Чтение онлайн

4. Устроив все в Элиде, Филей вновь вернулся на Дулихий; Авгия неизбежная судьба (смерть) постигла уже в преклонных годах. Тогда царство над элейцами получили Агасфен, сын Авгия, и Амфимах и Фалпий: дело в том, что сыновья Актора взяли себе в супружество двух сестер-близнецов, дочерей Дексамена, царствовавшего в Олене, и от них у одного, Ктеата, родился Антимах от Фероники, у другого, Эврита, — Фалпий от Ферефоны. Но и Амаринкей не остался частным человеком, равно как и Диор, сын Амаринкея. Это же ясно показал и Гомер в «Каталоге» при перечислении элейских кораблей; весь их отряд, по его описанию, состоял из сорока кораблей: половина их была поставлена под начальство Амфимаха и Фалпия, из остальных же двадцати кораблей десятью командовал Диор, сын Амаринкея, а другими десятью — Поликсен, сын Агасфена. У Поликсена, вернувшегося невредимо из-под Трои, родился сын Амфимах: это имя Поликсен дал своему сыну, думаю, по дружбе к Амфимаху, сыну Ктеата, умершему под Илионом; сыном Амфимаха был Элей. 5. Когда этот Элей царствовал над Элидой, собралось войско дорян, под начальством Аристомаха, для возвращения в Пелопоннес. Их царям было указание от бога — взять себе руководителем в этом походе «трехглазого». Когда они недоумевали, что хочет сказать это вещание, им случайно встретился человек, ехавший на муле, и у этого мула не было одного глаза. Тогда Кресфонт, сделав вероятное заключение о правильном смысле предсказания, решил, что предсказание бога касается этого человека, и доряне постарались привлечь его на свою сторону. Он предложил им вернуться в Пелопоннес на кораблях, а не пытаться пробиться пешим строем через Истм. Он посоветовал им это сделать и был также им руководителем при переезде из Навпакта в Моликрий. За это они, по его просьбе, согласились дать ему Элейскую землю. А этот человек был Оксил, сын Гемона и внук Фоанта; Фоант же был тот самый, который вместе с сыновьями Атрея принял участие в разрушении царства Приама. От Фоанта до этолийца Эндимиона прошло шесть поколений. Гераклиды были родственны царям Этолии; в частности, матери Фоанта, сына Андремона, и Гилла, сына Геракла, были сестрами. Случай заставил тогда Оксила бежать из Этолии: говорят, что, бросая диск, он бросил его неверно и совершил непредумышленное убийство; убитого диском одни называют Фермием, братом Оксила, другие — Алкидоком, сыном Скопия.

1. Но есть и другой рассказ об Оксиде, будто он опасался, что, увидав плодородие Элиды и видя, что она вся хорошо обработана, сыновья Аристомаха не захотят больше отдавать ему этой земли и что поэтому он повел дорян через пределы аркадян, а не через Элиду. Оксил очень хотел завладеть Элидой без боя, но Дий не уступал ему. Поэтому он послал вызов и предложил решить спор, не подвергая опасности боя все войско, но выбрать с каждой стороны по одному воину для единоборства; это предложение было одобрено с обеих сторон. Выбранными для этого боя были Дегмен из Элиды, стрелок из лука, а от этолийцев — Пирехм, искусный пращник. Так как победил Пирехм, то царскую власть получил Оксил; старым эпеям он позволил оставаться на своих прежних местах, он только велел им поделить землю с его этолийцами и поселил их вместе с ними. Дию он предоставил особо почетные права, сохранил почести, воздаваемые по древнему обычаю всем другим героям, и, в частности, установленное для Авгия жертвоприношение и поминовение, которые совершаются и до нашего времени. Говорят, что он же убедил тех, которые жили по поселкам, отстоявшим недалеко от городских стен, переселиться в город, тем самым сделав город Элиду более населенным и во всех других отношениях более цветущим. 2. Кроме того, было ему еще предсказание из Дельф, чтобы он предложил Пелопиду (потомку Пелопа) поселиться вместе с ним в Элиде. Оксил стал ревностно искать такого человека и после долгих розысков нашел его в лице Агория, сына Дамасия, внука Пенфила, правнука Ореста, и привлек его в свою страну из ахейского города Гелики, а вместе с ним и небольшую часть ахейцев. Жене Оксила, как говорят, было имя Пиерия, а больше этого о ней не упоминается. Рассказывают, что у Оксила было двое сыновей — Этол и Лаиас. Так как Этол умер раньше своего отца и матери, то родители похоронили его, сделав ему могилу в самых воротах, которые ведут в Олимпию и к храму Зевса. Его похоронили так согласно вещанию бога, повелевшего, чтобы его тело не лежало ни внутри города, ни вне его. И еще до моего времени каждый год гимнасиарх приносит поминальную жертву Этолу, как герою.

3. После смерти Оксила власть принял Лаиас, сын Оксила. По моим разысканиям, потомки Лаиаса не были царями, и хотя я знаю, кто они были, тем не менее я сознательно не буду говорить о них: я не хочу, чтобы в данном своем рассказе я спускался до частных лиц. 4. Впоследствии Ифит, происходивший из рода Оксила, по времени современник Ликурга, давшего лакедемонянам законы, вновь устроил состязания в Олимпии, восстановил древние Олимпийские праздники и установил священное перемирие на это время. Все это было приостановлено на некоторое время, на какое — я этого не скажу. О причине же, почему были приостановлены Олимпийские игры, я объясню там, где я буду говорить об Олимпии. Так как Эллада тогда особенно страдала от гражданских войн и от болезни, вроде моровой язвы, то Ифит отправился в Дельфы спросить бога, как найти избавление от этих бедствий. И говорят, что Пифией было ему предписано, чтобы он сам и элийцы восстановили Олимпийское состязание. Ифит убедил элейцев приносить жертвы и Гераклу: до этого времени они считали Геракла себе враждебным. Надпись в Олимпии называет Ифита сыном Гемона, многие из эллинов говорят, что его отцом был Праксонид, а не Гемон; древние же документы элейцев приписывают Ифиту отца с тем же именем.

5. Элейцы участвовали в войне против Илиона, участвовали и в битвах против мидян, когда они шли походом на Элладу. Минуя все те споры и войны, которые у них были с писейцами и аркадянами за право устройства и распоряжения играми в Олимпии, упомяну лишь о том, что они, хотя и против собственной воли, нападали вместе с лакедемонянами на землю афинян; немного времени спустя они собрались против лакедемонян в союзе с мантинейцами и аргивянами, пригласив к своему союзу и афинян. Во время нападения Агиса на их землю и предательства Ксения элейцы победили лакедемонян в открытом бою в самой Олимпии и, обратив их в бегство, выгнали лакедемонян из ограды святилища. Впоследствии у них прекратилась война с лакедемонянами на тех условиях, о которых я говорил еще раньше, когда рассказывал о Лакедемоне. Когда Филипп, сын Аминты, не хотел отказаться от посягательств на Элладу, элейцы заключили союз с македонянами, измученные внутренними междоусобицами, но в битве при Херонее они не приняли участия, не желая сражаться с эллинами. В походе Филиппа против лакедемонян они участвовали вследствие старинной ненависти к ним. После же смерти Александра они вместе со всеми другими эллинами воевали с македонянами и Антипатром.

Впоследствии тираном в Элиде сделался Аристотим, сын Дамарета и внук Этимона. В этом захвате ему помогал и даже поощрял его к этому царствовавший в Македонии Антигон, сын Деметрия. Через шесть месяцев тирании Аристотим был низвергнут восставшими против него Хилоном, Геллаником, Лампидом и Килоном. Этот Килон собственноручно убил тирана, бежавшего к алтарю Зевса Спасителя с мольбой о защите. Таково краткое перечисление войн, которые были у элейцев, если уж приходится упомянуть о них в настоящем рассказе.

2. Есть две достопримечательности в области Элиды: это, во-первых, виссон (тонкий лен), который растет только здесь и нигде в другом месте Эллады, и, во-вторых, то, что их кобылицы могут быть оплодотворены ослами только за пределами их страны, а не в ее границах. Говорят, что причиною этого было какое-то проклятие. Виссон же в Элиде по своей тонкости не уступает еврейскому, но он не такой золотистый. 3. Если идти от Элеи, то встречается местность, простирающаяся до моря, которая называется Самик, а за нею направо — так называемая Трифилия, и в этой Трифилии есть город Лепрей. Лепреаты хотят считаться частью аркадян, но, по-видимому, они были подчинены элейцами с древних времен; и о тех из них, которые одерживали в Олимпии победы, глашатай возвещал, называя их элейцами из Лепрея. И Аристофан в своих стихах называет Лепрей городом Элиды. Три дороги ведут в Лепрей: первая из Самика, если оставить налево реку Анигр, вторая из Олимпии, третья из Гереи; по самой длинной из них — день пути. 4. Говорят, название этому городу дано по имени его основателя Лепрея, сына Пиргея. Рассказывают также, будто Лепрей заспорил с Гераклом, что в еде он ни в чем ему не уступит; тогда оба они убили одновременно по быку и приготовили их себе на обед; действительно, Лепрей, как и обещал, оказался по еде ничуть не хуже Геракла. Но когда он осмелился после этого вызвать Геракла на состязание оружием, то, как говорят, Лепрей был побежден и убит в этом сражении и похоронен в Фигалейской области; однако фигалейцы не могут показать могилы Лепрея. Я слышал также, что некоторые приписывают заселение этого места Лепрее, дочери Пиргея. А некоторые передают, что на первых поселившихся в этой земле напала болезнь «лепра» (проказа). Таким образом, город получил имя вследствие несчастья, постигшего жителей. Лепреаты говорили, что у них в городе был храм Зевса Левкея (бог белого тополя), была могила Ликурга, сына Алея, и другая могила Кавкона; памятник последнего изображал человека с лирою в руках. Но в мое время не было уже ни памятников на могиле, ни храма кому бы то ни было из богов, кроме Деметры. Но и он сделан из необожженного сырого кирпича и не имеет никакой статуи. Недалеко от города лепреатов находится так называемый источник Арена, и говорят, что название этому источнику дано по имени жены Афарея.

5. Если вернуться опять к Самику и пройти всю эту местность, то придем к впадению реки Анигра в море. Сильно дующие встречные ветры часто задерживают течение этой реки: нанося с моря к устью кучи песка, они не позволяют воде из реки течь дальше. Когда этот песок пропитывается водою с обеих сторон — со стороны моря и с внутренней стороны реки, — то вьючным животным и, особенно, пешеходам грозит опасность потонуть в нем. Эта река Анигр вытекает из горы Лапифа в Аркадии, и вода ее с самых истоков не очень благовонная: напротив, она обладает крайне неприятным запахом. Ясно что до впадения в нее речки, называемой Акидантом, в ней искони не могла водиться рыба; после же ее впадения те рыбы, которые водятся в ней, вместе с ее водой попадают в Анигр; но люди все-таки считают их несъедобными, хотя, если бы они были пойманы раньше в самом Акиданте, они были бы съедобными. Что Акидант в древности назывался Иарданом, лично у меня нет никакого основания, чтобы сделать такое заключение, но я передаю это известие так, как я его слышал от одного жителя Эфеса. У Анигра, по-моему убеждению, странный запах воды происходит от той земли, через которую течет его вода, подобно тому, как та же причина влияет на действие воды внутренних областей за Ионией: их испарения гибельны для людей. Одни из эллинов рассказывают, что Хирон, другие же — что кентавр Пиленор, пораженный стрелою Геракла и бежавший сюда, омыл в этой воде свою рану, и от яда Гидры воды Анигра получили свой отвратительный запах. Иные считают виною этой неприятной особенности реки то, что Мелампод, сын Амитаона, совершив очищение дочерей Прета, бросил сюда очистительные снадобья.

6. В Самике есть пещера недалеко от реки; ее называют пещерой анигридских нимф. Всякий, кто, имея белый лишай или струпья, входит в эту пещеру, то прежде всего он должен помолиться нимфам и обещать им какую бы то ни было жертву, а затем, очистив больные части тела, он переплывает реку и оставляет в ее водах всю старую нечистоту своей болезни, сам же выходит из реки здоровым и с гладкой и чистой кожей.

1. Если перейти Анигр и идти прямой дорогой в Олимпию, то на небольшом расстоянии направо от дороги находится возвышенное место и на нем древний город Самик. Говорят, что этолиец Полисперхонт воспользовался этим городом как передовым укреплением против аркадян.

2. Развалины Арены ясно указать мне не мог никто ни из мессенцев, ни из элейцев; их рассказы о ней противоположны, и каждый желающий может составлять себе об этом самые разнообразные предположения. Мне кажется, что наиболее убедительные доводы приводят те, которые считают, что в самые древние времена и во времена героев Самик назывался Ареной. Они приводят также и следующие стихи из "Илиады":

А эти развалины находятся очень близко от Анигра. И если можно было бы еще спорить, что Самик не назывался Ареной, то относительно реки Анигра все аркадяне согласны в том, что в древности она называлась Минией. Можно предположить, что со времени возвращения Гераклидов в Пелопоннес приморская часть Неды была границей элейцев и мессенцев.

3. Оставив позади себя Анигр и пройдя довольно большое расстояние по стране, по большей части песчаной, с дикорастущими соснами, увидишь налево развалины Скиллунта. Скиллунт принадлежал также к числу городов Трифилии; но во время войны Писеи против Элиды жители Скиллунта открыто выступили союзниками писейцев и врагами элейцев, и за это элейцы изгнали их и разрушили их города. 4. Впоследствии лакедемоняне отделили Скил лунт от Элиды и отдали его Ксенофонту, сыну Грила, когда он был изгнан из Афин. Изгнан же был Ксенофонт афинянами за то, что принял участие в походе Кира, человека, наиболее враждебно относившегося к афинскому народу, против персидского царя, бывшего к ним расположенным. Находясь в Сардах, Кир давал деньги Лисандру, сыну Аристокрита, и лакедемонянам на постройку кораблей. За это Ксенофонт и подвергся изгнанию. Поселившись в Скиллунте, Ксенофонт отвел священный участок и выстроил храм со святилищем в честь Артемиды Эфесской. В Скиллунте есть хорошая охота на диких животных, на диких свиней и оленей. Скиллунтскую область пересекает речка Селинунт.

Элидские проводники рассказывали, что элейцы вновь вернули себе Скиллунт и что Ксенофонт подвергся суду в совете Олимпии за то, что получил землю от лакедемонян, но получил от элейцев прощение и разрешение спокойно жить в Скиллунте. Кроме того, немного в стороне от храма показывают могилу и изображение на могиле, сделанное из мрамора пентеликонских каменоломен; местные жители говорят, что это могила Ксенофонта.

5. По дороге в Олимпию, не переходя Алфея, есть гора, представляющаяся для идущего из Скиллунта в виде отвесных высоких скал; эта гора называется Типейоном. Есть закон у элейцев — сталкивать с этой горы женщин, если они будут уличены в том, что они пришли на Олимпийские игры или даже только что они в неуказанные для них дни перешли Алфей. Но говорят, что на самом деле ни одна из женщин не была поймана, кроме одной Каллипатеры; но есть и такие, которые ту же женщину называют Ференикой, а не Каллипатерой. Так как ее муж умер еще раньше, то она, приняв во всем вид настоящего учителя гимнастики, привела на состязания в Олимпию своего сына. Когда Пейсирод, ее сын, оказался победителем, то Каллипатера перескочила тот барьер, который отделял учителей гимнастики от арены, и при этом обнаружила свой пол. Хотя было открыто, что она женщина, но ее отпустили без наказания из уважения к ее отцу, братьям, сыну: они все были победителями на Олимпийских играх; но они установили закон, чтобы на будущее время учителя гимнастики присутствовали на состязаниях обнаженными.