чего ты взял?

– Да пока грузились, перекинулся парой слов с Чаком и Снежком. Ребята они простые, мутить не стали, только поржали, когда я вопросы веры поднимать стал. Они ни в бога, ни в чёрта не верят, даже не сомневайся. И заметь, Пастор нам ничего не должен, он сам предложил, а не мы попросили, а это две великих разницы.

– Но ведь предложил помочь, вот и помощь, – заметил Карат.

– И что с того? Насчет деталей помощи подробностей не припомню, мы просто сговорились в том, что помогут нам, и всё. При таких условиях прикреплять к нам такую непростую группу нет смысла. Они в стабе держали какой-то шалман, с которого неплохой доход имели. Ну и криминалом разным подрабатывали, это в таких дырах за норму. И внезапно всё бросили, сорвались с места вслед за нами. За пять копеек таких кренделей не купишь, они серьезно заинтересованы. Не самые большие люди, но и не совсем уж мелкая рыбешка.

– Большие люди не держат шалманы по таким убогим дырам.

– Да ты не представляешь, какие в таких дырах перспективы бывают. Даже не сомневайся, что большие. Пока суть да дело, я тут успел потолкаться с народом. Вроде как, Бабник здесь по границе уже лет пять отирается, а это, я тебе скажу, срок такой, какой уважать принято. Считай, всё равно, что при спокойном стабе чистую пятнашку отмотать, а то и побольше. Серьёзный чёрт, и ребята при нём не последние. Что-то непростое тут творится, а мы не в теме. Не удивлюсь, если и они не всё знают. Могут втемную использовать.