Чтение онлайн

Потом я еще пытался смотреть ее, но уже так, без усердия, смирившись с тем, что все равно не смогу понять всего. Но, наверно, этого и не требовалось.

Сергей Степанович звонил на следующий день и спрашивал, как мне показался его труд? Я честно ответил, что здесь я ему плохой советчик, и сказал только, что работа производит достаточно хорошее впечатление. Наверно, если бы мы разговаривали не по телефону, он бы вежливо кивал в ответ с отсутствующим выражением, а так мне приходилось лишь догадываться о его реакции, хотя по голосу было слышно, что он несколько расстроен таким моим ответом. Чтобы он совсем уж не падал духом, я сказал ему, что все ведь подтверждается на практике и, значит, правильность его работы не вызывает сомнений, хотя почти видел, как он с отсутствующим видом вежливо кивает и на эти мои слова. В конце разговора я еще раз напомнил ему про Леночкин день рождения, он сказал «хорошо», и мы распрощались.

Светлая комната. Нет. Не слишком светло. Просто так уютно и спокойно, что кажется, сами стены излучают свет. Я сижу в кресле. Книга на моих коленях. Я слышу голоса. Я слышу голоса: женский и детский и еще один, но это уже электроника, телевизор. Женский голос что-то говорит, детский спрашивает немного обиженно. Женский – терпелив и мягок. Что-то жарится на кухне – я слышу, как шипит сковородка, чувствую запах. Вкусный. Книга на коленях…

Кто я?

Нет, конечно, я – это я, но только теперь я в будущем. Мне не известно ничего о том, что происходит здесь, и сейчас я дома. Я не один. Они. Они – моя жена и ребенок. Я молод. Мне примерно на год больше, чем в настоящем. Сын еще не ходит в школу. Жена… Я не знаю, кто она, даже как ее зовут. Я ни разу не видел ее, хотя прожил с ней уже далеко не один год. Но я узнаю ее, если увижу, конечно. Вот только как ее зовут?

Я заметил, что в будущем сложно сразу пользоваться памятью того меня – нужно пробыть там какое-то время, чтобы будущая память начала раскрываться передо мной. Так что ничего, я вспомню, вернее, узнаю.

Мысленно я вижу ее, хотя это не конкретный образ, не фотография перед глазами – это лишь восприятие, ощущения. Они приятны. Она красива – я знаю это. Она нравится мне. Только я не видел ее ни разу.

Интересно помнить человека, чувствовать его образ, когда ни разу не видел его. Мне нравится быть с ней – ощущения говорят об этом. Только я никогда не был с ней. А что, если чувства и ощущения лгут, память обманывает меня? Ведь я не могу возразить, потому что ничего не знаю об этом. Что, если это не так?

Книга на коленях. Я могу отложить ее и пойти проверить, насколько верны мои мысленные образы, насколько точна память. Страшно. Я почему-то не решаюсь сделать это. Я боюсь первой встречи? Я боюсь первой встречи с людьми, с которыми я прожил столько лет. Я боюсь увидеть их первый раз. Почему? Может, оставить это и уйти в другое время или просто вернуться в настоящее? Но нет. Я хочу увидеть их. Почему? Я не понимаю себя.

Уже несколько минут я сижу неподвижно, уставившись в одну точку – только сейчас я заметил это. Жена снова что-то говорит на кухне, уже громче, но так же мягко. Как ее зовут? Я не разбираю слов из-за телевизора и шипения сковородки.

Ладно.

Я решил обрести подвижность, закрыл книгу и отложил ее. Потом помедлил секунду и встал с кресла. Было сложно сделать шаг в сторону кухни – что-то держало меня. Но что-то и манило. Странно. Я не понимал себя. Но все же второе «что-то» было сильнее. Я медленно повернулся и вышел из комнаты.

На кухне шумно и ярко, кухня забита звуками, запахами, оттенками и красками образов, разнообразием интонаций. Сын сидел за столом. Разрисованные листы бумаги и игрушки лежали перед ним. Телевизор рассказывал какие-то новости. Жена стояла у плиты, что-то делала там. Я забыл, что хотел сравнить ее с мысленным образом, забыл о своих сомнениях и страхах – я попал в привычную домашнюю обстановку. Сколько раз все уже было так! Я смотрел вокруг взглядом повседневности. В первый раз, в первый раз…

Жена обернулась, услышав мои шаги. Я улыбнулся ей как можно мягче. Мне вдруг стало страшно, что она не узнает меня сейчас: сначала удивится, а потом испугается, увидев незнакомого человека. Но нет. Я был я. Она не обнаружила подмены. Посмотрев на меня, она тоже улыбнулась в ответ. И я узнал ее.

Я увидел ее, я вспомнил ее. Я встретил ее. Мне понравилось знать ее. Мне было приятно, что я прожил с ней годы. Глядя на нее в первый раз и помня и зная ее столько лет, я мог сравнить, совместить и взаимно дополнить воспоминания и первое впечатление. Все было славно, легко и светло, как прозрачная мягкая вода в жаркое лето. Теперь я знал, почему не хотел уходить из этого времени и что манило и звало меня. Хорошо, это можно назвать по-разному, но можно сказать и так: я любил ее и мне было легко и радостно с ней.

Я прошел и сел рядом с сыном. Жена стала убирать со стола игрушки и рисунки. Сын недовольно хныкал. Но я успокоил его, сказав что-то веселое. Он улыбался.

Мы стали ужинать. Был вечер. Я пытался быть здесь, но это давалось непросто – стать сразу своим в кругу близких людей. Я не владел собой достаточно свободно и не знал, что говорить и как вести себя. В конце концов, я ушел внутрь, предоставив себе самому свободу действий.

Все было как обычно, как всегда. За ужином мы разговаривали, и я рассказывал о своей работе, друзьях, сам с удивлением слушая себя. Все же в будущем я был более отдален от себя, чем в прошлом. Здесь, как ни странно, я не слышал все свои мысли и не помнил всего, что и он, я, который там. Я подумал, что можно будет спросить об этом Сергея Степановича, но тут же представил, какую это опять создаст перед ним проблему, и решил, что не стоит. Да и откуда он может знать все это? Ладно, как-нибудь потом мы все узнаем. А теперь…

Я заметил, что несколько отвлекся от настоящего, вернее, от будущего, от той реальности, в которой находился сейчас. Ужин кончался, и жена убирала посуду со стола, сын ушел из кухни.

– Надо будет к ним съездить, – сказала она.

– Да, на следующей неделе, – ответил я, – сейчас пока сложно со временем.

– Ты уже закончил вторую часть?

– Нет еще, но уже немного осталось, – сказал я, – несколько дней.

Какую часть? Часть чего? Я пытался узнать у себя, но было сложно. Что-то связанное с работой…

– Вчера к Саше заходил. Он уже собирается. Говорит, все готово, скоро уедет.

– Да? – произнесла она. – Так и не передумал?

Она улыбнулась. Господи! Как прекрасна ее улыбка! Я даже закрыл глаза на мгновение, чтобы унять чувства, возникшие во мне. Нет, я больше не мог сидеть внутри. Нет. Я хотел быть с ней!

– Что-то не так? – забеспокоилась она, увидев резкую перемену во мне.

– Нет, – как можно спокойнее сказал я, – все нормально. Сколько там времени?

Я хотел, чтобы быстрее пришла ночь. Ночь! Я так хотел, чтобы была ночь и она рядом.

– Уже восемь, – ответила она. – Сейчас кино будет хорошее.

– Да? – рассеянно отозвался я.

Она подошла ближе. И я захотел взять ее за руку, притянуть к себе, обнять. Но я знал, что это будет выглядеть странно. Странно? Ну так что? Я хотел этого. Но все же…

Она взяла что-то со стола и отошла от меня. Я смотрел, как она отдаляется. Господи! Почему я не сделал это?

– Все равно у него здесь все останется, – сказала она, – и квартира, и вообще все. Он всегда может обратно приехать.

Последнее, видимо, относилось к тому Саше, о котором я говорил перед этим.

– Да, – произнес я в ответ, не имея ни малейшего представления, о чем идет речь.

Потом я медленно встал и подошел к ней. Она обернулась мне навстречу и хотела что-то сказать. Но я не дал ей произнести ни слова, я обнял и поцеловал ее. Она тоже обняла меня, но держа чуть в стороне мокрые руки. Потом мы стояли обнявшись, и она удивленно смотрела на меня.

– Не стой так близко ко мне – воздух здесь слишком прозрачен, – процитировал я слова из песни в ответ на ее немой вопрос.