ОПГ «Деревня»
Шрифт:
Гуси Ксюху знали слишком хорошо, поэтому, пусть и огрызаясь, но выкатились из ограды и нестройной волной потянулись от родных пенатов к пруду в центре деревни. А их хозяина ждали дела, которые делать – не переделать. И колонну надо было запустить, пополнить запас стратегического продукта, и табаком заняться, и огород внимания требует.
«Хотя, какое самогоноварение, света же нет, вилы в руки и на огород. Эх, лучше бы торчал, ни забот, ни хлопот, может – уже и помер где-нибудь от передоза в подъезде.» – мрачно юморнул про себя Егор и взял курс на огород.
На огороде он управился за пару часов, солнце поднялось почти к обеду, досадив грядку чеснока на зиму и запалив несколько куч подсохшей ботвы он засобирался домой, пообедать как со стороны Ая нарисовались два ковыляющих колоритных персонажа: «Рыбачки, по ходу – или тачку в Кулемке засадили на переезде, или аккум сдох. А водяра ещё в наличии, судя по косвенным признакам. Если тачку вытаскивать – калым бате Ксюхиному привалил» – сделал моментальное умозаключение Егор.
Судя по болотным сапогам, это явно были не охотники и Егор, закурив – стал дожидаться, когда они подойдут. А водочная бутылка и полторашка газировки в руках одного из них – как бы намекала, что это не спортсмены на пробежке.
– Здорова, мужики, куда путь держим, случилось чего?
– Здорова, братан, случилось! У нас цыгане машину угнали!
Тут Егор понял, что недооценил масштаб трагедии, тут не аккумулятором севшим пахнет. А перепоем, а то и белкой.
– Какие цыгане? Откуда? У меня брат участковый, разберемся! Как поняли, что цыгане?
Какие, какие, одичалые совсем! Мы, значит, как обычно, на горе перед спуском оставили тачку, загрузились снастями и к реке спустились. Всю ночь закидушки ставили, налим как с ума сошел ночью, мы полный садок набили. Ну отметили на радостях и вырубились. А утром похмелились, пошли закидушки сматывать – опять на каждой по налиму! А на одной – динозавр! Кило на шесть, а то и на семь!
«А ведь реально белка, – загрустил он, – ладно цыгане, но полный садок налимов, да ещё и килограмм на шесть экземпляр. Лишь бы не буйными оказались, надо к братану их. И в город, на вязки, под капельницу. А может и обжабались даже чем-то, тут тебе и цыгане, и налимы из книги рекордов, главное – не спорить с ними. Не провоцировать.»
– Молодцы, чо, пошли, к брату вас отведу, он вам поможет с цыганами разобраться. Да и налимов бы надо прибрать, на улице то теплынь, подтухнуть могут.
– Да чего налимам сделается, они в садке, в воде. Мы к машине и поперлись с утра, чтоб безмен взять, проверить, на сколько вытянет красавец этот.
– На литр забились! Я говорю, что к семи ближе, Лёха, что пять с небольшим. Будешь?! – Ткнул он в Егора бутылкой, в которой плескалось ещё больше половины. – У нас ещё есть!
– Да! Нам как цыгане кнутами вломили, мы к лагерю сбежали, палатку свернули, вещи собрали и в овраге все припрятали. А водку даже прикопали, с собой только три пузыря взяли. А машины нет уже, угнали! Мрази! – Выплескивали свои эмоции рыбаки на ходу.
«А ведь не похоже на делириум тременс, – всё больше убеждался Егор, – тот то на фоне отмены алкахи. а эти тепленькие уже. – тут или грибы замешаны, или синтетика какая. Нормально их таращит. Может, попросить отсыпать?»
Так, коротая дорогу за непринужденной светской беседой они добрались до дома Серёги. Тот сидел у самовара, а во дворе, у летней печки – хлопотала его жена, Маша, что-то готовя. Судя по дымкам во дворах и кое-где из труб – народ не стал ждать милости от электриков. Генераторов на всю деревню было штук пять, зато печки – у каждого. Газификации деревни не было пока даже в самых оптимистичных планах развития села, зато рядом лес и у каждого во дворе поленница с изрядным запасом дров. Даже у маргиналов. А тот, кто пренебрегал элементарными навыками самосохранения – зимой попросту вымерзал.
– Чо ты их ко мне привел? – неласково встретил их после вчерашнего участковый.
– Пусть сами расскажут, там детектив с налимами и конями…
И они рассказали. По мере повествования Серёга насупливался всё больше и больше, а после ответа на вопрос: «Как вы поняли, что вашу машину угнали?» – услышал: «Начальник, так это они машину угнали, а на том месте свои вигвамы поставили, овец там стадо пасется, цыгане эти наглухо отбитые, на понях каких-то мохнатых, с луками, кнутами нас как давай ху.рить, мы и свалили!» – вдруг вскочил и заорал: «Так, тихо! Сидеть здесь, никуда не уходить!» – после чего быстрым шагом метнулся в дом.
Пробыл он там недолго, выскочил чертиком из табакерки, уже по форме, с табельным в расстегнутой кобуре, одной рукой поправляя наручники на ремне, второй засовывая в карман связку пластиковых стяжек монтажных. На ходу бросив незадачливым рыбакам: «а карликов, карликов там не было?! – схватил Егора и увлек его за угол дома, не обращая внимание на оправдания потерпевших:
– Начальник, какие карлики, там цыгане!
– Нам бы машину вернуть, гражданин начальник!
За углом он подозрительно посмотрел на брата и с укоризной произнес: «Егор, опять?! Сорвался? Чем ты их накормил? Сам то трезвый, или с ними жрал?!»
Тот психанул: «Да иди ты! Я их сам сегодня первый раз вижу! Со стороны Ая пришли, такую же ботву затирали с самого начала, налимы гигантские, цирк цыганский на лошадях. Не знаю, чем они закидывались, но на водочку идеально легло. Я их сразу к тебе, вроде не буйные, их пока таращит – с ними не спорить лучше. И это они пока не буйные, мало ли что им в следующий момент в голову втемяшится, лучше их изолировать, как по мне. А то знаю я этих наркоманов…»
Серёга на своем месте уже несколько лет сидел не зря, поэтому и принимать решения, и претворять их в жизнь умел молниеносно. Да что там говорить, начальство его не просто ценило и закрывало глаза на многое (эксцессы были, как без них, не робот всё таки), а понимало, что без него в деревне вновь воцарится хаос и период безвластия, как при крайнем участковом. Который мало того, что попустительствовал мелкоуголовному элементу за мзду, так ещё и сам оказался втянут в аферу с расхищением остатков совхозного имущества и кражей двадцати тонн зерна с территории преобразованного из совхоза агрохолдинга.
Дело, по итогу – замяли, участкового этого то ли уволили, то ли куда-то перевели. Назначение Серёги здесь пришлось в кассу, правовое государство в отдельно взятой деревне он, конечно, не построил, но порядок был. И народ Серёгу уважал, побаивался, ибо кто у нас без греха, все под статьей ходят, а то и под несколькими – но уважал. И в случае неприятностей серьёзных или беды, не дай бог – шел к нему. Тот хоть в морду мог дать сгоряча, зато за дело, и не было такого, чтоб зазря тиранил.