Чтение онлайн

– Хорошо, будь ты неладен! – фыркнул Фишиг.

– Увидимся завтра, – сказан я.

– Да, – ответил он. – Но сделай кое-что для меня.

– Только скажи.

– Поужинай.

Предположительно около полуночи начались судороги. Они пробудили меня от дурного сна. Боль пронзала все тело, а сознание словно оцепенело. Я не чувствовал себя так плохо с тех пор, как почти за два года назад на Лете Одиннадцать во время Тёмной Ночи меня отравил Пай.

Я попытался подняться и рухнул с койки. Живот скрутило спазмом, и я вскрикнул. Меня рвало остатками жуткого ужина. Меня терзал то лихорадочный жар, то смертный озноб.

Не знаю, сколько времени у меня ушло на то, чтобы доползти до двери, и как долго я молотил в неё кулаками. Несколько минут или много часов.

Сознание отступало перед спазмами и усиливающейся агонией.

– Святой Император! – воскликнул охранник, когда открыл дверь и увидел меня в свете фонаря.

Он закричал, потом раздался топот ног, бегущих по коридору.

– Он болен, – услышал я слова охранника.

– Оставьте его до утра, – сказал другой.

– Он умрёт, – нервно ответил первый.

– Пожалуйста… – прохрипел я, протягивая руку. Пальцы парализовало и скрутило в уродливую клешню. Прибыли остальные. Я услышал голос Фишига:

– Ему нужен врач. Профессиональная помощь.

– Не позволено, – возразил охранник.

– Мужик, ты глянь на него! Он же умирает! У него какой-то приступ.

– Пропустите, – произнёс чей-то голос. Подоспел тюремный санитар. Его сопровождал Риггре. Дознаватель выглядел так, словно его вынули из постели.

– Он симулирует, оставьте его! – высокомерно заявил Риггре.

– Заткнись! – прорычал Фишиг. – Посмотри на него! Это не симуляция!

– Он мастер обмана, – ответил Риггре. – Возможно, он слизал свинцовую краску с двери, чтобы лучше сыграть спектакль, но тем хуже для него. Это обман. Оставьте его.

– Он умирает, – настаивал Фишиг.

– Похоже, он серьёзно болен, – озабоченно произнёс охранник.

Неожиданно меня скрутили новые мучительные судороги. Надо мной склонился санитар, и я услышал писк медицинского ауспекса, который он вытащил из своей фармакопеи.

– Это не симуляция, – пробормотал санитар. – У него припадок. Невозможно специально настолько неестественно напрячь мускулатуру. Уровень кислорода в крови упал до тридцати процентов, а его сердце дефибриллирует. Он умрёт менее чем через час.

– Сделайте ему укол. Приведите его в чувство! – завопил Риггре.

– Не могу, сэр. Не здесь. Здесь для этого нет средств. Ох! Император, вы только посмотрите! У него открылось кровотечение из глаз и носа.

– Сделай же что-нибудь! – закричал Риггре.

– Надо доставить его в больницу. Ближайшая в Каср Дерт. Нам надо срочно перевезти его туда, иначе он умрёт!

– Это смешно! – сказал Риггре. – Вы должны сами что-то сделать…

– Не здесь.

– Организуйте вылет, Риггре, – твёрдо произнёс Фишиг.

– Это пленник Инквизиции первого уровня! Мы не можем просто так вывезти его отсюда!

– Тогда позовите Осму…

– Он на ночь уехал на материк.

– Хотите оказаться первым, кто доложит Осме, что его драгоценный пленник подох на полу этой камеры? – Фишиг перешёл на шёпот.

– Н-нет…

– Тогда об этом ему скажу я. Объясню Осме, что его человек, Риггре, лишил его права завершить самое серьёзное расследование в жизни просто потому, что не озаботился вызвать транспорт и позволил Эйзенхорну умереть от токсического шока в тюремном отсеке!

– Вызывайте транспорт! – закричал Риггре на охранников. – Сейчас же!

Они вынесли меня на носилках к посадочной площадке во вьюжную мглу. Спорящие перекрикивали вой резкого порывистого ветра. Санитар поставил мне капельницу и пытался подавить симптомы, введя несколько препаратов из своего скудного запаса.

На площадке замерцали посадочные огни, холодные и белые. В их свете кружащиеся снежинки казались чёрными точками.

Сотрясая камень своими дюзами и разбрасывая во все стороны снег, прибыл кадианский лихтер.

Меня внесли в освещённый зеленоватым светом салон. Холод и отвратительная погода остались за закрытым люком. Я почувствовал, как сильно накренилось судно, когда мы взлетели и развернулись к материку. Фишиг подтягивал ремни, удерживающие меня на койке. Я слышал, как, перекрикивая рёв моторов, Риггре орёт на пилота.

Фишиг незаметно извлёк из своего плаща пузырёк с какой-то жидкостью и вставил его в капельницу. Почти тут же я почувствовал себя лучше.

– Лежи спокойно, дыши медленно, – зашептал Фишиг. – И крепись. Скоро начнутся… ухабы.

– Контакт! Три километра, посадка будет тяжёлой! – выпалил второй пилот.

– Это ещё что за чушь? – требовательно спросил Риггре.

Раздалось тревожное попискивание приборов.

– Именем Золотого Трона! Они же целятся в нас! – воскликнул пилот.

– Внимание, челнок, – затрещал по открытому вокс-каналу голос. – Приземляйтесь на острове к западу отсюда. Пять два на три шесть. Немедленно, или мне придётся вас сбить!

Постепенно ко мне стало возвращаться зрение. Я оглядел залитую зелёным светом кабину и увидел, как Риггре вытаскивает лазерный пистолет.

– Это что, измена? – спросил он, глядя на Фишига.

– Мне кажется, вам лучше поступить так, как приказано, и немедленно приземлиться, – спокойно ответил Годвин.

Риггре попытался выстрелить, но резкий свет вспыхнул секундой раньше. Фишиг сжёг дознавателя потоком огня из цифроорудия, встроенного в кольцо джокаэро, надетое на его указательный палец. Как я понял, это было одно из украшений Максиллы.

Фишиг выстрелил ещё раз, превратив в пар вокс-систему.

– Садись! – приказал он пилоту, наводя на него кольцо.

Челнок совершил аварийную посадку, выпав из бурана над скалистым берегом необитаемого островка.

– Руки на головы! – приказал Фишиг экипажу, вытаскивая меня через люк.

Вокруг бушевала снежная буря. Я с трудом мог идти, и Годвину приходилось помогать мне.

– Вы отравили меня, – прохрипел я.

– Все должно было выглядеть убедительно. Эмос рассчитал дозу состава, который реактивировал бинарный яд в твоём теле. Отрава Пая.