Чтение онлайн

Первый урок был полностью сорван. Ко второму на территории школы не осталось ни одного постороннего, благодаря чуткой работе правоохранительных органов.

Валери так и не явилась. Пока учитель не пришел в класс, Спенсер решила подготовиться к практическому занятию, случайно достав тетрадь по информатике. Внимание привлек загнутый листик. Николь терпеть не могла загнутые листы. Но открыв нужную страницу девушка ушла в прострацию.

"Это и есть правда, но она уже не может ее увидеть". "Почему не могу?" - задалась вопросом Николь, вчитываясь в, казалось бы, заурядную фразу. Она бы давно отбросила это видение, но не могла отделаться от чувства, что за всем этим бредом стоит что-то важное. В чем правда? Что тени не смогут сопротивляться, если я стану жрицей? Она говорила в настоящем времени. Я. Не. Могу. Увидеть. Правду, - в висках девушки появилось неприятное жжение. Погрузившись в свои мысли, она не заметила, как в классе появился новый учитель, не преминувший конфисковать тетрадь.

– У нас химия, Николь Спенсер, а это я пока оставлю у себя, - прозвучала недовольная и слишком знакомая речь. Этот акцент Николь узнала даже если бы пришлось услышать его во время рева пожарной сирены...

Валери вломилась в класс на пятой минуте урока.

"Фух, если б это был Фишер, то пришлось бы снова стоять в коридоре. Можно расслабиться".

Извините, что прервала... кажется портанулась по привычке...
– промямлила она вслух, не совсем понимая, как смогла переместиться обратно в Говенри на проклятущий урок в свою старую школу.

"Неужели теперь достаточно беглой мысли, чтобы переместиться даже этого не заметив?" Валери как вкопанная замерла в проходе, осматривая кабинет.

"Да нет же... это не Фростхилл... Обои не те... И Николь тут".

– Вы, как всегда, в своем репертуаре, мисс О'Гайо. Присаживайтесь, - добродушно произнес пожилой учитель, - рад Вас видеть в здравии.

– А я-то как соскучилась, мистер Фишер, - напряженно улыбнулась Валери, выдавливая трагическую любезность.

"Я в аду... Лион добрался до меня и укокошил. И теперь мой круг ада - чертова химия с мистером Фишером", - чуть не плача думала Валери, падая за парту.

– Портанулась?! ПОРТАНУЛАСЬ? Ты нас муштруешь каждый день, чтобы мы ничего лишнего не взболтнули, а сама палишься, - шипела Николь, опустив голову, так чтобы ее не было слышно.

– Николь, тут ФИШЕР! Ты понимаешь?! Не до конспирации! И хватит орать у меня в голове, никто тебя не слышит, ответила тем же образом Валери, - отмечая, что они смогли быстрее наладить телепатическую связь, чем пророчил оракул. Всего-то надо было испытать ужас появления "любимого" учителя.

Глава 41

Николь: Уровень позора- максимум

После уроков в кабинете химии было пустовато. А лучше сказать, кроме Валери больше никого не наказали. Учитель так и не отдал Спенсер тетрадь, от чего она очень нервничала. Фишер даже не пустил ее в класс.

– Можете подождать вашу подругу в коридоре, пока она закончит самостоятельную. После этого сможете забрать тетрадь.

– Какое отношение имеет наказание О'Гайо к моим личным вещам?
– попыталась протестовать Николь перед закрытой дверью. "Неужто он припер сюда с самого Говенри, чтобы отомстить за сорванный урок? Держись там, Валери, ты теперь жрица, Фишер тебе не страшен!" - мысленно подбодрила одноклассницу Спенсер.

"Страх и раздражение - это разные вещи. Глупо бояться бессмертной жрице простого учителя", - холодно возмутилась Валери на мысли подруги.

Фишер сидел за столом и игнорировал ее присутствие. Добрых минут двадцать он что-то отмечал в журнале, потом проверял тетради и скрупулезно точил карандаш в пустую коробочку из-под скрепок.

Сложив руки на груди и откинувшись назад, Валери с легкой меланхолией наблюдала, как деревянная стружка образовывает растущую кружевную горку. На это можно было смотреть бесконечно, если бы не поджимающее время.

"Когда этот чертов карандаш заточится?!" И словно по заказу, со следующим оборотом в коробочку упал отломанный грифель. Фишер хмыкнул, неторопливо поднялся, проковылял через классную комнату до мусорного ведра, и, высыпав стружку, вернулся обратно. И так происходило еще два раза.

Спустя еще минут пятнадцать Валери передала Николь, что она может не ждать. Фишер явно держал ее здесь просто, чтобы достать. И если б это было в Говенри, то Валери наверняка бы вспылила и заработала еще несколько часов отработки.

"Надо выдержать еще час. И я уйду отсюда никого не убив", - успокаивала себя Валери, начиная неслышно отбивать ритм ногой. С виду О'Гайо всегда сохраняла непроницаемое выражение, но эта вредная привычка выдавала ее с потрохами.

Как правило отработка после уроков занимала от сорока до полутора часов. Поэтому, как только стрелки на классных часах доползли до половины пятого, Валери поднялась из-за парты.

– Куда это Вы собрались, мисс О'Гайо? Я разве говорил, что вы свободны?
– остановил педагог, и не удостоив ее взгляда, открыл часть доски, демонстрируя вторую ее сторону, исписанную задачами.

Валери сбросила рюкзак с плеча и, засунув руки в карманы куртки, присела на край парты, изучая условия.

– Вы не говорили мне, что нужно решать задачи.

– Если бы вы были более прилежной ученицей, то поинтересовались самостоятельно, что необходимо делать. Вместо того, чтобы просидеть полтора часа без дела и плевать в потолок.

– Я могу назвать вам ответы, ничего не записывая.

– Меня интересует ход ваших мыслей во время решения, поэтому сядьте правильно за парту и приступайте к выполнению.

Девушка проглотила гневный ком, сардонично уставившись на его блестящую лысину. Будь она злее, то этот заточенный карандаш торчал бы у него во лбу. Но это будет плохо.

"А так ли плохо? Один несущественный человечек. Пришел на новое место. Перенервничал. Никто его не хватится", - Валери опасалась думать дальше. Теперь она осознавала, что для того, чтобы завершить наказание достаточно небольшой концентрации и его прах разлетится по классу.

"Не слышала, чтобы у него была семья. В Говенри он не торопился домой. Допоздна задерживался после окончания рабочего дня, проверяя тетради и частенько оставлял разных учеников отбывать наказание за любые мелкие проступки. Он просто одинок. Никому ненужный старикан, у которого нет ничего, кроме своих принципов", - на последнем предложении ее кольнуло нечто похожее на сострадание. Но Валери не могла позволить себе эту роскошь.

Да, он имел на нее сильное влияние. Заставлял сердце уходить в пятки, внутренне съеживаться от своего голоса. Фишер умел произнести слова так, что его не могли ослушаться. Все обучение в школе Фростихилл он угнетал и дрессировал ее. Заставлял забыть о своем статусе. Вгонял в землю и закапывал с остальными учениками. Но сегодня она поняла, что Фишер больше не имеет над ней силы.