Чтение онлайн

Но это я отвлёкся. Самое главное — мусор постепенно покидал пределы моего участка. На данный момент халявный подвоз мусора мне точно не был нужен, поэтому самосвалы Ивановых, которые по ночам раньше подкидывали мне бесплатный материал, начали поголовно ломаться, не доезжая до моего участка нескольких сот метров. Сначала они удивлялись, потом начали что-то подозревать. Ну, а затем их осенило, когда их диверсанты нашли устройство для выведения из строя электроники, которое было установлено на моём участке.

Один из многочисленных друганов Бори, хозяйственный прапорщик, продал мне давно списанную установку радиоэлектронной борьбы «Всполох», которая, в принципе, была рассчитана для помех и уничтожения вражеской электроники. Но вот только артефакторный блок, который должен был отвечать именно за выведение из строя электроники, там, конечно же, отсутствовал. По большому счёту, это был муляж установки, поставленный на полуприцеп, у которого сам прапорщик или его кармические братья-предшественники продали даже колеса, и он стоял на улице ржавый, на кирпичах.

Что ж, на резину я раскошелился, и это чудовище мы оттащили до нашего участка. Попутно я даже привёл его в божеский вид, убрав лишнюю ржавчину и вручив ворчавшему Борису банку с зелёной краской, которой он покрыл металл сверху. Выглядела эта установка как памятник. Собственно, она по факту и являлась памятником, но зато стояла на верхушке мусорного террикона, открытая для взгляда со всех сторон. И опознать, что это такое, явно не составило труда.

Понятно, что машины Ивановых ломались не от святого духа, и уж точно не от этой покрашенной железной консервы. Ломал эти машины я лично, поджигая микросхемы. Подозреваю, какой переполох творится у герцога Иванова. Все эти военные установки стоили сумасшедших денег, ну я имею в виду работающие установки. Все они были записаны в реестр Имперской армии. Предполагаю, что прямо сейчас по его посылу резко началась проверка во всех воинских частях Империи, находящихся на территории Лихтенштейна, на предмет не пропала ли у них одна из таких установок. Но, надеюсь, знакомому прапорщику Бориса не «прилетит».

Я, честно говоря, немного беспокоился, что в мой красиво окрашенный металлолом прилетит ракета РПГ, но Иванов решил не усугублять и прекратил подвоз мусора к моему участку. И, наконец-то, я начал от него избавляться.

Ну а мои рабочие начали показательное возведение стен моего будущего имения. Да, со стороны это смотрелось как полное нарушение строительного регламента. Стены будто вырастали на обычной земле, без всякого фундамента. Вот только это было не так. Что-что, а фундамент я смог возвести незаметно.

Да и стены, которые возводили мои рабочие, мне были до лампочки. Я проинструктировал Ганса, что для меня важна скорость, а не крепость. Он без разговоров передал мои указания каменщикам. И они хреначили с потрясающей скоростью, оправданно опасаясь, что их стеночка в один кирпич рухнет в конце рабочего дня. Но стеночка не падала. Я ночью укреплял её до такой степени, которая была неизвестна в этом Мире до появления в ней Архитектора, то есть меня.

Я примерно прикинул время и понял, что я прекрасно успеваю к сроку и даже с запасом. Да, вечером мне приходилось сюда приезжать, как на работу, и зависать здесь порядка четырёх часов. Но самое главное, что процесс был запущен, и всё работало как часы. Мусор исчезал, стены имения росли, как и росло уважение моих рабочих, которые тоже имели глаза. Когда они приходили утром и смотрели на свою вчерашнюю работу, они явно понимали, что здесь поработала магия. Причём магия, недоступная для их понимания.

А я понимал, похоже, мне нужно будет озаботиться наймом гвардейцев. Не во всех Родах существовала практика собственной гвардии, хотя по закону любой аристократ имел право на её создание. Вот только это было достаточно дорогостоящим удовольствием. В Роду Вавилонских существовала гвардия. Существовала она ещё при моём деде. Вот только на войну она ходила вместе с ним, а после его смерти ушла из Рода. Во-первых, потому что у моего папашки не было денег. А во-вторых, потому что у этих ребят не было уважения к моему отцу. И вот это как раз навело меня на одну мысль.

Старого телефона у меня не было, но вот моя идеальная память никуда не делась. Поэтому я по памяти набрал номер.

— Кто это? — раздался в трубке суровый голос.

Ни «здрасьте», ни «до свидания»

Кирилл Александрович Полянин — бывший глава гвардии Рода Вавилонских — никогда не отличался многословием. Точно так же, как он не отличался юмором или весёлым характером. Человек-скала. Именно так он выглядел со стороны. Да и прозвище «Скала» у него было не просто так. Огромный, лысый мужчина, улыбку на лице которого я буквально видел пару раз за всю свою жизнь, всегда был рядом с моим дедом. К слову, слёзы на его глазах я видел вообще всего один раз в жизни. И это было на похоронах моего деда. Хотя тогда шёл дождь, и, возможно, мне показалось. Но больше я его с тех пор не видел.

— Дядя Киря, здравствуйте, — весёлым голосом сказал я.

— Теодор? — тембр голоса у мужчины изменился. Он как будто немного дрогнул, и в нём даже отчётливо послышались какие-то чувства.

Я намеренно назвал его так, потому что, собственно, кроме меня никто его так не называл.

С детства я любил «дядю Кирю», потому что он умел высоко подкидывать меня вверх и ловить своими лапищами, что удивительно — не уронив ни разу. А еще он всегда привозил мне что-то вкусненькое.

— Да, это я, — улыбнулся я. — Я рад вас слышать.

— А как я рад слышать, — хмыкнул здоровяк, возвращаясь к своему безэмоциональному тону. — Где ты, что ты? Слышал, что ты сбежал из дома.

Я про себя усмехнулся. Слишком долго он служил нашему Роду и слишком многим он был обязан моему деду. Так что, даже уйдя со службы, уверен, что он мониторил обстановку по Роду Вавилонских.

— Именно так, я сейчас в Лихтенштейне.

— Ага, — несмотря на свою устрашающую внешность, Скала явно не был дураком. Хотя иногда ради дела он пытался таким прикинуться. Но не мог дурак быть начальником гвардии Рода Вавилонских. Ну, при нынешнем моём отце, конечно, мог. Но вот дед окружал себя всегда исключительно компетентными людьми. — Владимир Григорьевич тебе отписал же имение.

— Точно, — и снова я не удивился. Он был посвящён во многие дела деда, зная зачастую гораздо больше, чем его собственный сын, его самое большое разочарование, мой отец Аристарх Вавилонский. — Вот только я слышал, что Сашка тоже уехал из страны и тоже в Лихтенштейн. Возможно, для того чтобы отобрать у тебя твоё имение?

Улыбка уже не сходила у меня с лица. Я понял, что сделал правильно, что позвонил ему. Александр или «Сашка», как называл его Скала — это вообще имя моего отца, данное дедом с рождения. Потом уже, засветившись, начав крутиться в высших кругах, с молодости начав вести всяческие аферы, Александр решил, что Александр Владимирович превратился в Аристарха Владимировича, поменяв своё имя. Помню, слышал, что он бухтел, что и «Владимирович» также не очень-то аутентично. Но поменять отчество при живом деде у отца явно не хватило смелости. Но и дед, и Скала называли его старым именем, чем сильно раздражали моего батяню.

— Да, он здесь. Да, он по мою душу. Вот только с усадьбой получилось немножко не так, как я рассчитывал.

— Что случилось? — по-деловому уточнил Скала.

— Ну, у меня её как бы отжали, — хмыкнул я.

— Да ладно? — сейчас в его голосе появилось такое, из-за чего раньше враги Рода Вавилонских часто отказывались от своих махинаций в нашу сторону. Потому что когда Скала сердился, это значило, что гвардия рода Вавилонских уже грузилась в технику и выезжала по душу слабоумных и отважных, кто собирался прыгнуть на наш Род.