Опустошение
Шрифт:
– Инцидент?
Я решила изложить сокращенную версию событий.
– Я поздно ушла с работы, а Марк Альварез поджидал меня на улице.
– О, нет, – это было все, что он сказал.
– Он преследовал меня вниз по Адамсу до переулка. Удивительно, но я столкнулась с другом
Эндрю, который работает неподалеку, и вместе мы справились с ним до приезда полиции.
– Святое дерьмо, Лив! Так сейчас Марк Альварез в тюрьме? Я знал, что этот ублюдок не
выполнит условия досрочного освобождения. Он не продержался даже три месяца.
Я кивнула, хотя муж не мог меня видеть.
– В общем, я только что покинула полицейский участок, где общалась с детективом
Купером.
– Купер? Да, я знаю его. Оливия, все–таки ты не должна разговаривать с полицией без моего
присутствия.
– Но в действительности ничего еще не произошло, – ответила я. – Я просто подала
заявление.
– Ты в порядке?
– Да, немного переволновалась, но, – я запнулась, взглянув на Дэвида, – со мной все в
порядке.
– Хорошо, малышка, я рад. Не знаю, почему он прицепился к тебе. Прости, что не могу
вернуться домой прямо сейчас. Можешь попросить кого–нибудь из девчонок переночевать с
тобой? Думаю, что смогу быть дома завтра после обеда. Или, может, хочешь приехать сюда?
– Нет, Марк задержан, а у меня сегодня вечером мероприятие, которое я не могу пропустить.
Гретхен и Люси тоже будут там, что возможно я поеду домой с одной из них, – сказала я.
– Я собираюсь поговорить с Купером и убедиться, что он обо всем позаботился. Это должно
стать плевым делом. Ты все еще чувствуешь недомогание после поездки?
– Нет.
– Ладно, детка, я должен идти, если все же хочу поесть сегодня.
– Ты еще даже не ел? В Нью–Йорке почти четыре часа.
– Я был серьезно занят.
Мое сердцебиение участилось, и я потерла виски кончиками пальцев.
– Лив?
– Есть еще кое–что, – сказала я, понизив голос. Прерывисто вздохнув, я продолжила. – Билл,
Девина скончалась вчера ночью.
Тишина на линии показала, насколько он поражен. Ожидая, я тяжело задышала в окно.
– Лив, дорогая, мне так жаль.
– Это ужасно. Бедный Мак.
– Да, ужасно. Ты знала, что все было так плохо?
– Догадывалась, но в действительности, нет, не знала.
Он застонал.
– Мне так… О, Боже. Ты должно быть просто… должен ли я вернуться домой сегодня
вечером?
Я сжала челюсти, продолжая смотреть на проносящиеся мимо машины. Я годами была
сильной, переживая страдания внутри, контролируя себя день за днем. Разве я не продержусь еще
одну ночь, прежде чем отпущу свои эмоции. Потому что это именно то, что я хотела. Позволить
кому–то взять на себя мои переживания.
– Нет, – сказала я наконец. – Я буду в порядке до завтра.
– Когда служба?
– В понедельник.
– Хорошо, я посмотрю, смогу ли отлучиться на несколько часов.
–Я не против пойти одна, если ты не сможешь.
– Малышка, ну конечно, я хочу быть там. Думаю, мы сможем поговорить об этом позже. –
Он тяжело вздохнул в трубку. – Оставайся дома сегодня и попроси одну из девочек приехать к тебе.
– Не могу. – Я покачала головой. – Иди на обед. Или на ужин, это уже не имеет значения.
– Мне жаль, что у тебя выдалась такая дерьмовая неделя. Но, возможно, в этот раз
произошедшее остановит Марка.
– Будем надеяться, что это так, – ответила я, искоса взглянув на Дэвида. – Позвони мне
позже, хорошо?
Я закончила разговор и сидела в тишине, ожидая, когда заговорит Дэвид, но он продолжал
хранить молчание. Я задумалась о словах Билла – дерьмовая неделя. Да, это была дерьмовая неделя,
изнуряющая и физически, и эмоционально. Но дерьмовая – не совсем правильное слово. Это
ощущалось… как что–то неизведанное, неясное. Мы подъехали к моему дому, и Дэвид заглушил
машину.
– Он не вернется?
– Билл будет завтра. – Вздохнула я. – У него дел по горло. Но он был рад услышать, что
Марк задержан. Похоже, что ему не освободиться в ближайшее время.
Посмотрев на Дэвида, я заметила, как напряжена его челюсть и как крепко его руки
сжимают руль.
– А что насчет вечера? С тобой все будет в порядке? – спросил он.
– Да, а с тобой?
Дэвид ухмыльнулся.
– Нет, правда, где ты будешь? Я переживаю. Может, есть кто–нибудь, кто сможет остаться с
тобой? – спросила я язвительно. Дэвид отвел взгляд… и покраснел? – Подожди, я права? –
переспросила я, когда он не ответил.
– Я обедал кое с кем, – сказал он, глядя сквозь лобовое стекло. – И вероятно я приду с ней на
вечеринку.
Сглотнув, я заставила себя улыбнуться.
– Это хорошо, – медленно прокомментировала я. Пока я пыталась подобрать ответ, воздух
вдруг стал резко концентрированным. – Ты уверен в том, что ты делаешь? Я имею ввиду, что
возможно ей может не понравиться тематика этой вечеринки… Хотя, весьма удобно, что ты
живешь прямо наверху.
Он послал мне укоризненный взгляд.
– Кроме того, – продолжила я, – не забудь привести в порядок свою гостевую комнату. – Я
подчеркнуто хлопнула себя ладонью по лбу. – Черт, о чем я думаю? Ведь она вам не понадобиться.
Грудная клетка Дэвида тяжело вздымалась, а выражение его лица напоминало лицо брата
Гретхен, когда мы, будучи детьми, приставали к нему.
– Я серьезно, Оливия. Что насчет сегодняшней ночи. Ты сможешь остаться с Гретхен или с
кем–то еще?
– Я буду в порядке, – ответила я, скрестив руки поверх ремня безопасности.
– Неужели он действительно принял эту чушь под названием "со мной все в порядке”?
– Что?
– Ты всегда говоришь, что все хорошо, даже если это не так. Это хорошо, что на тебя напали
прошлой ночью? Или хорошо, что кто–то, кого ты, очевидно, очень любила, умер? Достаточная ли