Чтение онлайн

— Так я называю мужчин из аниме. Люблю их.

— Аниме или мужчин?

— И то, и другое.

Валтер серьёзно кивнул, будто я сообщила ему что-то крайне важное, и вернулся к администратору. Он так бегло заговорил по-гречески, что я невольно позеленела от зависти. Конечно, я знала про лингвистические таланты братьев, но слышать это вживую... Со мной он общается по-русски, на совещаниях — по-английски, и всегда безупречно. А я десять лет мучилась с английским и до сих пор его осваиваю. В эту секунду я твёрдо решила выведать все их секреты полиглотства при первой возможности.

Спустя время мы наконец вырвались на свободу. У выхода из клиники нас поджидали Кай и Кира. Увидев меня, подруга тут же кинулась обниматься, превратившись в заботливую наседку, и принялась осматривать каждую царапину.

— Как же так? Как ты? Как можно быть такой неосторожной? С ума меня сведёшь! — причитала она, крутя меня, словно куклу на витрине.

— Зачем ты ей сказал? — спросила я у Валтера, изображая тон мученицы.

— Я сказал не ей, — ответил он сквозь зубы, явно чем-то недовольный.

— Надо поговорить, — послышался низкий голос Кая сквозь причитания Киры.

Его тон не предвещал ничего хорошего. Что-то не то было в этом парне. Инстинктивно я ощущала исходящую от него антипатию.

— Ну давай поговорим, — также напряжённо отозвался Валтер, после чего снова посмотрел на меня и уже спокойно скомандовал: — Садитесь в машину, двери открыты.

Он протянул мне пачку бумаг.

— Твои анализы.

Я послушно кивнула и взяла протянутые бумаги. Присутствовать при разборке этих двоих совсем не хотелось — а что-то явно назревало. Кира тоже кивнула, но уже Каю, который окинул её внимательным взглядом, словно считывая мысли.

С каких пор

они

так поладили?

Новаки молчали, пока мы рассаживались в машине, лишь изучали друг друга взглядами. Но стоило дверям захлопнуться — и началось. Валтер что-то объяснял, сдержанно жестикулируя; даже издалека чувствовалось, что он злится. Кай молча извлёк из кармана нечто красное и протянул брату.

Валтер застыл. Несколько секунд он смотрел на предмет в руках Кая, потом закрыл глаза, и руки бессильно повисли плетьми. Кай что-то спросил. Валтер безэмоционально ответил — одними губами, без звука.

Когда братья вернулись в машину, лица их снова стали безмятежными и спокойными.

Терпеть не могу, когда люди прячут эмоции под фальшивым спокойствием. Это противоестественно.

Мы с Кирой обменялись взглядами. Она выглядела встревоженной, и дело явно было не во мне.

— Что не так? — шёпотом спросила я, приблизившись к лицу подруги.

— Давай покинем страну, — так же шёпотом ответила Кира. — Мне страшно. Они пугают меня.

— Ты же сама приехала с Каем, — удивилась я.

— Выбора не было.

Я накрыла своей ладонью её ледяную руку, кивнула и отодвинулась, показывая, что прекрасно понимаю, о чём она.

Если подруга чувствует тоже самое к Каю, что я чувствую к Валтеру... мы обе пропали.

Всю дорогу мы ехали в тишине, и в машине ощущалось такое густое напряжение между всеми участниками событий, что воздух можно было разрезать ножом. Поэтому я была невероятно рада, когда мы доехали до нашего с Кирой дома.

Валтер вышел из машины, открыл дверь с моей стороны и протянул руку для помощи. Это был жест джентльмена, который смутил меня. Я покосилась на Киру, она посмотрела на меня и отрицательно покачала головой, как бы говоря, что не доверяет парню.

Я улыбнулась ей и пожала плечами. Как бы она ни относилась к Новакам, всё же невоспитанно отталкивать человека из-за личной неприязни. К тому же ребята, очевидно, не пытаются нам навредить. Если бы у них были плохие намерения, мы сейчас были бы где-нибудь в лесу, а не у собственного дома.

Подруга поджала губы.

Валтер всё это время стоял с протянутой ладонью. Я подала ему свою руку, ведь он всё-таки спас мне жизнь, и к тому же в этот момент был чертовски привлекателен, что никак не могло оставить меня равнодушной.

Вчетвером мы не спеша направились к парадной. Было тихо, и лишь мысли в моей голове ворошились, перебивая одна другую.

Завтра я буду пить кофе без кофе, то есть горячую воду с молоком. Могу ли я спросить

Валтера

о той девушке, что чуть не сбила меня?

И почему это вообще меня волнует?

— Можешь обработать мне рану? — спросил Валтер, когда мы подошли к двери квартиры, заставляя отвлечься от размышлений о сегодняшнем дне.

Я посмотрела вниз и удивилась. Всё это время он держал меня за руку, и на нём не было перчаток.

Бросив взгляд на подругу, я заметила, как она едва заметно осуждающе мотала головой.

— Ты не боишься микробов, так ведь? — я решительно отпустила его Валтера и достала из кармана ключ от квартиры.

— Нет.

— Ясно!

Давно было понятно, что он врёт, но слышать это от него всё равно неприятно. А ещё я не припоминала, чтобы приглашала к себе этих ребят.

Но что тут поделать?

Они наши коллеги, и я должна была проявить благодарность за помощь. Да и лечение, вероятно, влетело в копеечку.

Я повернула ключ и открыла дверь. Чего я терпеть не могу, так это ложь и бестактность.

— Ты злишься, — голос прозвучал грустно, что заставило меня посмотреть на него.

Лицо Валтера стало печальным, глаза светлее, всегда прямые плечи согнулись. И мне почему-то стало его жаль.

— Вовсе нет, — ответила я ложью на ложь. — Хотите чаю?

Дедушка учил всегда быть гостеприимной к тем, кто переступает порог моего дома.

Следом за Валтером, в квартиру зашла Кира, а за ней теснился Кай, оглядываясь по сторонам. Мы встретились глазами с подругой, и я поняла, что она тоже не в курсе, почему эти двое пришли к нам в дом.

— Мы отойдём на пару мгновений. А вы пока проходите на кухню, — махнув рукой скомандовала Кира и направилась в ванную.

Я проследовала за ней, глупо улыбаясь парням, которые всё ещё мялись в коридоре.

— Что происходит? Почему они пришли? — громким шёпотом спросила Кира, и я стукнула её по руке, заметив, что та ковыряет кожу на большом пальце.

Подруга лишь фыркнула и убрала руку за спину. Кайма зрачков приобрела едва заметный фиолетовый оттенок.

Роскошный цвет глаз.