Орхидеи на снегу
Шрифт:
Он с наслаждением разряжается в меня и обмякает.
Я лежу под ним и чувствую, как стучит в висках пульс. Кажется, несколько мгновений назад Виктор сделал меня женщиной.
– Как ты, малышка?
– откатываясь в сторону, обеспокоенно заглядывает в мои широко распахнутые глаза он.
– Нормально… Я думала, будет больнее… - смущенно усмехаюсь я и чувствую, как пылают щеки.
– Иди ко мне… - он притягивает меня к себе и с наслаждением вдыхает запах моих волос.
Саднящее ощущение между ног постепенно стихает, и я с удовольствием устраиваюсь в его объятиях под мягким одеялом. Его пальцы скользят по моей обнаженной груди, гладят низ живота, и я чувствую, как у меня закрываются глаза. Удивляюсь, что я так устала и тихо засыпаю в его руках. Похоже, собираясь в Лиссабон на дискотеку, я переоценила свои возможности.
Глава 21
Когда я просыпаюсь, за окном уже совсем темно. В растерянности сажусь на кровати. Не могу понять, какое время суток - раннее утро или поздний вечер. Приглаживаю волосы и смущаюсь - на мне нет одежды. Вспоминаю, что мы с Виктором занимались сексом, а потом я вырубилась. Чувствую легкую боль между ног и замечаю пятна крови на простыне. Окончательно проснувшись, сползаю с постели, заворачиваюсь в покрывало и выглядываю в холл. Вокруг тишина. Виктор что, ушел? Оставил меня одну и ушел?
Раздосадованная, я хмурюсь и пячусь в ванную комнату, принять душ. Горячие струи понемногу приводят в порядок мои мысли. Кажется, я больше не девственница.
Неужели пришел конец моим страданиям?
«Конец, или нет, только в итоге я все равно оказалась в постели Виктора, от которого бежала», - вздыхая, хмурюсь я. В душе - целый хоровод ощущений: здесь и легкий стыд за то, что произошло, и тихая радость, поселившаяся внизу живота и порхающая бабочками, потому что подсознание чувствует - он ушел ненадолго.
Я все стою под струями душа. Мысли кружатся, но как-то лениво, и постепенно сходят на «нет», позволяя обволакивать себя негой из горячей воды.
Выключаю воду, закутываюсь в большое полотенце и выбираюсь на влажный пол.
– Эрика!
– слышу голос Виктора у двери.
– С тобой все в порядке, малышка?
– Да, - слегка сорвавшимся на хрип от волнения голосом отзываюсь я и открываю дверь.
– Привет, - он улыбается своей самой очаровательной улыбкой и касается тонкими, аристократическими пальцами моей щеки.
– Я проснулась, а тебя нет, - недоверчиво посматриваю на него я.
– Пока ты дремала, я ходил в супер-маркет, - поясняет он.
На журнальном столике я вижу пакет с продуктами и очаровательный букет персиковых роз.
– Ты принес мне цветы?
– Прости, здесь не так легко найти орхидеи, которые ты так любишь, - поясняет он.
– Но я нашел розы.
– Розы мне тоже нравятся.
Я топаю босыми ногами по полу к журнальному столику
и с восхищением беру в руки букет.
– Спасибо.
– Ты такая красивая сейчас, Эрика, - восторженно смотрит на меня Виктор.
– В одном полотенце и с распущенными волосами. У тебя потрясающие глаза. Наверное, по возвращению в Москву, каждое мое утро в офисе будет начинаться с этих воспоминаний.
Возвращение… Мне становится плохо при мысли о том, что нам придется вернуться в Москву. Меня ждет объяснение с разъяренным отцом и плюющийся слюной в порыве бешенства Иван. Ведь по-настоящему сбежать от Ивана мне удалось впервые.
– Почему ты резко помрачнела, Эрика?
– удивляется Виктор.
– Я вспомнила, что в Москве меня ждет Иван, от которого мы сбежали.
– Теперь все будет по-другому.
Виктор подходит ко мне, притягивает меня к себе за талию и с нежностью целует в ложбинку у основания шеи.
– По-другому?
– как эхо, повторяю я.
– Да, милая Эрика. Я буду встречать тебя после работы, приглашать в кино или куда-нибудь поужинать, мы вместе будем долго гулять по вечерней Москве. Ведь теперь есть Мы. Не ты, или я по отдельности, а мы вдвоем. Я очень рад, что мы с тобой вместе.
Я улыбаюсь и прижимаюсь к нему крепче. Вдыхаю аромат нежных персиковых роз. Внутри меня переполняет маленькое женское счастье. Нет, я еще ни разу в жизни не теряла голову от мужчины так сильно, как от Виктора. Растворяюсь в своих ощущениях и прикрываю глаза.
– Я вижу, ты не очень настроена ехать в Лиссабон?
– шепчет мне в шею он.
И мне вдруг хочется поехать. Выпить коктейль и танцевать, танцевать до самого утра.
– Поехали, Виктор, - заглядываю в его зеленые глаза я.
– Оторвемся на дискотеке! Я хочу потанцевать!
– А как же ужин?
– посмеивается он.
– Я купил замороженное мясо краба. Думал, мы вместе его приготовим, а потом завернемся в теплые одеяла и поужинаем на терассе.
– Найдем закусочную, - уже горю от предвкушения я.
– Ну, хорошо, собирайся. Через двадцать минут закажу такси. Как раз к десяти вечера приедем.
Я расцветаю и чмокаю его в колючую щеку.
– У тебя есть свободная ваза, чтобы поставить цветы?
– На кухне. Иди, собирайся, я поставлю их в воду.
Я вручаю ему букет и торопливо шлепаю в сторону спальни. Там мои высохшие джинсы и любимый пуловер цвета кофе с молоком.
Ночной Лиссабон - это что-то незабываемое. Весь светится огнями. Ночные клубы сконцентрированы в одном районе, и нам не надо бесцельно бродить по городу. Вокруг много молодежи - парочки или компании, такие же, как и мы, в джинсах и куртках, и им тоже не терпится выпить и оторваться на танцполе. Огромные охранники на входах в злачные заведения зорко за всеми следят и напоминают мне Ивана.
Мне очень весело. Внутри все бурлит от предвкушения веселья, и я сжимаю руку Виктора крепче.
Мы подходим к заведению со сверкающей неоновой вывеской, Виктор платит 20 долларов за вход и помогает мне спуститься вниз по ступеням. Такое чувство, что мы попали в старый ангар. Кирпичные стены, портрет Эрнеста Че Гевары в полный рост прямо у банной стойки. Ди-джей разложил свою аппаратуру тут же, под портретом. Кто-то танцует на узком танцполе в свете софитов, кто-то лениво потягивает пиво и коктейли со льдом.