Орда встречного ветра
Шрифт:
?
неоспоримо гениальное изобретение. Ороси не торопилась забраться в свой ледяной цилиндр. А это, можно сказать, был хороший знак.
— Похоже, будет относительно спокойно… — сказала она, наблюдая за чашечками и ползущим вверх меркурием.
— «Спокойно», это как? Потеряем двоих-троих не больше? — пошутил Голгот, с нахлобученным до бровей шлемом.
— Вулкан выбросит кривец в 7 баллов, не более, я так думаю. Трещины в воронке весьма широкие, хрусталь тает медленно. Эффузивное давление будет держаться приблизительно на одном и том же уровне, а в таком случае не должно быть слишком выраженных сотрясений или взрывов. Просто анабатический поток будет затруднять для нас продвижение по хребту.
— Думаешь стоит подождать?
— Нам — да. Но думаю, Эрг без особых затруднений сможет перенести одного из копальщиков на вторую платформу.
— Это в восьми километрах без остановок, — напомнил Эрг.
— Мы выждем четверть часа, чтобы проверить мои предположения. Закрепим лопасти винтов тебе на подошвы. Толкающая сила вулкана будет мощная, но вращательная инерция винтов скомпенсирует ее, притягивая тебя к земле. Если хорошо уравновесить работу крыла и винтов, то получится стабилизировать полет и спокойно перенести остальных.
— При условии, что будет правильно просчитана степень нагрузки.
)
на снегу полученные результаты. Винты, привинченные к ботинкам Эрга, были настолько тяжелые, что я плохо себе представлял, как он мог бы подрезать эту каленую сталь ротофрезером. Так или иначе, но он отчасти контролировал скорость вращения при помощи уклона стопы, с большей или меньшей силой проводя пяткой по выпуклой части винтов. Трудности скорее возникнут, если усилится ветер. Если крыло надуется, то управлять им станет сложно.
— Одного твоего веса будет мало, Эрг. Тебе лучше взять с собой кого-то покрупнее, иначе улетишь в облака.
— Я первым Горста перенесу. Он самый тяжелый из нас. Ты как, Горст, согласен?
— Без проблем. Возьму с собой станок и как раз вам местечко подготовлю. Каждому по окопу, подходит?
— Ну тогда вперед и не задерживайтесь. Извержение понемногу начинает подниматься.
x
— А ты не боишься, что от их вихрей пойдут турбулентности? У них на двоих четыре как-никак. У Горста вихрь брата, а у Эрга — Фироста…
Сов был в смежном с моим окопе, и порыв ветра, несущий на нас снежную крупу, перекрыл для остальных его
замечание. Я кивнула головой и знаком сказала молчать. Да, Сов, это катастрофа…
?
Только что-то все по борозде вдруг пошло… Что-то в воздухе такое завертелось, что любого орла пошманает. Я в своей норе так сидеть не могу, мне видеть надо… Ороси орала что-то, чуть глотку себе не сорвала, только вот до меня не сразу дошло, хотя ветер в котловине вдруг резко стал. У меня чуть глаза не вылупились смотреть, как Горст с Махаоном высоту от безветрия терять стали, полетели прямиком в кратер…
)
?
— Ороси, ты что-нибудь понимаешь? Вулкан вроде как застыл.
— Какая-то сила поглотила вибрации воздуха, это что-то, чего мы не видим…
— Оно движется? Перемещается?
— Оно поднимается в направлении Эрга… Туда стекаются остаточные ветра…
— На них?
— Нет, к этой силе…
— Что это может быть? — спросил я и сам понял, насколько напрасным был мой вопрос.
)
— Это может быть только хрон… Из вулкана вырвался хрон…
При этих словах все остатки нашей Орды были уже на хребте, судорожно вглядываясь в кратер вулкана.
— Только хрон может с такой скоростью поглотить подобную турбулентность потока и заключить ее в своем коконе. Он чистит следы волн и оставляет вокруг себя совершенно гладкий и неподвижный воздух. Другого объяснения нет.
— Почему не видно его панциря? У всех хронов есть панцирь!
— Нет, далеко не у всех… Рядом с нами каждый день пару хронов проходит, которые мы даже не замечаем. Нужно пройти вперед по хребту. Мы должны быть как можно ближе к Горсту с Эргом, когда хрон дойдет до них. Надевайте рюкзаки и вперед!
— Пошевеливайтесь! — добавил Голгот.
При отсутствии ветра пробежка по хребту почти привела меня в замешательство своей простотой. Мы меньше, чем за четверть часа преодолели три километра, отделявшие нас от места, где шли ко дну Горст с Эргом. Это была уникальная возможность продвинуться вперед и Голгот сразу это понял: