Чтение онлайн

Мы ещё немного поболтали о прошедшей операции, обсуждая детали, вспоминая забавные моменты. А потом я решил проверить, как идут дела с моим проектом по строительству нового детского приюта.

– Привет, Ганс! – сказал я, поднося телефон к уху. – Буду на объекте через полчаса. Как там у вас дела?

– Буду ждать, Теодор, – ответил Ганс взволнованным голосом. – Но у меня есть для тебя кое-какие… гхм… новости.

– Снова эти бюрократы? – я уже догадывался, что именно случилось.

– Да, была комиссия, – подтвердил Ганс. – И они… закрыли стройку. Сказали, что мы нарушаем кучу норм, и что приюта не будет, если мы не исправим всё в кратчайшие сроки. Мы пытались до тебя дозвониться, но ты был недоступен…

– Ладно, Ганс, – перебил я его. – Я скоро буду. Разберёмся.

Отключив телефон, я устало потёр переносицу. Власти Лихтенштейна явно решили, что война с Австро-Венгрией – это недостаточно проблем для маленького княжества. Они с упорством, достойным лучшего применения, продолжали ставить мне палки в колёса. Сначала контракт на строительство укреплений, потом попытка отравления, а теперь даже приют не дают построить для детей, которые остались без крова.

Мы с Гансом нашли идеальный участок земли – на окраине Вадуца, в тихом и живописном месте, вдали от городской суеты. Строительство шло полным ходом, мои рабочие трудились круглосуточно, и уже через неделю здание приюта было практически готово. Но, как и ожидалось, власти, узнав о моём проекте, решил вставить палки в колеса.

Через полчаса я уже был на стройке. Здание нового приюта было практически готово – оставалось лишь закончить внутреннюю отделку и благоустройство территории.

Встретив меня у ворот, Ганс, нервно потирая руки, поспешил сообщить плохие новости. Оказалось, что на стройку нагрянула комиссия с проверкой.

– …они начали проверять абсолютно всё! – рассказывал Ганс, размахивая руками. – …толщину стен, качество материалов, наличие пожарных выходов… Мол, всё это не соответствует нормам и стандартам. Заявили, что мы нарушили кучу строительных норм и что приюту не быть, если мы всё не исправим. Я пытался объяснить, что мы старались сделать всё максимально комфортным для детей, но… В общем, полный бред!

Я пробежал глазами документы. В конце был официальный приказ о приостановлении строительных работ, скреплённый печатью администрации Вадуца.

Да уж, в этом мире бюрократия процветала. Чиновники, ослеплённые собственной важностью, создавали правила ради самих правил.

– Ладно, разберёмся, – сказал я. – Где сейчас эта комиссия?

– Так уехали давно…

– Звони и вызывай их снова, – кивнул я. – Придётся разбираться с ними лично.

И действительно, через несколько часов на строительную площадку приехала княжеская комиссия – двое мужчин и женщина. Они вышли из своего шикарного автомобиля, с надменным видом оглядели стройку и, не поздоровавшись, направились ко мне.

– Господин Вавилонский? – спросил один из мужчин, высокий худощавый брюнет с серыми глазами. – Мы представляем комиссию по контролю за строительством социальных объектов. И вынуждены вам сообщить, что ваш проект нового приюта не соответствует установленным нормам.

– Я внимательно изучил ваши требования, – ответил я спокойно. – И готов гарантировать, что все они будут выполнены.

– Это хорошо, – кивнул мужчина. – Но вы должны понимать, что речь идёт о детском приюте. Здесь должны быть созданы все условия для комфортного проживания детей.

– Разумеется, – согласился я. – Именно это мы и делаем.

– Позвольте мне прояснить некоторый момент, – вмешался другой член комиссии – плотный мужчина с одутловатым лицом. – Речь идёт о невозможности продолжения стройки. У вас тут грубейшие нарушения!

– И какие именно нормы мы нарушили? – спокойно спросил я, глядя ему прямо в глаза.

– Во-первых, – вмешалась женщина, полная блондинка с ярко-красной помадой на губах, – площадь жилых помещений для детей недопустимо мала! На каждого ребёнка должно приходиться не менее двадцати квадратных метров! У вас же, – она с презрением посмотрела на большое здание приюта, – едва ли набирается пятнадцать!

– Во-вторых, – продолжил брюнет, – санитарные нормы! У вас всего по одному санузлу на комнату для пятерых детей! Это недопустимо! Нужно, как минимум, два, и оборудованы они должны быть специальной сантехникой! А где ванны? Почему вы устанавливаете только душевые кабины.

И они, перебивая друг друга, начали зачитывать бесконечный список требований.

– … игровая комната должна быть не менее ста квадратных метров, – говорил одутловатый.

– … в столовой нужно предусмотреть современные вытяжки и мойки, отвечающие всем санитарным нормам, – добавляла женщина.

– … в медицинском блоке должна быть отдельная процедурная для сдачи анализов, – не унимался брюнет.

– … нужна комната для занятий музыкой…

– … библиотека, с отдельным читальным залом и скоростным интернетом…

– … спортивные залы, с возможностью играть в большой теннис, футбол и баскетбол…

– … кабинет психолога, комната отдыха для персонала, прачечная, гладильная, кладовая…

Я слушал внимательно, стараясь не перебивать. Список требований был длинным и, честно говоря, абсурдным. Они требовали создать не просто приют, а настоящий дворец для детей. С такими условиями в Лихтенштейне не было ни одного приюта, да и, наверное, во всей Империи тоже.

Ганс, который стоял неподалёку, подозвал меня к себе и тихо прошептал:

– Теодор, это полный бред! Таких норм нигде нет. Похоже, они специально…

– Знаю, Ганс, – кивнул я, не давая ему договорить. – Они просто выполняют приказ князя, который явно решил, что сможет таким образом мне помешать.

– Но это невозможно! – воскликнул Ганс. – Такие требования… Мы просто не сможем выполнить их в такие сжатые сроки.

– Мы всё сделаем, – ответил я твёрдо. – И не просто сделаем, а сделаем лучше, чем они требуют.

Когда члены комиссии закончили буквально засыпать меня претензиями, перечисляя бесконечный список нарушений, я спокойно спросил:

– И что вы предлагаете?

– Мы предлагаем вам немедленно остановить строительство, – отрезал брюнет и позволил себе улыбнуться. – Ну, либо внести все необходимые изменения в проект, согласно установленным нормам! В противном случае, – он многозначительно посмотрел на меня, – вам придётся забыть об этом приюте. Лицензии вам не видать.

– А сколько времени у нас есть на то, чтобы всё исправить? – спросил я.

– Ваше время вышло, – ответила блондинка, с лёгкой усмешкой глядя на меня. – Вы сами взвалили на свои плечи неподъёмный контракт, согласно которому строительство должно завершиться уже к завтрашнему утру. Так что советую вам…

– Хорошо. Мы всё сделаем, – я перебил её, не давая договорить.

Члены комиссии переглянулись, явно не ожидая такого ответа.

– Не думаю, что это возможно, – брюнет скептически посмотрел на меня. – У вас тут уже практически всё готово. Неужели вы держите нас за дураков, утверждая, что до утра сможете перестроить всё здание?