Чтение онлайн

Я кричу, двигаюсь бедрами навстречу руке Матвея и будто на неком автомате, вожу своей рукой по его члену. И вскоре чувствую, как он сначала увеличивается в моей руке, а затем на мой живот обильно брызгает сперма. Матвей кончает очень мощно и бурно, сминая мой рот в яростном поцелуе.

После чего он подхватывает меня на руки и несет куда-то в соседнюю комнату. Это оказалась просторная ванная, тоже погружена во мрак, но Матвей без проблем находит душевую кабинку, а затем и кран, включая теплую воду.

От одежды мы уже избавляемся в душе под водой, и всё это время мы целуемся, целуемся, целуемся и прижимаемся друг другу, лаская все чувствительные участки.

Матвей моет меня, я - его. И снова распаляемся. По крайней мере - я.

Из моего горла вырывается очередной стон, который запускает и в Матвее что-то дикое и неудержимое.

Он подхватывает меня на руки и возвращается в спальню, опуская меня на кровать.

– Ещё раз?
– удивляюсь.

– А может и не раз, - отвечает он, тяжело дыша.
– Ты даже не представляешь как я долго об этом мечтал и как я долго тебя хотел... Поэтому быстро точно не будет. Я буду наслаждаться тобой до утра... К тому же, я ещё не сделал того, что планировал...

– А что ты планировал?
– спрашиваю как бы между прочим, наслаждаясь его поцелуями.

– То, от чего ты будешь кричать и кончать очень много раз, - отвечает, опускаясь ниже. Целуя грудь, живот. Спустя некоторое мгновение, его губы оказались у меня между ног... И тогда я сполна ощутила, что такое настоящее сумасшествие и удовольствие за гранью реальности.

Меня вырывают из сна странные ощущения...

Ощущения холода и опустошенности. Изначально мне было тепло, хорошо и надежно, но потом эти ощущения резко изменились, когда рука Матвея до этого обнимающая меня за талию, была убрана. А затем и он сам оставил меня одну, покидая кровать. Этот контраст: с ним и без него - разительный, поэтому я не смогла сдержать стонов возмущения и недовольства, просыпаясь вместе с мужчиной.

Ночью у нас было море удовольствия... Матвей ласкал меня своим языком и пальцами, заставив меня ещё несколько раз достигнуть пика. Это было до безумия восхитительно и приятно. Я полюбила оргазм. Стала, в некой степени, от него зависима. Хотела ещё и ещё, но усталость взяла свое.

После того как я ещё один раз довела Матвея до оргазма ласками рукой (а он меня раза три своим языком и пальцами), мы приняли душ, а затем легли в кровать и уснули.

– Мммм, - заворчала я.
– Ты куда?
– спросила сонно, переворачиваясь на спину и потягиваясь. Одеяло сползло, оголяя грудь. Я до сих пор была обнаженной и, не смотря на то, что в комнате было темно, Матвей будто всё прекрасно видел, задержав на моей груди, долгий, изучающий взгляд.

Он обещал, что утром мы обязательно продолжим.

Он обещал, что будет наслаждаться мной, каждую минутку, проведенную вместе, и я думала, что так будет всегда, но после пробуждения меня ожидало огорчение.

– Мне нужно ненадолго отлучиться, - отвечает он, потянувшись ко мне и поцеловав меня в губы.
– Вопросы со Змеевым сами собой не решатся, - вдруг сообщает, и на миг я задерживаю дыхание. Опять эта тема.

– Пожалуйста... Только не причиняй ему вред, - прошу еле слышно, обняв его за шею и в этот момент чувствую как тело Матвея напрягается рядом. Ему не нравится моя просьба. И он, был недоволен.

А я... Я знала что Яр не тот за кого следует переживать, но все же... Человека можно убить и исподтишка, на расстоянии... А Матвей, оказывается, не обычный парень. Я это давно уже поняла, только вот не придавала этому значения.

Он умеет быть невидимым и у него явно тоже есть власть.

Матвей был достойным соперником для Яра, только вот... Я не хотела, чтобы они соперничали.

Жаль, что уже ничего не изменить. Яр не простит ему моего похищения и дерзкого нападения на его людей. Все в городе знают, что их будет ожидать за подобное своеволие и боялись Змеева. Но только не Матвей. Он будто бессмертный...

Ничего и никого не боялся. Ну, или он был просто уверен в своих силах.

– Когда ты за него просишь или так беспокоишься о нем... Во мне просыпается жгучая ревность и моё желание убить его становится только сильнее, - говорит Матвей.

– Он дорогой для меня человек... Тот, кто не бросил в трудную минуту и защищал, когда многие обижали.

– Кто тебя обижал? Когда это было?
– резко спрашивает Матвей.

– Это было до тебя...

– Назови имена!
– требует Матвей.
– Я найду их и..., - говорит жестко, но я обрываю его речь, закрывая его рот ладошкой.

– Это просто горничные, которые когда-то работали с моей мамой. После её смерти, Ярослав взял надо мной опеку и относился ко мне как к родной дочери, а горничные просто завидовали и говорили много гадостей. Я же была их круга, а затем совсем неожиданно стала выше. На уровне с хозяевами дома. Им пришлось прислуживать мне, и конечно многим это не понравилось, - объяснила.
– Яр давно уже разобрался со всеми и... Это уже не имеет никакого значения. Я просто прошу тебя, Матвей, пожалуйста... Не причиняй Яру и его семье вреда. Потому что это не только его семья, но и моя. Я люблю всех, кто меня окружал... Кто жил в его доме.

Это часть меня. И если ты хоть кому-то причинишь вред, мне будет очень больно и... Я не смогу тебе этого простить, - добавляю, и целую его.
– Ты тоже мне дорог, и за тебя я тоже буду заступаться и просить перед Яром, если придется, но сейчас...

– Не придется!
– обрывает Матвей. Я слышала в его голосе недовольство и злость, но он сдерживал себя, рядом со мной.
– Если он так тебе дорог... Я не буду его трогать... Пока. Всё будет зависеть от обстоятельств. Например, если у меня попробуют отобрать тебя... Или же, от этого будет зависеть моя жизнь. Кто-то из нас всё равно умрет... Но это будет в честной схватке, - добавляет, и отстраняется от меня.

Мне не легче от его слов, но... Яра не ударят в спину, и это было уже хорошо. Сам же Яр не станет убивать Матвея (если схватит его), пока не узнает у него, где я. А там, я надеялась, что у меня появится возможность поговорить с ним и повлиять на ситуацию в дальнейшем.

Но это были только надежды.

Матвей поднимается с кровати и начинает одеваться. Вещи он находит на полу, без проблем, будто темнота для него не помеха.

– Как долго тебя не будет? прикрывая грудь краем одеяла.

Спрашиваю взволнованно, садясь в кровати и- Три-четыре часа, - бросает, застегивая пояс на штанах.

– Три-четыре часа? И что мне, делать одной в это время, да ещё в темноте?

спрашиваю взволновано.

– Ты не будешь в темноте. Я включу электричество, когда буду уходить. Будет работать все. В доме есть телевизор. В холодильнике еды на неделю. Дом будет в полном твоем распоряжении, а вот за пределы дома ты не сможешь выйти, - сообщает.
– Окна будут закрыты решетками. Двери заблокируются... Дом обустроен специальным приспособлением. И, это не потому, что я тебе не доверяю, а для того чтобы защитить.