Чтение онлайн

— Лин там? — спросил я. — Эван! Мама там?

Эван растерянно покачал головой.

— У нее смена в больнице, — сказал он тихо.

Точно… Я и забыл. Ну и слава Богу.

— Есть еще кто-нибудь в квартире?

— Нет…

— Никого нет! — крикнул я. Пожарный заметил меня и выбежал из машины.

— Вы пострадавший?

— Вот он, — я показал на маленького трясущегося Эвана. Мальчик продолжал всхлипывать.

— Он что, с окна прыгал?

— Прыгал, — кивнул я. Сердце у меня колотилось просто бешено. Пожарный с интересом посмотрел на нас и пошел на помощь другому. Они вдвоем забрались внутрь квартиры и стали тушить огонь изнутри. Я погладил взъерошенную голову Эвана.

— Все хорошо… Испугался?

Эван расплакался с новой силой. Конечно, он испугался! Страх так и сидел в нем, сделав руки и ноги ватными и непослушными, будто чужими. Я попытался его успокоить и взглянул на Дэма. Он огромными испуганными глазами смотрел на пожарную лестницу. Он уже перестал плакать, но я видел, что ему по-прежнему страшно. Я и сам-то чуть не умер от страха.

— Ну ты, Эван, и дал, — пробормотал я. — А если б нас тут не было? Пожарные могли бы не успеть… Ладно, хорошо, что повезло. Сейчас сюда твоя мама прибежит. Она далеко работает?

Эван начал потихоньку успокаиваться.

— Далеко… На автобусе семь остановок.

— Тогда надо ей успеть позвонить, пока она не уехала, — сказал я. — Эван, ты знаешь мамин рабочий телефон?

Эван покачал головой.

— А ей никак не позвонить. Она интерн в больнице.

— Да? — изумился я. Удивительно, но я не знал, кем работает Лин. Спрашивать у Дэма было неловко. — Ничего себе. Тогда нам нужен телефон больницы… В какой твоя мама работает? Подожди, а мобильного у нее нет?

— Нет… Там морг рядом.

"Весело", — глупо подумал я, встал с колен и набрал номер справочной.

— Будьте добры, — попросил я, дозвонившись. — Дайте, пожалуйста, мне номер хирургического отделения… Ага. Спасибо.

Я набрал другой номер.

— Алло, — сказал я. — Это больница? Отлично… У вас работает Лин… э… Эван, как фамилия?

— Чья?

— Твоя! И мамина!

— Леман…

Дырявая голова! Я же и сам помнил!

— Лин Леман! — сказал я. — Ну да, интерн… Мне с ней поговорить надо. Срочно! Очень срочно и очень надо, да! Вопрос жизни и смерти! Да, пожар… А вы откуда знаете? Позвонили… Блин.

Я молча постоял секунд пятнадцать, слушая монолог в трубке. Теперь оставалось только повесить трубку.

— Уже рассказали, — наконец сказал я мальчишкам и отчетливо представил, как Лин (вот все-таки ничего себе — интерн!) выбегает из больницы и бежит к дороге ловить такси. Как торопится побыстрее…

— Как бы беды не случилось, — прошептал я.

— А что? — не понял Дэм. Он наблюдал за пожарными, закончившими свое дело и вылезающими с балкона на лестницу.

— Мало ли что…

— Что же делать? — тихо спросил Эван.

— Теперь уже только ждать. С какой стороны остановка?

— С этой, — сказал Дэм. — С той стороны ничего нет.

— А если такси? Ладно, будем тут. Эван, что же ты наделал…

— Все сгорело, — мрачно сообщил пожарный, сняв оранжевую каску и вытерев со лба пот. Его темные волосы прилипли к вспотевшему лицу тонкими прядками. Я машинально потянулся поправить челку, но вспомнил, что ее больше нет.

— Все? — испуганно переспросил Эван. Пожарный кивнул.

— Ну как? Жить там сейчас, конечно, нельзя. Нужен ремонт. Вы бы мебель видели… А в принципе, серьезных повреждений нет. Потом заселитесь обратно. Кухня первая горела, да?

Эван кивнул.

— Чайник, — сказал мальчик и вздрогнул, вспомнив расплавившуюся пластмассу. Пожарный расстегнул рубашку.

— Осторожней надо быть. Ладно, удачи… Поедем мы.

Пожарные собрались точно так же быстро, как и приехали. Смотали шланги, сложили лестницу, завели мотор. Машина поехала прямо, а потом свернула за угол. Рядом с нами столпилась дюжина любопытных людей. Кто-то подошел совсем близко.

— Ой, а вы не знаете, там никто не пострадал?

— Никто, — буркнул я.

— А вы знаете хозяина?

— Знаю, — еще нелюбезнее ответил я.

— Их нет дома, да?

— Послушайте! — Я разозлился. — Я что, интервью даю в газету?

Эван тяжело вздохнул. Он вспомнил про документы и деньги, которые надо было спасать в первую очередь.

Я посмотрел вверх, на черный прокоптившийся балкон.

— Дела, — сказал я. — Со мной такого никогда не случалось.

— Там документы сгорели, — вспомнил Эван. — Мне попадет.

— Попадет, это верно. Ты не только документы, всю хату спалил. Надо будет туда подняться, посмотреть, что уцелело. Эван, у тебя есть ключ?

— Нет… Дома есть. Наверное… Если не сгорел.

— У Лин… у мамы есть ключи?

— Ага, — кивнул Эван.

— Ладно. Пойдем, посидим.

Я направился к треснутой деревянной скамейке под невысоким деревом, сильно напоминающим куст. Я сел посредине, а Дэмиэн и Эван по краям. Колени до сих пор слабо тряслись. Я осторожно посмотрел на Эвана. Если мне было так страшно, то как же испугался он?

Но нет, Эван держался молодцом, совсем храбро. Только по щекам размазались серые от слез и копоти разводы.

— Ужас, — прошептал Дэм.

— Да ладно, — сказал я. — Все живы, и это замечательно. Все отлично. Слышите? Все отлично. Подумаешь, квартира. Дело наживное. Эван, ты не расстраивайся. Мы сейчас все твоей маме объясним. Самое главное, что ты живой…

Я ни за что не узнал бы Лин сейчас. Она была такого же цвета, как ее белый халат. Именно благодаря этому халату я ее и заметил. И что она плачет, заметил тоже.

Слишком много слез за какой-то час.

Я очень хотел побежать к ней и крикнуть, что все хорошо, что Эван цел, безумно хотел обнять ее и успокоить. Дэмиэн растерянно смотрел то на меня, то на Лин. Я не двинулся.

Бледная растрепанная девушка бежала к своему балкону. Эван побежал к ней навстречу.

— Мама! — крикнул он. Я остался стоять на месте. Дэмиэн подошел ко мне и встал совсем рядом.

— Эван! Господи, живой… Что же ты натворил… Эван… Как ты выбрался? Я же дверь закрыла на ключ…