Чтение онлайн

Сергей Буторин

Марат Полянский

На этом дело не завершилось, вскоре отморозки с юга Москвы расправились с Леонидом Клещенко, авторитетом по кличке Узбек. Кстати, на Елецкой улице – недалеко от места казни Мони.

Беспредел в Орехово надо было остановить любой ценой. К этому выводу приходили не только в угрозыске, но и в криминальных кругах. Если не остановить, то хотя бы найти компромиссную фигуру, с которой можно вести переговоры.

Таким человеком и стал Сергей Тимофеев. Человек недюжинной физической силы, что особенно ценили в «качалках», и прошедший школу зоны по одному делу с известными солнцевскими «звездами». Свою кличку («погремушку») Сильвестр, повторяющую имя американского артиста Сильвестра Сталлоне, он получил за атлетическую мускулатуру. И это придавало ему вес в глазах криминальных капитанов.

Покорив воинственных ореховских «туземцев», Сильвестр вместе с ними влился в солнцевскую бригаду и убедил свою команду в преимуществах легального бизнеса перед палаточными поборами.

Неплохой организатор, Тимофеев сумел договориться с преступными группировками Екатеринбурга. Им ореховские отдали «в аренду» аэропорт Домодедово, а взамен Тимофеев получил право разместить свои интересы на предприятиях Екатеринбурга и поучаствовать в приватизации крупных металлургических заводов. К этому времени у Тимофеева появился финансовый ресурс. После таинственного убийства Глобуса под контролем у Тимофеева оказались даже коммерческие банки.

Теперь ореховские могли позволить себе благотворительную деятельность в родных местах. В Южном округе они пооткрывали спортивные залы, кафе, рестораны, магазины.

Солнцевские тоже преподнесли Тимофееву свой приз – они отдали ему контроль над всей нечетной стороной Ленинского проспекта.

Тимофеев зарегистрировал на Кипре несколько оффшорных компаний и установил контроль над Новгородом. Деятельность Тимофеева нашла поддержку в уголовном мире. Тимофеев слетал к Иванькову в США и вернулся оттуда окрыленный – с мандатом на контроль всей Москвы.

Тимофеев начал внедряться в легальный банковский бизнес. Спектр его действий распространялся от Тамбова, Киева, Минска, Одессы, Липецка и Прибалтики до Омска, Красноярска, Кемерово, Тюмени и Иркутска.

Незадолго до его смерти, в которой вполне можно подозревать неудачно подобранного им соратника в лице Буторина, Тимофеев вошел в организованную группу «банкиров» и в очередной раз угодил под надзор правоохранительных органов. Группа похитила около 18 000 000 000 рублей с помощью финансовых комбинаций, провернутых через коммерческий «Московский торговый банк».

В этой компании Сергею Тимофееву судьба преподнесла два сюрприза. Он познакомился с Ольгой Владимировной Жлобинской, председателем правления этого банка, своей будущей женой, и Григорием Львовичем Лернером.

А 13 сентября 1994 г. «мерседес» Сильвестра взлетел от взрыва на уровень первого этажа.

Впервые Лернера отправили на нары в 1982 г. за хищение в особо крупных размерах. До этого он работал в советском издательстве «Колос» и летом шабашничал на стройках. Незадолго до приватизационного бума, как уже сказано, Лернер познакомился с Тимофеевым, и они с первых слов нашли общий язык, авантюрист и бандит – оба великие. Первым плодом их сотрудничества был банк «Партнер». Однако из-за невозвращенного кредита в 40 000 000 рублей банк прогорел, а сам Лернер был вынужден эмигрировать «по политическим мотивам» в Израиль.

В 1991 г. его арестовали уже в Швейцарии и выдали российским властям, но освободили под залог, и вновь он выныривает в Израиле. Находясь в российском розыске, Лернер возглавил в Израиле первую российско-израильскую компанию под именем Цви Бэн-Ари. Российскую сторону представляла ореховская бандитская группировка. Заработанные средства Сергей Тимофеев при консультации Лернера поместил в золото, алмазы, недвижимость – все, что способно приносить прибыль. Деньги текли рекой. Тимофеев начал присматриваться к нефтяному бизнесу, автомобилестроению. Счета ореховской группировки появились в Израиле, Иваньков помогал другу и открыл путь в банки США, Кипра, Китая, Германии, Таиланда, Венгрии.

Есть материалы, доказывающие, что ореховские заключили соглашение с сицилийской Коза Ностра. И все это под патронажем Лернера.

Тимофееву приходилось все чаще посещать Израиль, где обитал его главный «визирь». Он разошелся с женой, вступил в брак с Ольгой Жлобинской и стал гражданином Израиля. Фамилия Сильвестра стала Жлобинский.

Григорий Лернер и заместитель управляющего Промстройбанка Станислав Дегтярев. После того как Дегтярев предотвратил похищение $20 000 000 из Промстройбанка, на него ореховские совершили покушение

1993 г. для ореховских парней самый благодатный – их капиталы плавно перетекали на иностранные счета. Процветающий союз Тимофеева с Лернером продолжался вплоть до 1994 г., когда разразилась катастрофа – знаменитый взрыв «мерседеса» авторитетного лидера.

Черные дни наступили почти для всех соратников Сильвестра в России и Израиле. В мае 1997 г. Лернер был задержан полицией Израиля без всякого вмешательства России. Ему инкриминировали финансовые махинации на сумму $85 000 000, из которых $35 000 000 принадлежали России. Израильский суд вменил ему также организацию убийства управляющего Мосстройбанка Михаила Журавлева.

Израильский суд обвинял Лернера в получении обманным путем денег от российских банков, в фальсификации деятельности «Финансовой компании» в Израиле, во взяткодательстве чиновникам израильского банка.

Схема по перекачиванию миллионов долларов из российских банков на израильские и кипрские счета не отличалась оригинальностью. Сначала он обращался к контрагентам по переговорам с предложением передать иностранному банку крупную сумму под высокий возвратный процент. Первые транши действительно приносили кредиторам хорошую прибыль. Удар наносился, когда у усыпленного высоким дивидендом российского банкира разгорался «аппетит» и он рисковал астрономической суммой в полной уверенности, что партнер порядочен. Это и было заключительным аккордом аферы. Хорошо усвоивший правила тюремных карт, Лернер отлично знал, когда сорвать весь банк. Именно так Лернер вел игру с Промстройбанком в надежде выманить из него $20 000 000.

Опытные банкиры Промстройбанка почувствовали неладное, и буквально в последний момент сделка была отменена. Раздосадованный Лернер сообщил об этом в штаб группировки в Москве, и вскоре состоялось покушение на Дегтярева, квалифицированного прогнозиста Промстройбанка. Ореховцам очень не нравилось, когда у них из рук уплывали миллионы долларов.

Григорий Лернер после ареста в Израиле

Время благоприятствовало банковским аферам. Новоявленные российские банкиры пытались определить границы финансового рынка. Самыми привлекательными с минимальными рисками выглядели заграничные проекты. Инвестиции в них казались доходными и респектабельными. Этим и пользовался Лернер, точно угадавший момент. Он предлагал инвестировать в фиктивные торговые кипрские фирмы, якобы сотрудничающие с Россией, и затем объявлял о банкротстве или аресте счетов из-за возникших у фирм «недоразумений».