Чтение онлайн

Он разбудил её, тряся за плечи:

— Где ты была?!

И не дождавшись ответа, рассказал, как искал её сначала в гостинице, про бармена-наглеца, вздумавшего его учить в час ночи… а потом прервался, помолчал немного и сообщил, что отныне она должна ходить хотя бы в костюмах при карманах, а в них должны быть деньги. И торжественно медленно, выложил перед ней на столик тысячу долларов. Потом подумал, и выложил пять. Увлекся и построил пирамиду из пачек купюр — "для начала". Посчитав, что для первых самостоятельных дней, даже если скупит все самые чудовищные шляпки Лазурного берега, ей хватит. Она недоуменно посмотрела на пирамиду из денег, и снова заснула.

Кирилл, умиленный такой безмятежностью, ощутил щемящую нежность, посидел, молча, разглядывая лицо любимой, вздохнул, боясь потревожить её сон, и вызвал Сержа, — рванул на цветочный рынок в Ниццу.

Цены были сногсшибательные. Но если брать оптом… От опта продавцы отказывались, но когда Кирилл, нарисовав, как мог, на клочке бумаги розу и выписал рядом единицу с тремя нулями — продавец ошизел на глазах.

— Это будет очень дорого стоить! Ви сумасшедший! — перевел ему призванный в помощники Серж.

— Объясни ему, что не сумасшедший, а просто из России, и пусть не гнется, как ива на ветру, столько за день он все равно не продаст, а я беру тысячу.

Такого количества роз не привозил на рынок ни один из цветочников. Пришлось тащиться по приглашению в оранжерею, недалеко от парфюмерной фабрики Граасса, ждать пока срежут необходимое количество, а потом тащиться впереди фуры с цветами.

— Вази будем покупать? — спросил невозмутимый Серж по дороге.

— Какие ещё вазы? — не понял Кирилл.

— Цветы быстро погибнут.

— А вот и пусть. На то они и цветы.

В ответ Серж вздохнул с неподдельной тоскою. Он совершенно не понимал — как же живут в России. Неужели, так и живут?..

По дому носился поручный цветочника и театральными жестами разбрасывал розы по полу первого этажа. Он явно впал в экстаз, заведясь от чужого полоумия. Кирилл тем временем стоял на крыльце, рассуждая — хватит ли роз, если оборвать стебли и лишь цветами усыпать дорожку. В это время в сад вбежала вся какая-то всклокоченная старушка Зинаида.

— Сумасшедшие! Сумасшедшие! Сначала вы поочередно с женой лазаете через забор, вышибаете замки в собственном доме!.. У нас во Франции так не принято.

— А что делают во Франции, когда теряют ключи?

— Вызывают специалиста.

— Простите, не знал, что ради такой ерунды… Когда я сам легко плечиком-с и справлюсь.

— Вы бандит?! Вы бандит! Я так и знала, что все русские бандиты!

— От бандитки и слышу. Ишь, какая прямая! С маршрутом, как танк. Русский танк!

— Как вы можете?!

— Но вы-то тоже русская.

— Я… я…

— Террористка.

— Я… всю жизнь пела в церковном хоре.

— Морально-нравственная террористка, — усмехнулся Кирилл и добродушно обнял клокочущую негодованием Зинаиду за плечи. Она утонула в его широком объятии и тихо заворковала, пытаясь не выказать своего смирения:

— Я вас прощу мсье Кирилл, но люди! Вы здесь казались всем людьми высокого статуса, а творите!..

— Люди должны ночью спать. Не спят по ночам лишь нелюди, типа меня с Алиной.

— Но Жаннет! У Жаннет бессонница. Она в шоке от ваших поступков. Разве это разумно так обращаться с розами?!

— Ах, опять Жанна?! — Кирилл вспомнил свою Московскую Жанну, — Пора с этими Д, Арками разобраться! — пробурчал он. Всех поленицей на костер! Сколько вас проживает в округе? — спросил он так, что Зинаида отступила на несколько шагов:

— Оставьте Жаннет в покое! Теперь весь квартал в переполохе. Все звонят мне и спрашивают — кого вызывать: врача-психиатра или полицию?!

— В честь чего? — искренне удивился Кирилл, — В честь того, что я дарю своей жене цветы?

— Но мсье Кирилл! Будьте же благоразумны! Это не просто розы! Это целое состояние! — перешла Зинаида на зловещий шепот.

— А что плохого в том, что состояние? Самое страшное — это подарить жене нестояние.

— Но это же неприлично, по отношению к соседям!

— А стучать и подглядывать прилично? — переменился в лице Кирилл.

Лоб его словно округлился, готовый боднуть, взгляд его подернулся красной поволокой — так показалось Зинаиде. В испуге всплеснув руками, он тут же исчезла за калиткой.

Розы в спальню Кирилл решил нести сам. Он поднялся на цыпочках на второй этаж, и застыл перед распахнутой дверью в спальню. Спальня была пуста.

— У неё были деньги? — спросил Серж Кирилла.

— Да. Я дал ей тридцать тысяч долларов.

— Не понимаю.

— Что не понимаешь? Тридцать тысяч долларов наличными.

— Я не хочу понимать. — Пробурчал себе под нос Серж.

— Хорошо. Ты меня не понимаешь. А женщину? Ты все-таки у нас с французской примесью казак. Где её искать с такой суммой денег?!

— С такой суммой проще.

— Это почему же?

— Куда пойдет женщина с деньгами, не тайна. Тайна — куда она девается без денег. — Пробасил Серж в ответ.

И они поехали. Зная, Алину не как абстрактную женщину, Кирилл не доверял Сержу, уверенному в том, что о женщинах он знает все. Впрочем, в том, что загадкой остается, как она обошлась без денег этой ночью, в душе соглашался с Сержем.

Серж завез его в самый дорогой ювелирный салон Канн, и сам опросил его управляющего. Алины там не было. Уверенно он выбрал следующий маршрут.

За день они объездили все магазины Канн и Ниццы, никто не видел пышноволосой, богатой покупательницы. К вечеру Кирилл, прибывая в полной растерянности и уже не рассуждая, приказал Сержу гнать в Монако, вспомнив пресловутый зонтик. В Монако торговля на улицах давно окончилась. В магазины она не заходила. Он пробежался по игрушечному ботаническому саду, покурил среди экзотических кактусов и рванул в морской музей Кусто. И это было первым его открытием. Переполошенный сторож, тут же позвонил бывшему в дневную смену дежурному по музею и сообщил, что женщина, сходная с описанной, с утра и до обеда гуляла по музею.