Опричнина
Шрифт:
Кто возглавлял опричный дворец в первые годы после его учреждения, сказать трудно. Во всяком случае, в январе 1570 г. дворецким именуется опричный боярин Лев Андреевич Салтыков [1861] . По А. Шлихтингу, Таубе и Крузе, некоторое время (около 1570–1571 гг.) должность гофмаршала (или начальника двора) занимал князь Иван Федорович Гвоздев-Ростовский, погибший во время казней опричников в 1571 г. [1862] В 1572 г. опричным дворецким, вероятно, был князь Юрий Иванович Токмаков-Звенигородский, разбиравший в этом году дело Суздальского Покровского монастыря [1863] .
1861
НЛ. С. 399. Как боярин упоминается в середине 1570 г. (Синб. сб. С. 26 [РК 1559–1605 гг. С. 66]). Вероятно, погиб в 1571 г. (Таубе и Крузе. С. 54).
1862
Таубе и Крузе. С. 54. Шлихтинг пишет, что он «скончался от моровой язвы» после отъезда польских послов летом 1570 г. (Шлихтинг. С. 42); см. о нем: Кобрин В.Б. Состав… С. 65.
1863
Катаев И.М. и Кабанов А.К. Описание актов собрания гр. A.C. Уварова. М., 1905. Отд. 1. № 45; Садиков И.А. Очерки… С. 82.
Впрочем, опричный дворцовый аппарат начал действовать, вероятно, уже с момента разделения территории страны на две части. Делопроизводственная работа в нем велась под руководством дьяка Петра Григорьева [1864] . До нас дошли главным образом акты, характеризующие его распоряжения по земельным вопросам. Еще 18 февраля 1566 г. «ис опричнины» за приписью Григорьева выдали жалованную тарханную грамоту Симонову монастырю на село Дикое опричного Вышгородского уезда [1865] . В сентябре тот же дьяк подписал аналогичную грамоту Шаровкиной пустыни на владения в Перемышльском и Белевском уездах [1866] . Ровно через год Григорьевым была выдана сходная грамота Симонову монастырю в опричном Можайском уезде [1867] . Когда Симонов монастырь сделался опричным, то он выдавал симоновским старцам грамоту на владение селом Кувезино в неопричном Стародубском уезде [1868] . В феврале 1568 г. из Слободы с доклада Петра Григорьева были направлены две грамоты: одна — в связи с пожалованием Кириллову монастырю владений вместо отобранных царем деревень в Чаронде на Белоозере; другая — по поводу обмена кирилловских сел Кашинского уезда на село Яргомыш Белозерского уезда [1869] . Помета Петра Григорьева, наконец, находится на грамоте 24 июня 1571 г., выданной опричному Махрищскому монастырю [1870] на владения в Великой слободе (рядом с Александровой слободой). Земельными делами ведали в опричнине дьяки Т. Нардуков (1567) [1871] , О. Ильин (1569) [1872] , П. Суворов (1569) [1873] и др.
1864
См. об этом: Садиков П.А. Очерки… С. 81–82. Веселовский отождествляет его с опричным дьяком П.Г. Совиным (Петрок Меньшой в 50-х годах был дворовым сыном боярским по Воротынску, а Петрок Большой — по Мещовску). Заметим, что в биографии дьяка И.Г. Совина пробелы относятся как раз к тем годам, когда известен дьяк Петр Григорьев. Впрочем, Р.Г. Скрынников указывает на то, что П.Г. Совин и Петр Григорьев встречаются одновременно (Скрынников Р.Г. Начало. С. 268).
1865
Садиков П.А. Из истории опричнины XVI в. № 6. С. 188 [АФЗХ (АМСМ). № 150. С. 183; ср. № 153. С. 188–189].
1866
Садиков П.А. Из истории опричнины XVI в. № 7. С. 195.
1867
Садиков П.А. Из истории опричнины XVI в. № 20. С. 215 [АФЗХ (АМСМ). № 163. С. 210–211. Сентябрь 1567 г].
1868
Садиков П.А. Из истории опричнины XVI в. № 34; ср. № 33. С. 233 [АФЗХ (АМСМ). № 177. С. 226.7 марта 1566 г.].
1869
Садиков П.А. Очерки… С. 93–94.
1870
Леонид. Махрищский монастырь. № 34.
1871
Садиков П.А. Из истории опричнины XVI в. № 19.
1872
Садиков П.А. Из истории опричнины XVI в. № 35.
1873
Садиков П.А. Из истории опричнины XVI в. № 35.
Центральной правительственной канцелярией во второй половине XVI в. продолжала оставаться казна. Казначеями в земщине были Хозяин Тютин (погибший в 1568 г.) и H.A. Фуников-Курцев, а печатником — И.М. Висковатый (последние двое казнены в 1570 г.). После них уже в декабре 1570 г. казначеем сделался князь Василий Васильевич Мосальский [1874] , а печатником — Борис Иванович Сукин [1875] . Как обратил внимание В.Б. Кобрин, назначение князя Мосальского казначеем — случай беспрецедентный для России XVI в. Но вряд ли он связан с опалой князя Василия [1876] . После казни Фуникова царь не решился бы назначить на его место опального человека. Трудно сказать, когда обособилась от земской опричная казна. Ее некоторое время возглавлял видный приказный делец, первый глава Большого прихода (с 1553 по 1561 г.) дьяк Угрим Львович Пивов. Единственное сведение о его службе в опричных казначеях относится к 12 июня 1569 г., когда к нему царь писал грамоту о землях Кирилло-Белозерского монастыря, приобретенных в Каргопольском уезде [1877] . Опричным печатником был, вероятно, уже с 1571 г. Роман Васильевич Алферьев (осень 1571 — весна 1572 г.) [1878] . Среди дворцовых должностей только дворецкий, казначей и печатник были и в земщине, и в опричнине. Причем первые сведения об этих чинах относятся к концу 1569–1570 г. Возможно, появление особого опричного дворецкого, казначея и печатника связано с перестройкой аппарата в опричнине, происходившей именно в эти годы. Остальные дворцовые должности, очевидно, сразу же после января 1565 г. сделались опричными и не имели земских двойников.
1874
Савва В. Указ. соч. С. 277.
1875
Характеризуя положение в Москве осенью 1570 г., Шлихтинг пишет: «Нынешние верховные правители в Москве следующие: князь Василий Масальский, казначей, и его товарищ Борис Сукин. Московский князь на все должности теперь назначает по два человека; одному он не доверяет» (Шлихтинг. С. 59). В русских источниках о Борисе Сукине упоминается под ноябрем — декабрем 1570 г. (Белокуров С.А. О Посольском приказе. М., 1906. С. 29; Савва В. Указ. соч. С. 396).
1876
Кобрин В.Б. Из истории местничества XVI в. С. 216.
1877
Садиков П.А. Из истории опричнины XVI в. № 37. С. 235–237.
1878
Кобрин В.Б. Состав… С. 50–51.
Оружничими были опричник Афанасий Вяземский (до 1570 г.), а после его гибели князь Иван Тевекелев [1879] . Во время войн 60-70-х годов ведомство оружничего приобрело большое значение. Уже в первой половине XVI в. оружничий распоряжался мастерами-оружейниками. Теперь же создается специальный Бронный приказ, находившийся в распоряжении опричного оружничего [1880] . Кравчими в годы опричнины были Федор Басманов, Федор Игнатьевич Салтыков [1881] и Калист Васильевич Собакин (двоюродный брат жены царя Марфы Собакиной). Об опричных службах последних двух лиц у нас сведений нет. Но двоюродным братом Федора Игнатьевича был дворецкий боярин Лев Андреевич Салтыков, перешедший в опричнину около 1570 г. Общие судьбы этих родичей, погибших во второй половине
1879
Впервые упомянут с «шеломы и с доспехом» весной 1571 г. (Синб. сб. С. 29 [РК 1559–1605 гг. С. 72]), а также весной 1572 г. (Там же. С. 32); см. также: Кобрин В.Б. Состав… С. 75. В 1572–1573 гг. «с шеломом» ходил К.В. Собакин.
1880
Первое сведение об этом «приказе» датируется мартом 1573 г.; оно находится в документе, генетически связанном с опричниной (Альшиц Д.Н. Новый документ… С. 40).
1881
О заключении царем в опалу Федора Салтыкова, своего кравчего, сообщают Таубе и Крузе (Рогинский М.Г. Послание Иоганна Таубе и Элерта Крузе // РИЖ. 1922. № 8. С. 54). О Федоре Салтыкове см.: Веселовский С.Б. Исследования по истории опричнины. М., 1963. С. 440–441.
1571 г., говорят в пользу опричного происхождения Федора Салтыкова. Возможно, был опричником и К.В. Собакин, ставший благодаря женитьбе Грозного на Марфе царским свойственником. Вероятно, ввиду скорой опалы и казни около 1573 г. прямых свидетельств об его опричных службах не сохранилось.
Ловчим был опричник Г.Д. Ловчиков (казнен в 1570 г.), а сокольником — опричник И.И. Бобрищев-Пушкин [1882] . Из пяти постельничих (Я.В. Волынский в 1562–1563, В.Ф. Наумов в 1564–1565 [1883] , С.С. Ярцев, Д.И. Годунов в 1567–1572 гг. [1884] и И.Д. Овцын [1885] ) последние двое были, бесспорно, опричниками [1886] . Родичи Волынского также входили в опричнину, но о самом Я.Я. Волынском, как и о С.С. Ярцеве, нет никаких определенных сведений.
1882
Впервые упомянут осенью 1567 г. Ср. под 1571/72 г. (Синб. сб. С. 20, 31 [РК 1559–1605 гг. Т. II. С. 222, 324]).
1883
Умер в 1568 г. (Лихачев Н.П. Сборник актов, собранных в архивах и библиотеках. Вып. I. СПб., 1895. С. 70). В описи Посольского архива 1614 г. упомянута книга 1564/65 г. постельничего Василия Федоровича Наумова (ОЦААПП. С. 49).
1884
Постельничий в 1567,1571/72, в марте 1572 г. (Кобрин В.Б. Состав… С. 34; Веселовский С.Б. Из истории древнерусского землевладения: Род Дмитрия Александровича Зернова (Сабуровы, Годуновы, Вельяминовы-Зерновы) // ИЗ. 1946. Кн. 18. С. 68; Синб. сб. С. 32 [РК 1475–1605 гг. Т. II. С. 302]).
1885
Ходил «за постелью» в 1571/72 г. (Синб. сб. С. 32 [РК 1559–1605 гг. С. 302]).
1886
О дворцовых чинах в годы опричнины см. также: Скрынников Р.Г. Террор. С. 238–241.
После ликвидации звания конюшего ясельничему подчинялась вся государева конюшня и так называемый Конюшенный приказ с его дьяками [1887] . До 1562 г. ясельничим был близкий к царю Петр Васильевич Зайцев, сделавшийся позднее одним из виднейших опричников. В летних разрядах 1571 г. окольничим именуется опричник Василий Федорович Ошанин [1888] .
Словом, дворцовый аппарат, наиболее близкий к особе московского государя, дал не только образец для организации опричной администрации, но и вошел в него со всеми своими основными учреждениями, хотя номинально Большой дворец находился в земщине [1889] . Архаичная (дворцово-вотчинная) система управления, пригодная для государева удела, не могла, конечно, в достаточной мере служить общегосударственным целям опричной политики. Поэтому после отмены опричнины ее аппарат снова вернулся к исполнению своих чисто дворцовых функций.
1887
О людях Конюшенного приказа см. в документе 1573 г. (Альшиц Д.Н. Новый документ… С. 42 и след.). В пользу этого приказа собирались в 1566/67 г. некоторые подати с Устюжны Железопольской (ЦГАДА. Приказные дела старых лет. 1669. № 214).
1888
Синб. сб. С. 27 [РК 1559–1605 гг. С. 72].
1889
Московское правительство само в переписке с Великим княжеством Литовским отождествляло опричнину с «двором». В грамоте 20 июля 1567 г., написанной от имени М. И. Воротынского, говорилось: «У государя нашего опричнины и земского нет; вся его царьская держава в его царьской деснице… А ведь же и в вашей земле есть земское, и дворное, и кралевское, гетманы и подскарбии и иные чиновники // (Сб. РИО. Т. 71. С. 516).
Январским указом 1565 г. царь «конюшему и дворетцскому и казначеем и дьяком и всем приказным людем веле быти по своим приказом и управу чинити по старине» [1890] . Приказной аппарат, следовательно, в отличие от дворцового целиком оставался в земщине. В земщине продолжала функционировать Посольская изба [1891] во главе с Андреем Васильевым (последнее известие — 28 августа 1570 г.), а позднее — с Андреем и Василием Щелкаловыми (первое сведение — ноябрь того же года) [1892] . Разрядная изба с дьяками Иваном Тимофеевичем Клобуковым (май 1566 г.) [1893] , возможно, Иваном Григорьевичем Выродковым (конец 60-х годов) [1894] , Андреем Щелкаловым (март 1570 г.) [1895] , Андреем Клобуковым (январь 1571 — январь 1572 г.) [1896] по-прежнему ведала военными службами дворянского войска. Поместная изба во главе с дьяком Семеном Путилой Михайловым сыном Нечаева [1897] и Василием Степановым (казнен в 1570 г.) [1898] , а позднее Никитой Грековым (апрель 1571 г.) [1899] в опричные годы выполняла сложные задачи по обеспечению землями значительного числа служилых людей, вернувшихся из опальных ссылок и перемещенных из опричных территорий. Верховный надзор над делами «лихих людей» и над деятельностью губных учреждений осуществлял Разбойный приказ. Его возглавлял дьяк Григорий Шапкин (до лета 1570 г.) [1900] , а позднее — Угрим Андреев сын Горсткин и Гаврило Михеев сын Станиславов (март 1571 г.) [1901] .
1890
ПСРЛ. Т. XIII, 2-я пол. С. 395.
1891
Примерно 1564–1565 гг. датируется приказная выписка о посольских сношениях 2-й половины XV в. — 1564 г. (ЧОИДР. 1902. Кн. IV. С. 9–12). В 1564 г. в источниках уже впервые говорится о Посольской избе (ранее — изба дьяка Висковатого). К этому времени мы и относим окончательное оформление этой канцелярии по внешнеполитическим делам России.
1892
Штаден. С. 82; Белокуров С. О Посольском приказе. С. 106; Лихачев Н.П. Библиотека и архив московских государей в XVI столетии. СПб., 1894. С. 111–113, 128.
1893
Сб. РИО. Т. 71. С. 345. Н.П. Лихачев (а вслед за ним В.Б. Кобрин) считает, что в июне 1567 г. разрядным дьяком был Дружина Владимиров (Лихачев Н.П. Разрядные дьяки. С. 30). С этим трудно согласиться. Владимиров подписал местническую грамоту по делам двух опричников (И.Д. Плещеева и Д.И. Хворостинина) и поэтому действовал скорее как опричный (дворцовый) дьяк, чем как земский (разрядный) дьяк.
1894
Штаден. С. 80.
1895
Сб. РИО. Т. 71. С. 630.
1896
АМГ. Т. I. СПб., 1890. № 1; Кобрин В.Б. Из истории местничества XVI в. С. 217–219; Веселовскии С.Б. Дьяки и подьячие XV–XVII вв. М., 1975. С. 238.
1897
П. Михайлов и В. Степанов совместно работали в Поместной избе еще в ноябре 1568 г. (Садиков П.А. Очерки…Документы. № 17; Кобрин В.Б. Из истории земельной политики в годы опричнины // ИА. 1958. № 3. См. документ № 3). Ср. грамоты 1567 г. (Шумаков С.А. Сотницы, грамоты, записи, вып. V. М., 1910. С. 29–30). О них сообщает также Г. Штаден (Штаден. С. 80).
1898
Последний раз упоминается в марте 1569 (Садиков П.А. Из истории опричнины XVI в. № 34) и 26 апреля 1570 г. (Самоквасов Д. Архивный материал. Т. I, отд. 2. М., 1905. С. 20).
1899
АИ. Т. I. № 180-II. Погиб в майский пожар 1571 г. (ГПБ. F IV. № 254. Л. 34); Веселовский С.Б. Дьяки… С. 131.
1900
Штаден. С. 80; Веселовский С.Б. Дьяки… С. 573.
1901
ААЭ. Т. I. № 281. Станиславов, вероятно, еще в июле 1571 г. был земским дьяком, а к ноябрю стал опричным (Кобрин В.Б. Состав… С. 74; о нем см.: Веселовский С.Б. Дьяки… С. 343; о Горсткине см. С. 127). Упоминание в московской грамоте 1571 г. земских и губных старост, подведомственных Разбойной избе, а также двух дьяков этого ведомства делает возможным предположение о разделении к этому времени центрального ведомства по разбойным делам на опричное и земское. Вопрос этот, впрочем, нуждается в доисследовании, ибо в самой губной грамоте упоминается одна Разбойная изба (приказ). Некоторое время в 60-х годах XVI в. разбойными дьяками были Василий Щелкалов и Мясоед Вислый (ПРП. вып. V. С. 188). Их деятельность приходится на период не ранее — 1555–1556 гг., когда составлена уставная книга Разбойного приказа, у которой были при-писи обоих дьяков (ПРП. Вып. IV. С. 356–370; ср.: Вып. V. С. 188, 336). Когда к этой книге сделаны приписи (и одновременно ли), сказать трудно. В Дворовой тетради (до 1561 г.) о дьячестве первого из названных лиц сведений еще нет.
Возросшая роль Москвы как политического и экономического центра страны, а также московского посада потребовала создания специального земского двора — полицейского ведомства, в обязанности которого входили надзор за порядком в столице и суд по делам посадского населения Москвы. Около 1571 г. на Земском дворе сидели Иван Долгоруков и Иван Мятлев [1902] . Организацией почтовой службы в стране ведала Ямская изба, дьяком которой в феврале-октябре 1564 г. был Андрей Тишков, в феврале 1567 — Иван Мануйлов, в июне 1570 — Третьяк Ростовец, а около 1571 г. в ней находился Иван Тарасович Саймонов [1903] . Почти никаких сведений за годы опричнины не сохранилось о Холопьем суде [1904] и Стрелецкой избе (первым в 1571/72 г. ведали Антон Ромодановский и Василий Александров сын Белого, второй — Г.Г. Колычев) [1905] , а также о Челобитной избе [1906] . В.А. Кучкин нашел сотную выпись на Муромский посад 1566 г., которая была сделана с писцовых книг, писанных «по наказу сыскного приказу за подписью дьяка Самойла Михайлова». В.А. Кучкин не без основания полагает, что перед нами «один из чрезвычайных органов»^ подобный сыскным приказам XVII в.
1902
Штаден. С. 80. В 1571/72 г. на Земском дворе находились Иван Мят-лев, Семен Нагой, Михаил Горсткин (ср.: Синб. сб. С. 34 [рк 1559–1605 гг. С. 83]).
1903
Штаден. С. 82; ГКЭ. Москва. № 20/7162; Исторические акты Ярославского Спасского Монастыря / Изд. И.А. Вахромеев. Т. I. М., 1896. № XXXIX. И.И. Полосин склонен был термин Jamme перевести, как «сытенный или кормовой двор», ибо Штаден писал, что на Jamme «все иноземцы получают изо дня в день свои кормовые деньги». Но кормы послам выдавались в Ямской избе (Сб. РИО. Т. 129. С. 178; Лихачев Н. П. Библиотека и архив… С. 58).
1904
А. К. Леонтьев обособление приказа Холопьего суда от казны относит к 50-70-м годам XVI в., связывая этот процесс с развитием кабального холопства (см.: Леонтьев А.К. Образование приказной системы управления в Русском государстве. М., 1961. С. 192).
1905
Синб. сб. С. 34 [РК 1559–1605 гг. С. 83]; Э. Л. 375 об. [РК 1475–1605 гг. Т.П. С. 306].
1906
Штаден. С. 81–82; ОЦААПП С. 31 [ГАР С. 68]; Шмидт С.О. Чело-битенный приказ в середине XVI столетия // Изв. АН СССР Серия истории и философии. Т. VII, № 5.1950. С. 450–451. Не ясно, какой избой заведовали в декабре 1566–1567/68 г. боярин Василий Юрьевич Траханиотов и дьяки Рахман Житков и Дмитрий Пивов, которым докладывались акты на покупку вотчин Белозерского уезда (Садиков П.А. Из истории опричнины XVI в. № 21, 27; ГБЛ. Троицк. 531. Владимир. № 13).
Областные дворцы в годы опричнины, как правило, исчезли. Это явилось следствием успеха централизаторской политики русского правительства, боровшегося с пережитками удельной раздробленности в стране. Сохранявшиеся Казанский и Нижегородский дворцы [1907] , а также Углицкий [1908] и, возможно, Рязанский дворцы [1909] постепенно трансформировались в территориальные избы.
Центральным финансовым ведомством в годы опричнины был Большой приход, историю которого тщательно изучил П.А. Садиков [1910] . Там с 1563 г. сидели дьяки Меньшой Мелентьев (см. также сведения от февраля 1565 г.) и Иван Булгаков сын Корнев. «Товарищем» последнего в 1568 г. был Парфений Родионов [1911] . Корнев находился в Большом приходе еще в январе — апреле 1570 г. [1912] После его гибели летом 1570 г., возможно, это ведомство возглавлял Степан Михайлов, которого мы застаем там в 1573 г. [1913] Функции Большого прихода (ведавшего сбором ямских, приметных денег, «за городовое дело» и таможенных налогов) распространялись только на земщину [1914] .
1907
Штаден. С. 82. В 1564–1566 гг. нижегородским дворецким был Семен Васильевич Яковля, а дьяками-Иван Николаевич Дубенской и Петр Шестаков Романов (Кабанов А.К. Материалы по истории Нижегородского края из столичных архивов. Вып. 3 // Действия Нижегородской губернской ученой архивной комиссии. Т. XIV. Нижний Новгород, 1913. № 25, 26, 28), а в октябре 1570 г. делами ведал дьяк А.Я. Щелкалов (Акты Юшкова. № 198).
1908
Углицкому дворцу, связанному с Большим дворцом, была подведомственна в 1566/67 г. Устюжна Железопольская (ЦГАДА. Приказные дела старых лет. 1669. № 214).
1909
Штаден. С.82.
1910
Садиков П.А. Очерки… С. 288–290.
1911
Садиков П.А. Очерки…Документы. № 17. Меньшой Мелентьев вместе с Иваном Булгаковым 29 ноября 1565 г. дал вклад в Симонов монастырь (Вкладная книга Симонова монастыря. Л. 30).
1912
Воронцова Л.Д. Два документа (XVI в.) из архива Серпуховского Высоцкого монастыря // Древности. Труды Археограф, комиссии Моск. археолог, об-ва. Т. III, вып. 1. М., 1900. С. 175; Садиков П.А. Из истории опричнины XVI в. № 43; Штаден. С. 80.
1913
Исторические акты Ярославского монастыря. Т. I, XLI.
1914
Гипотеза П.А. Садикова о том, что Большому приходу подведомственны были и дворцовые опричные волости (Садиков П.А. Очерки… С. 290), основана на позднейшем материале и на предположении о принадлежности к опричнине Ярославля.
В опричнине финансовые дела находились в компетенции четвертного дьяка. Четверть была единственным из приказов (не считая дворцовых), перешедшим в опричнину. Уже в январском указе 1565 г. предусматривалось подчинение ей целого ряда волостей (главным образом черносошного севера) «кормленым окупом, с которых волостей имати, всякие доходы на его государьской обиход» [1915] . Сбор окупа «за наместнич доход» являлся основным занятием четвертных дьяков [1916] . После В.Б. Колзакова (1561 г.) уже в ноябре 1565 г. Четверть возглавлял дьяк Федор Рылов, происходивший из среды небогатых ярославских помещиков; он выдал «сотную грамоту» на некоторые волости опричной Важской земли, а в 1566/67 г. — «платежницу» по каргопольским и турчасовским писцовым книгам [1917] .
1915
ПСРЛ. Т. XIII, 2-я пол. С. 395.
1916
Подробнее см.: Садиков П.А. Очерки…С. 299 и след.
1917
Садиков П.А. Очерки… С. 314. В 1574 г. пустозерские таможенники вспоминали, «что учали двиняне и пенежене тот оброк платити в четверть дьяка Дружины Володимерова, как Двиньская земля приписана была к государеве опричнине» (Садиков П.А. Очерки…Документы. № 21. С. 477). Так как Двина вошла в опричнину в 1566 г., то, возможно, и Дружина Лазарев уже тогда был четвертным дьяком.
Финансовые функции Четверти были настолько велики, что уже в 1566 г. мы встречаем второго четвертного дьяка зятя Федора Рылова Дружину [1918] Владимирова (Лазарева), который подписывает грамоты, адресованные купцам Строгановым (с ними он вел ведомственную переписку и в марте 1568 г.) [1919] . В апреле 1567 г. Дружина Владимиров подписывает грамоту о таможенных сборах в Чаронде [1920] . Примерно в 1569 г. состав четвертных дьяков меняется. Дружина Владимиров (Лазарев), вероятно, становится дворцовым дьяком: в 1571 г. он подписывает правую грамоту, выданную с суда опричного боярина В.П. Яковлева [1921] . После возвращения из ответственного посольства в Швецию (в июне 1569 г.) главой Четверти стал Иван Курган Васильев сын Лапин (впервые упоминается в августе 1569 г.) [1922] . Его помощником по Четверти в 1569–1570 гг. был дьяк Иван Савин. В 1572 г., возможно, четвертным дьяком сделался Кирей Горин [1923] .
1918
ГКЭ. Суздаль. № 78/11857.
1919
ДАИ. Т. 1. № 118, 119; Введенский А. Торговый дом XVI–XVII вв. Л., 1924. С. 91–92. Летом 1566 г. Владимиров-Лазарев принимал участие в посольских делах (Сб. РИО. Т. 71. С. 348, 353,430), но вряд ли его можно считать вторым посольским дьяком, как это делает Н.П. Лихачев (Лихачев Н.П. Библиотека и архив… С. 109).
1920
Садиков П.А. Из истории опричнины XVI в. № 18. С. 210.
1921
РИБ. Т. XXXII № 246. Стб. 507. П.А. Садиков ошибается, утверждая, что он был «переброшен» на службу в «Земское» (Садиков П.А. Очерки… С. 326–327).
1922
Садиков П.А. Очерки…Документы. № 18. С. 454.
1923
В августе 1572 г. Кирей Горин подписал две грамоты: Строгановым как дьяк Казанского дворца (ДАИ. Т. I. № 120. С. 176) и Суздальскому Спасо-Ефимьеву монастырю на вотчину в Угличском уезде (АИ. Т. I. № 182. С. 345).