Чтение онлайн

Юра был неплохим парнем. Отличало его от всех нас то, что он заикался. Вообще-то го-воря, на инязы заик не берут - такая вот дискри-минация. Так вот, когда Деду попытались робко намекнуть на такое препятствие, он решительно возразил: "А среди иностранцев что, заик нету?" Так Юра Андреев стал единственным заикой на все инязы Союза.

Спустя два-три года казарменного житья слушатели переходили на вольные хлеба. Если ты поступил из армии, то в казарме жил два го-да, если с гражданки - три. Насколько я знаю, это была совершенно уникальная и невиданная в Советской Армии система. Потом москвичи просто жили дома, а в ВИИЯ приезжали на за-нятия, как обычные студенты. Иногородние же перебирались в Хилтон - примыкающее к терри-тории ВИИЯ общежитие.

В самом начале учебы все слушатели сда-вали на водительские права. Затем эти права от-бирались и хранились в сейфе начальника курса. Их выдавали только в загранкомандировку и по окончании института. Почему? А представьте себе, что вы скромный гражданский преподава-тель (а ведь в ВВИЯ была масса гражданских преподавателей). Хорошо, пусть даже не граж-данский, пусть военный. Как бы вы себя чувс-твовали, если все ваши подопечные приезжают на занятия на машинах, а вы - на трамвае? Ведь в загранкомандировке слушатели получали как советские специалисты, плюс всякие надбавки. Поэтому покупка машины была естественным венцом трудов.

Спустя пару лет после окончания моей виияковской эпопеи я встретил своего дружка и одногруппника Андрея Латеева. Он только что вернулся из загранкомандировки. Андрей был переводчиком в учебном центре в Уганде. Его рассказы чем-то напоминали "Тысячу и одну ночь". На пятерых переводчиков был выделен роскошный особняк с полной прислугой. Какое-то время Андрей оставался в особняке вообще один. И вся прислуга трудилась на него. Для на-ших военных были совершенно невероятные скидки на все. Но даже при этом советские офи-церы, советники-танкисты, предпочитали пи-таться в угандийской военной столовой, где кор-мили бесплатно. Здесь вспоминается случай с одним нашим специалистом, который потерял сознание на улице Каира. В больнице врачи быстренько определили, что имеют дело с эле-ментарным голодным обмороком. Не знаю, ско-пил ли этот спец на заветную "Волгу", но скан-дал получился неплохой. Наши быстренько и без шума отправили эксперта домой, пока он не доэкономился до голодной смерти. Возможно, что таким образом спасли ему жизнь.

Так вот, чтобы избежать нездоровых коллизий, слушателям ВИИЯ запрещалось поку-пать машины до окончания института.

Я уже говорил, как выглядела стандарт-ная загранкомандировка у "арабов". На западе в загранкомандировку обычно посылали с треть-его курса. Пролетали мимо только самые забу-бенные пьяницы, самовольщики и разгильдяи. Здесь тоже бывали исключения. Как-то совер-шенно неожиданно в ВИИЯ пришла разнарядка из атташата в Париже. Туда срочно, безотлагательно, прямо сейчас нужно было послать пять переводчиков французского. А дело было летом, и из всех возможных канди-датов в ВИИЯ оставались только пять разгиль-дяев, которым уже была уготована практика в песках пустыни Кара-Кумы. И они поехали в Париж! А примерные и дисциплинированные слушатели отбыли еще раньше в такие райские местечки, как Сенегал, Мали, Алжир... Я упомя-нул Кара-Кумы, потому что матерых негодяев посылали на практику переводчиками в учебные центры. Там готовили всех видов борцов за не-зависимость. Обычно такие центры находились в местности, привычной для аборигенов, то есть, в пустыне.

Была и еще одна категория слушателей - офицеры, но, в то же время, не так, чтобы сов-сем офицеры. В свое время на Кубе срочно тре-бовалось большое количество наших перевод-чиков и послали туда виияков не на год, а на два. По возвращении им присвоили звание млад-ших лейтенантов и в таком виде они доучива-лись. С одной стороны, они были такими же слушателями, как и мы, с другой стороны - офицерами.

У английских групп был еще один, совер-шенно уникальный вид практики. Речь идет о "челноках". Нет-нет, не подумайте, что нас по-сылали с мешками на стамбульский базар! В то время этот термин был чисто виияковским и имел совершенно другое значение.

О челноках, стукачах и прекрасных дамах

Итак, о челноках. По сути дела, все очень просто. Самолет вылетает из пункта А в пункт Б, а, разгрузившись, вновь возвращается в А. Те-перь наполним эту краткую формулу содержа-нием. Речь идет о полетах наших военно-транс-портных самолетов за границу. В те времена воздушный мост между Союзом и Ближним Востоком был обыденной повседневностью.

"Ну, хорошо", - скажет пытливый чита-тель, - пилоты, самолеты, это все понятно. Но при чем здесь ВИИЯ?" А при том, что за преде-лами Союза все радиопереговоры между бортом и землей ведутся на английском языке. Военные же авиаторы в массе своей несколько слабовато знают иностранные языки. Поэтому в состав экипажа включается бортпереводчик, слушатель ВИИЯ или офицер. В самом начале учебы все слушатели английских групп проходили летную комиссию, где нас прослушивали, простукивали и вертели на хитром кресле. Не думаю, что к нам предъявляли такие же требования, как к кандидатам в летчики-истребители, однако про-центов двадцать эту комиссию не прошло.

Львиную долю челноков составляли по-леты в Сирию и Египет. Летали из разных мест - из Калининграда, Крыма и Подмосковья. Обыч-ный маршрут в Египет пролегал через Буда-пешт, потом через Адриатику между Югосла-вией и Италией, и дальше через Средиземное море. Садились тоже на разных авиабазах: Кай-ро-Уэст, Иншас, Бени-Суэйф и так далее.

В Сирию летали в основном из Крыма через Турцию и садились в Дамаске. По ВИИЯ ходило множество рассказов о встречах с аме-риканскими "Фантомами", особенно над Тур-цией. Среди пышного виияковского фольклора попадались явные апокрифы. Один из них, в частности, повествовал о том, как наш самолет, сбившийся с курса над Средиземным морем, навели на нужный аэродром с американского авианосца. Хотя, кто его знает, в те времена, когда на Средиземном море наши и американс-кие корабли и самолеты постоянно терлись бо-ками друг о друга, там действовали определен-ные писаные и неписаные правила. Так что может быть эта история и правдивая, хотя я в ней сомневаюсь.

Несколько отвлекусь от темы. Чаще правила нарушали наши. Например, есть же-лезное правило, что поскольку авианосец во время взлета и посадки самолетов не может ме-нять курс, ни один корабль в это время не имеет права идти ему наперерез (хотя бы просто из соображений собственной безопасности). В на-чале семидесятых наш эсминец, обуреваемый любопытством (а точнее, насколько я слышал, некой группе товарищей дозарезу нужно было сфотографировать что-то на авианосце именно с такого ракурса), нарушил этот запрет. Он пошел на пересечку курса английского авианосца "Арк Ройал" в то время, когда тот сажал на палубу свои самолеты. По закону справедливости в са-мый неподходящий момент у эсминца в машине что-то сломалось, он потерял ход и был протара-нен авианосцем (к счастью, не утоплен). Эсми-нец оттащили через Дарданеллы на Черное море, а в газете "Красная Звезда" появилась за-метка о пиратских действиях натовских кораб-лей на Средиземном море. Дело было представ-лено так, будто озверевший авианосец долго го-нялся за бедным советским кораблем.

Вернемся, однако, к нашим баранам. Чел-ноки длились около двух недель. Летали в граж-данском, хотя позывные самолета чаще всего были военные (но иногда и гражданские). Обыч-но, приземлившись, скажем, в Кайро-Уэст, эки-паж ночевал там, а утром отправлялся в обрат-ный путь. Но следующее утро цикл повторялся. Загранкомандировкой это можно было считать лишь с большой натяжкой, поскольку за преде-лы авиабазы выходить запрещалось, и валюта не выдавалась.

Основной «рабочей лошадкой» был Ан-12, но летали и на Ан-22 - совершенно невероят-ных размеров махине (в то время это был самый большой самолет в мире). Самолет этот настоль-ко огромный, что, увидев его низко летящим в воздухе, приходилось себя уговаривать, что это реальность и такая фиговина действительно ле-тит. Грузы были самыми различными - начиная от реактивных истребителей (крылья у них, ес-тественно, отстыковывались).

Как я уже говорил, в основном летали в Египет и Сирию. Но не только. Это мог быть и Алжир, и Йемен, и Индия - вся география. В 1971 году над Атлантикой пропал Ан-22, ле-тевший в Перу с грузом гуманитарной помощи для пострадавших от землетрясения. Не знаю, что там была за помощь, но это был военный са-молет и среди погибших есть бортпереводчик, слушатель ВИИЯ.

Вот, что представляли собой челноки.

Можно с уверенностью сказать, что в это время Сирия и Египет были самыми открытыми государствами в мире. В том смысле, что ника-ких тайн для еврейской разведки там не было. Поэтому, отбросив в сторону классическую советскую сдержанность, наши себя особенно и не маскировали. Например, в Латакии ( это основная сирийская военно-морская база) со стороны стоянки ракетных катеров на весь порт по громкоговорителю разносились команды ти-па: "Со-ветским командам обедать!"

Степень нашего доверия к братским арабским союзникам хорошо характеризует такой эпизод. В 1971 году наши самолеты-разв-едчики МиГ-25 совершили несколько облетов территории Израиля. Полеты совершались из каирского аэропорта Кайро-Уэст и обставлялись массой ложных маневров и уловок, чтобы вер-ные союзники не догадались, что МиГ-25 идет в боевой вылет и не настучали быстренько изра-ильтянам. На взлете и посадке два самолета-раз-ведчика охранялись полком МиГ-21, а на земле - советским спецназом, "Шилками" и нашими ракетными комплексами. Арабов к ним и на дух не подпускали.