Чтение онлайн

Марк нетерпеливо завозился, устав ждать, и спросил:

— Ну и что ты там видишь?

— Ничего особенного, — сказал Стивен. — Из дома вышел какой-то здоровяк в шляпе, и пока что я больше никого не видел.

— Тогда давай попробуем войти. — И Марк осторожно двинулся к дверям дома.

Двери были деревянные, а вместо замка из узкого отверстия, просверленного в центральной панели, свисал простой кожаный ремешок, которым крепилась щеколда. Потянув за него, Стивен легко приподнял щеколду, и дверь бесшумно отворилась.

Они быстро вошли и принялись собирать еду и одежду. Это было весьма простое, но вполне удобное жилище; в спальне имелся небольшой камин, а возле него лежала заранее приготовленная охапка дров и растопка.

Марк, действуя совершенно инстинктивно, приподнял краешек соломенного тюфяка на кровати и тут же обнаружил небольшой кошелек и узкий меч в гладких кожаных ножнах. Он вытряхнул на ладонь содержимое кошелька: серебряные монеты все были разного размера, но на всех — изображение одного и того же человека и на другой стороне надпись, которую он прочитать не сумел.

— Ну что ж, слава богу, кое-что совершенно не меняется, — сказал он. — Люди везде одинаковы: семейное достояние прячут под матрасом. По-моему, здесь, в Роне, тоже не слишком банкам доверяют.

— Ну, знаешь, моему-то банку доверять можно! — возмутился Стивен.

— Еще бы! Ведь это тот самый банк, который ты же сам и ограбил. — Марк засмеялся и переменил тему. — Кстати, меч я тоже возьму.

— И что ты будешь с ним делать? — спросил Стивен, подпоясывая длинную рубаху и принимаясь совать в холщовый мешок все съестное, какое попадалось ему под руку.

— Надеюсь, что с его помощью сумею хотя бы защитить себя от таких психов, как этот Саллакс. Тебе бы тоже хорошо подыскать какое-нибудь оружие. Ты ему тоже, по-моему, не слишком нравишься.

Марк прошелся по задней комнате, окна которой смотрели прямо на дальний лес. На простом деревянном столе он заметил длинный охотничий нож, очень похожий на тот, который он отобрал у Бринн.

— Вот, — он протянул нож Стивену, — возьми хоть это. А ножи Бринн я оставлю себе.

Не обнаружив больше ничего, что, как им казалось, могло бы пригодиться в дальнейшем, друзья направились к дверям.

— Надо бы все-таки оставить ему хоть что-нибудь. Мне как-то не по себе. Мы ведь забрали все, что у этого парня было, — сказал Стивен, явно испытывая угрызения совести.

— Ладно, идем-ка лучше. — Марк схватил Стивена за плечо, увлекая за собой. — Конечно, и у меня на душе паршиво: мы ведь воры и парня этого только что ограбили. Да, мы поступили с ним отвратительно, зато благодаря ему нам, возможно, удастся как-то пережить весь этот кошмар.

Стивен все же вернулся, вытащил из кармана две шариковые ручки и положил их на стол.

— Ну вот, теперь он сможет составить целое состояние, заявив, что придумал одноразовый пишущий инструмент.

— С приветом от Первого национального банка Айдахо-Спрингс, я полагаю?

— В котором даже самый мелкий бизнес может рассчитывать на выгодный кредит! — откликнулся Стивен, словно зачитывая текст банковского рекламного листка.

— Отлично! Ты ему еще и номер телефона оставь. Хауард будет тебе очень признателен. — Марк, чуть приоткрыв створку двери, внимательно осмотрел улицу перед домом и велел: — Все, пошли. Вроде никого не видно.

— Пошли. Теперь нужно побыстрее отыскать таверну «Зеленое дерево», а если повезет, то и Гилмора.

— Если он еще жив.

В голосе Марка звучало сомнение.

Дорогу друзья узнали у какой-то пожилой женщины, которая довольно долго и подробно объясняла им, как найти площадь, где находится таверна. Марк давно понял, куда нужно идти, и попытался было прервать ее рассуждения, но она все говорила и говорила, словно они оказались первыми, с кем ей наконец-то довелось как следует побеседовать.

Стивену было душно, несмотря на прохладный вечер и легкий ветерок, который задул, как только в небесах взошли обе луны. Он уже начинал жалеть, что оставил под только что украденной грубой рубахой свой твидовый пиджак. Будь они одни, он бы этот проклятый пиджак обязательно снял, теперь же, теряя последнее терпение, был вынужден слушать бесконечную болтовню этой старухи и потеть в чересчур теплой для такой погоды одежде.

Следуя указаниям женщины, хоть они и оказались несколько длинноваты, друзья легко отыскали нужную и, кстати, весьма оживленную улицу, ведущую, похоже, на север. Марк предложил держаться боковых улочек, которые шли параллельно главной улице, чтобы избежать встречи как с повстанцами, так и малакасийскими солдатами, ибо и те и другие, возможно, их ищут. Вскоре они вышли на просторную торговую площадь, в центре которой на небольшом общинном лужку рядами стояли повозки с вяленым мясом, свежей рыбой, сырами, дублеными шкурами и вином.

А на той стороне площади они увидели таверну «Зеленое дерево».

Свет факелов, освещавших торговые ряды, трепетал на ветру, и отбрасываемые ими тени, точно живые существа, метались по стенам зданий. На площади кипела деятельность; малакасийские солдаты решительно расхаживали между домами, заглядывая в каждый двор и переулок — они явно кого-то искали; а местные жители, избегая встречи с ними, старались поскорее скрыться в любом доме с крепкими дверями. Торговцы же, возившиеся у своих повозок с товарами, опасливо поднимали воротники и натягивали на глаза шапки, а то и просто отступали подальше в тень, когда вблизи мелькали представители оккупационных сил.

Марк некоторое время наблюдал за царившим на площади оживлением, затем снова отошел в темный угол, где его ожидал Стивен, и прошептал:

— Мы войти в таверну не сможем. Они там каждого проверяют.

— Тогда давай вернемся к Бринн. — Говорил Стивен невнятно; он непрерывно жевал хлеб с сыром, доставая куски из кармана. Хлеб был черствый, но довольно душистый. — Еда тут, по крайней мере, вполне пристойная. Можно отыскать какое-нибудь укромное местечко, переночевать, поесть как следует, потом немного поспать, а завтра снова вернуться сюда.

Марк, недолго думая, согласился.

— Действительно, еда у нас есть. А отдохнуть нам и впрямь не повредит. Безопасное место, я думаю...

Стивен вдруг накрыл ему рот ладонью — совсем рядом с ними прошли несколько селян, торопливо покидавших площадь. Марк с облегчением увидел, что у одного из них кожа очень темная, почти черная. Значит, он не будет здесь единственным чернокожим. Прохожие слегка замедлили шаг, и молодые американцы, оставаясь в глубокой тени, послушали, о чем они говорят.