Чтение онлайн

–Я поражен, мальчик мой,—он кивнул головой, снимая очки,—Уговорить Брукса на сотрудничество…Я кем только не пытался заставить его работать с нами, но он постоянно находил какие-то подвохи, а ты так легко смог убедить его в обратном…

–Я ничего особенного не делал,—чувствуя себя как-то слишком спокойно, проговорил я,—Просто смог найти общий язык с …

–Красавица Ева…—перебил меня мужчина, поднимаясь со стула и подходя ко мне,—Змей-искуситель охмурит бедную Еву и разрушит райский покой,—хмыкнул он.

Библейская тематика…К чему бы?

–Что ты имеешь ввиду?—нахмурился я, хоть и понимал, что имел ввиду Демид.

–Майкл же отошел от дела, все на плечах маленькой красавицы. А если она влюбится в своего заклятого врага, не подозревая этого, то разорить их будет куда проще, чем могло бы показаться.

Не подозревая…Вот тут бы я бы поспорил.... То, с какой уверенностью в подтексте своих фраз, она их произносила, я мог быть уверен, что она уже знает, кто я и знает, чего я хочу.

–Коварно, но справедливо. Пора решить, кто останется на рынке…—ощущая, как внутри уже появляется уверенность в своих дальнейших действиях, я усмехнулся, замечая улыбку Демида.

Спокойно развалившись на заднем сидении своего мерседеса, я не заметил, как задремал. Этот день выдался каким-то сложным: с утра пара часов в спортзале, потом оттуда же на встречу с партнерами из Вьетнама, которые летели ко мне почти пятнадцать часов ради сделки на миллиард долларов, и, признаться, это были самые скучные переговоры в моей жизни, после я сразу же направился к Оливии, чтобы пообщаться с ее отцом о возможных поставках опиума с востока Ирака, а после я с…уже каким-то рвением, ожиданием и нетерпением отправился с Оливией на прием к нему. К великому Майклу Бруксу. Русскому барыге, который в 90-е провернул такую махинацию, что пришлось бежать в Америку, лишь бы русская мафия не нашла его, а в итоге создавшему один из успешных, знаменитых и ни разу не пойманных наркокартелей. Когда я в детстве узнал об этом человеке, то…по-началу даже восхищался им. Но после того, что мне пришлось узнать от Демида, я…резко поменял свое мнение по поводу него. Как я мог восхищаться тем, кто является главным соперником Демида напротяжении почти сорока лет? Для меня это было уже предательством. И уже тогда у меня начинали появляться какие-то идеи о том, как сломать то, что построил Брукс. Как разрушить его империю, и вернуть Демиду, а впоследствии и себе, титул единственного и самого влиятельного наркобарона Бостона, да и не только Бостона. И то, что именно сегодня мне удалось уговорить этого человека сотрудничать с моей компанией, только дало мне карт-бланш в своих давно появившихся идеях. Провести Брукса будет не так-то просто, скорее всего это даже практически невозможно, но…теперь, когда я узнал, что всем их состоянием, бизнесом, а значит и картелем, управляет молодая, но, кажется, уже достаточно опытная Ева, то…у меня есть все шансы. Обвести вокруг пальца влюбленную девушку очень просто, а если у этой девушки огромное состояние и империя одного из самых влиятельных наркобаронов, то это просто куш, особенно когда ты и живешь целью вернуть себе титул.

Возможно, влюбить в себя Еву будет не так-то просто. Уже при первой встрече эта особа показала свой характер. Дала понять, что она девушка с гордостью, самолюбием, самоуважением и стойкостью. К ней не просто подступить и вряд ли среди всех ее обязанностей и дел она находит время на любовь. Но не было еще ни одной женщины, даже самой холодной и бесчувственной, которая бы не влюблялась в меня. Звучит чертовски эгоистично и самовлюбленно, но факт оставался фактом. Пару знаков внимания, обходительности и лицемерия, и эта девушка уже у меня в постели. А от постели и до влюбленности недалеко.

И черт возьми! Я был несказанно рад, когда узнал, что власти Бостона, а точнее его продажный, скупой, двуличный мэр, за спиной которого пара убийств и картельное прошлое у Демида, был его "должником". Подкупить власти на согласие постройки нового театра было проще некуда.

И вуаля! Уже появился предлог для сотрудничества с Бруксом. Их архитектура действительно поражала, тут и скрывать нечего. Я думал, это таланты каких-то мастеров, нанятых Майклом, но узнав, что это дело рук Евы, я был приятно удивлен. Двадцать лет назад я и подумать не мог, что из той маленькой девочки в песочнице вырастет красивая девушка, отлично разбирающаяся в таких вещах.

Я никогда не любил то-то подобное, но Демид пару раз водил меня на какие-то выставки, где я в силу своего юношеского любопытства общался с известными художниками и архитекторами, впоследствии у которых брал уроки.

Да и кто же знал, что мне это когда-то пригодится?

И пока я дремал, ожидая, когда же Норт привезет меня домой, я уже представлял себе какие-то моменты, которые меня ожидали с холодной принцессой Евой Брукс. Ева…Мне уже нравилось это имя. Краткое, но…необычное. Я встречал всего 2-3 женщины с таким именем, и оно мне казалось редким, красивым, благородным. Мог ли я назвать так Еву, когда знал ее всего пару дней? Наверное, нет. Но мне уже не терпелось начать работать с этой непростой особой, найти путь к ее сердцу и забрать то, что должно принадлежать мне. В одной стране, а уж тем более в одном городе нет места для двух картелей, таких крупных, как наших. И когда-то должно было настать время для того, чтобы решить, кто должен остаться на рынке.

Отпустив Норта до завтрашнего утра, я поднялся на лифте в свой пентхаус и первым же делом направился в душ, чтобы смыть с себя этот день и набраться сил для завтрашнего. Приятные теплые струи расслабляли тело, освобождали разум от ненужных мыслей, которые как-то могли закрасться в подсознание. Целыми днями пропадая в офисе, выезжая куда-то за пределы города, вылетая в командировки и встречаясь с торговцами с других стран, я начинал забывать о себе. Я никогда не жаловался никому, но я часто и очень сильно уставал. Я прекрасно понимал, что быть тем, кем являюсь я, это непросто. Жить с тем, как я отношусь к своей жизни, к своей реальности очень выматывающе.

Иногда я уставал от того, что происходит, уставал от девушек, от редких посиделок где-то в лучших заведениях Бостона, уставал от наркотиков и бизнеса. Но жаловаться на жизнь, которой я живу было бы глупо…Я не мог сказать был ли я счастлив, потому что…просто не знаю этого. Не знаю что такое быть счастливым, что такое любовь, забота о ком-то, кроме себя…Не знаю, нужно ли мне все это…

Всю свою сознательную жизнь я провел в озлобе, бесчувствии, бесчеловечности, убийствах…В картеле. В детстве, когда мне рассказывали о том, что я стану бароном, подо мной будут тысячи людей, я буду миллиардером…я радовался. В фильмах я видел этих богатых людей и радовался тому, что я буду точно таким же, но так ошибался, когда оказался в реальности, где за свои 28 лет я увидел сотню убийств, множество крови, ощутил предательство, ненависть, боль. Но не душевную, нет. Этого я не ощущал никогда. Мне всегда было плевать на чьи-то чувства, чьи-то мысли, желания. Я сам по себе, для себя. Первые мои появления в светском обществе сопровождались гневными комментариями в мой адрес. "Эгоист!…Самовлюбленный!…Подонок!...." Но уже тогда было плевать. Да, я никогда не отрицал этого. Я ищу выгоду, пользуясь всеми. У меня нет друзей, кроме Оливии, да и в таком бизнесе они не нужны. Они лишь обуза для меня. Мне плевать на всех и всё.

Я говорю про физическую боль.

Пару лет назад я оказался на грани смерти, когда в одной из самых ожесточенных перестрелок под Бостоном из-за очередного первенства с картелем Майкла, пуля попала мне под сердце. Тогда врачи были удивлены тому, что она застряла ровно в пяти сантиметрах от сердца. Иначе бы была смерть.

Я почти час мучился от боли, и это был самый жуткий час в моей жизни. Тогда я думал, что умру быстрее от болевого шока, ежели от пули в сердце.

С тех пор об этом ужасном дне мне напоминает маленький шрам на груди, который иногда неприятно ноет от боли. Но я всегда стараюсь не думать об этом, лишь вновь не мучаться так.

Я, обмотавшись полотенцем, вышел из ванной и прошелся в гостиную. Но как только я ступил на порог, собираясь включить там свет, возле окна я увидел силуэт, спокойно заправивший ладонь в карман брюк. Человек стоял и рассматривал Бостон с бокалом в другой руке. Уже тогда, по отражению в стекле я видел, кто это был.

Мой ненавистный сводный братец. Олег Раневский. Родной сын Демида.

Я включил свет, проходя к дивану. Парень медленно развернулся на пятках, а после с какой-то надменностью прошелся вдоль гостиной, подходя ко мне.

–Какого черта ты здесь забыл?—я внимательно смотрел на Олега. Его наглое выражение лица как всегда было слишком глупым.

–И я рад тебя видеть, Лиам,—усмехнулся шатен, делая шаг ко мне,—Не обнимешь?

Он специально развел руки в сторону, притворно мерзко улыбаясь. Его лицемерность очень часто выводила меня из себя. Я терпеть не мог, когда ко мне кто-то вот так вот смело наведывался "в гости". Особенно посреди ночи.

Я отошел в сторону, нахмурившись.

–Я повторяю снова, какого черта ты приперся ко мне домой?—строго и как обычно безразлично произнес я, но вот Олегу видимо было все равно.