Чтение онлайн

– Привет… Злишься? – виновато спросил он, приобняв девушку за талию.

– Нет, ты отлично справился с программой, – спокойно ответила она, но при этом резко скинула с себя его руки и отшатнулась.

Он мог поспорить на что угодно, что увидел в её фиолетовых глазах отблеск страха.

– Какой программой? – не понял удивлённый её реакцией Дмитрий.

– Найти и поцеловать Веронику.

– Что? – он решил, что ослышался.

– Я знала, что не смогу тебя вылечить, поэтому мне оставалось только одно: заложить в твой мозг команду – найти Веронику и поцеловать её. В твоей крови уже были наниты из её организма, и именно они не позволили тебе окончательно свихнуться после заражения. Но их было маловато, чтобы полностью победить болезнь. Нужна была подпитка. Или подзарядка. Называй как хочешь, – повела плечами Эми.

– Это просто… – возмущённо начал было Дмитрий, но осёкся из-за подошедшего к ним Хантера.

– Поздравляю, юноша! – старец посмотрел на него со странной смесью подавляемой ярости и любопытства. – Ты единственный, кто смог избавиться от нертингита при жизни. Думаю, теперь врачи и учёные со всех галактик будут охотиться за тобой, чтобы изучить подробности чудесного исцеления.

– Только этого мне не хватало… – нахмурился Дмитрий.

– Тебе много чего не хватает! – сурово парировал старец. – Мозгов, например. Ты какого ляда Веронике память вернул? Из-за шока, который она испытала, у неё преждевременные роды начались, и в этом нет ничего хорошего ни для неё, ни для ребёнка! Ты каким местом думал? – с гневом выпалил он.

– Я… я сам не знаю! – Дмитрий в отчаянии схватился за голову. – Хантер, ты можешь это исправить? Надо снова стереть ей память! – чуть ли не взмолился он.

– Нет, – сухо ответил старичок, развернулся и ушёл.

– Эми, мне дико стыдно за всё, что я совершил в последние дни, – тяжело вздохнул Дмитрий, чувствуя, как его лицо покрывается багровыми пятнами, и желая провалиться сквозь землю.

– Нет, тебе ещё не стыдно, – как-то странно посмотрев на него, возразила Эмишер. – По-настоящему стыдно тебе станет тогда, когда ты вспомнишь всё, что сделал, – поёжилась она, незаметным движением прикрывая синяк на запястье.

***

– Объясни-ка мне подробно, Анисимов, как ты это сделал? – прогрохотал басом начальник Андрея, как только тот вошёл в его в кабинет.

– Сделал что? – перед мысленным взором следователя лихорадочно промелькнули все странности последнего года.

– Сначала Даниил Ростовцев приобрёл здесь славу волшебника, а теперь ты, его лучший друг, являешь чудеса народу. Он что, уходя из органов, передал тебе мистический дар по наследству? – взглядом начальника можно было бурить скважины.

– Нет, ну… это… оно… – совершенно растерялся Андрей, не в силах сказать что-либо вразумительное. – Короче, это совпадения, – выдавил он, наконец, из себя целую фразу. В голове яркой картинкой всплыло воспоминание – хитрющее лицо оборотня и его совет: «Привыкай быть убедительным, и у тебя всё получится».

– Знаешь, какое любопытное заявление принёс мне утром дежурный – Василий Зайцев? Вот, послушай: «Я, Шайнис Ипполит Валерьевич, 1983 г.р., в результате того, что мелкое бесовское отродье с самурайским клинком гоняло меня всю ночь по квартире и заставило подписать меня (кровью) обещание прийти с повинной в полицию к следователю Анисимову, – горю желанием подробно изложить на бумаге чистосердечное признание во всех своих противоправных деяниях и ритуальных убийствах». Как ты это объяснишь?

– Психи, – с искренним изумлением развёл руками следователь. – Понятия не имею, кто такой этот Шайнис, и что за бред он несёт.

– Я отправил Василия, чтобы он позвал тебя в мой кабинет. И что в результате? – начальник надвинулся на него массивной тушей.

– Что? – закосил под дурачка Андрей. Он вдруг вспомнил указ Петра Первого, что перед лицом начальства надобно иметь вид лихой и придурковатый. С этим он справлялся на все сто.

– А в результате мне пришлось отпаивать парня валерьянкой, потому что он увидел в твоём кабинете оборотня! – в голосе начальника проскальзывали молнии. – Ты, Анисимов, либо прекращай дурить всем головы и людей до инфаркта доводить, либо делись передовым опытом с коллегами!

– Каким опытом? – не понял Андрей

– Хорош прикидываться, что ты не в теме, Андрюш! – взгляд начальника неожиданно потеплел и стал отечески-заботливым. – Как ты повлиял на этого Шайниса, что он принялся кровью документы подписывать и взял на себя вину из нескольких висяков? А вора-рецидивиста Кальсонова, которого МЧСники из решётки выковыривали, – его-то ты как расколол за пару минут?

– Насчёт Шайниса – я и правда не в теме, – встал в глухую оборону Андрей. – А насчёт Кальсонова – там всё просто: я сказал ему, что пролитый томатный сок на полу – это кровь с предыдущего допроса. Тот оказался гражданином не только истеричным, но и впечатлительным. Тут же раскололся. Вот и всё.

– Ну хорошо, – в тяжёлом взгляде начальника вновь собирались свинцовые тучи. – Сделаем вид, что я тебе поверил. А как ты оборотня объяснишь?

– Да что за бред, какие оборотни? – всем своим видом изображая оскорблённую невинность, возмутился Андрей. – У меня в это время в кабинете информатор был. Да, он выглядел как лохматый хиппи-качок в сером деловом костюме. А Василий – он ведь всю ночь на дежурстве был. Вот ему с недосыпа что-то и привиделось. Я пытался его остановить, но он удрапал так, что только пятки сверкали! Не догнать было…

– Ладно, всё с тобой ясно. Иди, – тяжело вздохнул начальник.

Оказавшись в своей комнате, Дмитрий тяжело опустился на кровать и обхватил голову руками. В его квартире всё осталось прежним, словно он никуда и не улетал. Но за последнее время с ним столько всего произошло, он столько повидал странного, дикого, необычного и прекрасного, словно отсутствовал не шесть месяцев, а шестьдесят лет.

Закрыв глаза, он погрузился в воспоминания.

Он вдруг увидел расширенные от шока фиолетовые глаза Эми и то, как ломал её сопротивление. Он вспомнил, как войдя в её каюту, резко притянул её к себе и впился в рот поцелуем. Как толкнул на кровать, как она пыталась сопротивляться. Как удивление в её глазах медленно сменялось паникой при осознании того, что она не может с ним справиться. Как рвал на ней одежду, оставляя синяки на её теле, и игнорировал её мольбы остановиться. Как снимал с себя ремень и связывал ей руки. И всё то, что делал с ней потом…

Почувствовав внезапно накатившую тошноту, Дмитрий кинулся в туалет, и его вывернуло наизнанку. Он медленно выпрямился, подошёл к рукомойке, открыл кран и окатил лицо холодной водой. После этого, пошатываясь, вернулся в комнату, прислонился спиной к стене и медленно осел на пол.

Итак, он изнасиловал Эми, пытался убить Алекса и вернул память Веронике, тем самым вызвав у неё преждевременные роды и подвергнув опасности жизнь собственного ребёнка. В отчаянии обхватив голову руками, Дмитрий сидел в полном ступоре, не зная, как ему теперь дальше жить и что делать. Как ему смотреть в глаза самым близким людям?