Чтение онлайн

– От чего?

– Ты кругом посмотри, им на самом деле по девяносто лет должно быть сейчас, а они рядом с нами танцуют, как дети.

– Не знаю, я про это не думала. Люди как люди, а сколько кому лет, мне всё равно.

Вот как, а почему тогда мне не всё равно, может стареть начал или выпил лишнего? Что то меня на сентиментальные мысли потянуло, надо с этим завязывать, с праздниками этими, расслабляют они как то.

– Я сегодня с девчонками ночевать буду, ты не против?
– спросила меня Ника, когда в танцах образовался временный перерыв.

– Совсем нет - рассмеявшись, ответил я.

– А чего тут смешного?

– Нормально всё. Просто вспомнил, как последние два дня на полу спал, а ты сейчас спрашиваешь, не против ли я сегодня на диване поспать. Кто же от такого предложения откажется?

– А кто тебя заставлял спать на полу? Я много места не занимаю, а диван у тебя широкий.

– Не, ну это ни в какие ворота не лезет, сначала занимает моё спальное место, а потом мне же и вопросы задаёт.

– Смотри, я могу и передумать, снова на коврике спать придётся.

– Не надо! Повидайся с подружками, поговорите про жизнь, про нелёгкую судьбу, а я как нибудь сегодня один. Подумаешь немножко потоскую, это даже полезно.

Мы ушли, наверное, одними из первых, всё таки как не крути, а танцевальные ритмы старшего поколения, не могли произвести на нас того впечатления, которое оказали на своих современников. Поэтому, когда я довёл Веронику до её дома, то она была первой, кто вернулся с праздника, этим вечером. Без долгих прощаний, оставив девушку отдыхать и пошёл к себе. День выдался не простым и усталость даёт о себе знать, а сегодня мне ещё надо перекинуться парой слов с нашим разведчиком, только вот когда он вернётся и сколько придётся его ждать, неизвестно.

Васька заявился поздно. Я даже успел задремать сидя на диване, потому что когда услышал его вопрос, вздрогнул от неожиданности.

– У тебя выпить ничего не осталось?

– Там, внизу посмотри - ответил я и только потом подумал, что ему на сегодня, пожалуй, хватило бы, гробить своё здоровье.

– Тебе налить?
– спросил сержант, доставая бутылку и рюмки.

– Не а, я и так еле сижу. А у нас ещё разговор имеется.

– Говори - сказал сержант, чокаясь в воздухе с невидимым собутыльником.

Дождался пока он опрокинет в себя тёмную жидкость, занюхает её рукавом, стиранной гимнастёрки и произнёс:

– С продуктами стало хреново.

– Где?
– спросил разведчик осипшим, наверное, от выпитого, голосом.

– Везде! Думаешь нам одним их не поставляют? В Универмаге цены в три раза взлетели, причём абсолютно на всё.

– И чего? Нам то какая до них печаль?

– Хорош дурака врубать! Мы сами только рыбу ловим, а остальное где берём, забыл?

– Не ори, башка и так раскалывается.

– Пить меньше надо, здоровее будешь. Короче так, на утро собирай Шестакова, Иконникова и сам будь. Решать пора, где сеять пшеницу станем, самим теперь всё придётся выращивать.

– На сколько?
– спросил так и не разобравшийся в возникшей проблеме, сержант.

– На сразу после завтрака - ответил я ему, еле сдерживаясь.

– Ладно приведу. А ты чего сегодня один? Твоя где?

– К тёще уехала! Захворала она у неё!

– Куда?

– Куда, куда? Домой конечно.

– Это, как это?

– Ой, ладно Вася. Давай вали уже. Спать хочу, не до смехуёчков мне сегодня.

Встал рано, позавтракал тоже, когда снова поднялся к себе, то все уже были на месте. Хитёр Сутягин, вчера больше прикидывался дураком, чем есть на самом деле.

Мужики, понимая, что надо быстро обозначить все необходимые вопросы и после этого заниматься непосредственно работой, не подкачали. Собрание началось ещё до восьми часов. Я быстренько обрисовал обстановку, относительно возникшего дефицита продуктов, в нашем не до конца ещё понятом мире и только перешёл к конкретному вопросу о том, где лучше готовить пашню под пшеницу, как входная дверь резко открылась и в неё влетела моя раскрасневшаяся секретарша. Застыв на долю секунды у самого входа, она тихо поздоровалась и заняла своё рабочее место, не обращая особого внимания на то, что происходит в кабинете.

– Чего то быстро вернулась?
– спросил меня Сутягин.

Я не нашёлся, чего ему ответить и только показал крепкий, жилистый, по настоящему мужской кулак, который произвёл на него впечатление, так как он тут же поднял к верху руки и больше не произнёс не слова.

Вариантов для обсуждения было мало, а практически воплотить в жизнь можно, на мой взгляд, всего лишь один. Поэтому я его и предложил для детального рассмотрения, не смотря даже на то, что для выполнения его потребуется истратить приличное количество дефицитного горючего.

– Придётся Пётр Васильевич, тебе возвращаться на ваш хутор - обратился я к прапорщику Иконникову.

– А почему именно туда?
– спросил он.

– Если найдёшь нормальное поле под пшеницу ближе, то можешь и не ездить так далеко.

– Искать надо, может и найду.

– А вспахать и посеять, успеешь?
– снова задал я вопрос служаке.

– Тогда не буду искать, поедем сразу к себе.

Предложений, где можно начинать пахать, выслушал я не мало. Но ни одно поле, имеющееся на примете у моих товарищей, не подходит нам по размеру, а бегать от одного участка до другого, по пять километров, я не согласился. Это же сколько народа надо будет задействовать, при охране этих участков, чтобы сохранить на них урожай в неприкосновенности. В конце концов остановились на моём предложении и решили, что надо ехать туда, где жили до этого наши люди из двадцатых годов.

– Вася ты свободен, можешь заниматься со своими бойцами. А вы - сказал я Шестакову и Иконникову, - прямо сейчас определяйтесь сколько людей отправлять будем и какое количество продуктов им необходимо. Под их перевозку я дам одну машину, которая на хуторе и останется.

– А с лошадьми как же?
– спросил прапорщик.

– Бери сколько надо, они своим ходом пойдут. Пишите давайте заявку, а я сейчас подойду.

Зачем мне над ними сидеть, взрослые дядьки, сами должны определить, чего пригодится на новом, старом месте и кого следует туда отправлять. Десять раз довозить то, что кто то забудет прихватить с собой, я не собираюсь, поэтому чтобы не тыкали потом на меня пальцем, как на стрелочника, пускай обо всём сами заботятся.