Чтение онлайн

Непрекращающийся лай и скулёж не давали поспать.

Ох, блин, я же Баки вчера так и не запустила обратно домой!

Я резко села и поняла, что нахожусь на кровати Мэта, заботливо накрытая пледом. Сам он лежал спиной ко мне на другом её краю, съёжившись и скрестив руки на груди.

На моём телефоне пиликнуло оповещение из мессенджера. Папа написал, что подъедет через час в больницу. Уже был почти полдень. Я быстро настрочила, что я у Мэта, и побежала спасать пса от холода улицы.

Как только я открыла дверь, он забежал и радостно закинул на меня передние лапы, чересчур интенсивно виляя хвостом.

— Знал бы ты, что по моей вине торчал там всю ночь, так бы не радовался, — буркнула я.

Я дала команду «место», и Баки с радостным лаем побежал в спальню Мэта.

Это его место, серьёзно? Я стояла посреди коридора и улыбалась этой мысли как дурочка.

Послышался недовольный возглас. Я вернулась в комнату и увидела, как пёс резво скачет по всей кровати, периодически подбегая к хозяину, чтобы попытаться лизнуть его лицо.

— Только не говори, что он спит с тобой прямо в кровати? — с усмешкой поинтересовалась я.

— Ну, да-да, каюсь, я ведь не профессиональный дрессировщик, могу позволить себе некоторые слабости, — уворачиваясь от очередной возможности быть облизанным, ответил Мэт.

Вчера вечером он рассказал мне, что так и не воспользовался подарком моих родителей, поэтому образование кинолога не получил. Я чувствовала вину за это.

А после того, как Мэт отчаялся после моего исчезновения в поисках, он напросился безвозмездно выгуливать вместо меня того щенка Баки. Когда пёс умер от старости, Мэт завёл свою собственную собаку, пагля, которого назвал в память о чужом, но значимом для него питомце и в память обо мне…

— Папа приедет уже через час, — сообщила я.

Мэт как раз только что встал с кровати, угомонив четвероногого друга, и после моих слов застыл в ступоре, как будто и забыл о его приезде или даже о его существовании.

Многозначительно вздохнув, он зашагал на кухню, включив по пути со смартфона умный электрический чайник, который мы подарили ему с отцом на день рождения.

Когда приехал папа, мне показалось, что Мэт смотрит на него со слишком виноватым видом. Но тот как всегда был погружён в мысли о работе, даже несмотря на то, что сегодня был выходной. Что уж говорить, если он даже не заметил, хоть и убранный, но очевидный погром в гостиной.

— Так, Айми, поехали, одевайся. Мне нужно ещё успеть вернуться и решить кое-какие дела. Я выйду позвоню, буду ждать тебя в машине, — всё так же пребывая в своих размышлениях, протараторил отец и вышел из дома.

Мы с Мэтом остались вдвоём в коридоре.

— Купишь новый или продолжишь пользоваться так? — спросил он, глядя, как я кладу подаренный им и изрядно пострадавший телефон в карман куртки.

— Не переживай, я просто поменяю стекло, — улыбнулась я.

Повисла неловкая тишина.

— Послушай, — начал он, — Мне нужно время. Просто… — он замялся. — Я люблю тебя, и ты это знаешь. Мне нужно время, чтобы разобраться, какого характера это чувство. Понять, только ли это родственное или же у меня что-то осталось или есть к тебе как к…

— Айми! — крикнул отец из машины.

— И тебе тоже нужно всё тщательно обдумать, — вместо того, чтоб договорить прерванную фразу, продолжил Мэт. — Потому что, я думаю, ты понимаешь, что в одном из этих случаев мне придётся поговорить с ним и как-то всё объяснить, — он показал взглядом на дверь, подразумевая своего лучшего друга, находящегося за ней.

Я кивнула, и мы обнялись, прощаясь. Казалось, что наше объятие длилось чуть дольше, чем было уместно для дяди и племянницы. Или я хотела себя убедить в этом.

Выйдя на крыльцо, до того, как Мэт закрыл за мной дверь, я развернулась и показала ему язык.

— Милая, сегодня вечером дядя Мэт приедет, — обратился ко мне папа через приоткрытую дверь моей комнаты.

Было всего лишь начало девятого утра, но я уже не спала. Мало того, я уже знала, что Мэт приедет, потому что он сам мне об этом написал несколько минут назад.

Прошло тридцать девять дней с нашей последней встречи у него дома, и то, что он приедет, могло значить только одно — Мэт хочет поговорить с моим отцом.

«Значит, ты определился?» — набрала на клавиатуре ноутбука и отправила я.

«Да.» — ответил он.

«А ты?» — пришло следом.

Всё произошедшее до сих пор казалось мне бредом. И с каждым днём эти события понемногу уже затирались из памяти, будто мозг давал понять, что не стоит забивать голову, всё должно остаться по-прежнему.

Но я не могла. Чем больше времени проходило, тем больше я думала о том, что Мэт никогда уже больше не будет для меня просто другом моего отца, просто человеком, который заботился обо мне с детства.

Сейчас я могла видеть только то, что он привлекательный мужчина, с которым у нас похожие интересы и взгляды на жизнь, который знает меня, как никто другой, и, главное — которому я действительно могу доверять.

Так что, похоже, моё решение было очевидно.

Мне даже пришло в голову, что именно по этой причине я и очутилась в прошлом, чтобы понять, что на самом деле испытываю к Мэту.

«Увидимся вечером…» — отправила я, решив сохранить интригу. В конце я сначала поставила смайлик-поцелуйчик, но постеснялась и в итоге удалила его.

Когда я свернула окно мессенджера, мой взгляд застыл на фото, которое было фоновым изображением на рабочем столе: день моего тринадцатилетия, я с улыбкой до ушей готовлюсь задуть свечи на торте, Мэт стоит слева и смеётся от того, что Баки, которому ещё нет и года, пытается вырваться из его рук и попробовать торт на вкус, отца в кадре нет, потому что он делал это фото. На следующий год я заявила, что уже слишком взрослая для торта со свечами…

Я спустилась на кухню, папа сидел за столом, пил кофе и читал новости в Твиттере. Я достала из холодильника йогурт и сок и села напротив него.

— Пап…

Он, не отрывая взгляд от монитора, чуть повернул в мою сторону голову, давая понять, что слушает.

— Можно спросить?

— Ты уже спрашиваешь, — усмехнулся он.

— А почему ты так и не женился? — осторожно поинтересовалась я.

— Никого достойного не встретил, — даже не задумавшись, ответил он.

Я знала, что у него периодически были свидания, что папа очень тщательно, по его мнению, пытался от меня скрывать. Но он не учёл, что его дочь слишком любопытная и сообразительная.