Чтение онлайн

— Потому что он годами хотел трахнуть тебя, и это его единственный шанс пойти с тобой к алтарю, — Шарлотта пожимает плечами, оглядываясь на меня и проводит языком по уголку своей губы. Она явно хочет меня о чём-то спросить. Я опережаю её, пока Спенсер хмурится и притворяется, что раздражён любовью всей своей жизни.

— Итак, насчёт Тори…, — я начинаю.

Шарлотта подскакивает ко мне, берёт меня за руки и прыгает передо мной, не останавливаясь и не замедляя нашего темпа. Впечатляюще.

— Расскажи мне всё. И, девочка, слава тебе. Ты разгадала эту грёбаную тайну!

— Я не разгадывала…, — начинаю я, но Зейд перебивает меня, вальсируя мимо.

— О, она была такой властной. Надавила на эту девчонку Кэндис и бац. Наружу выплыл их секрет, выплеснувшийся прямо через край, — он приподнимает брови и продолжает идти, в то время как Шарлотта разворачивается так, чтобы идти рядом, а не впереди меня.

— Слухи уже распространяются. Это правда, что девушка-корова столкнула Тори с лестницы?

— Не совсем, — я смотрю на неё и качаю головой. — Очевидно, это был несчастный случай, но это произошло потому, что Нора и Тори поссорились из-за Хью Бранта. Кэндис попыталась вмешаться и, я думаю, столкнула Тори спиной вниз с лестницы. Должно быть, она попала точно в цель.

— Чёрт, — глаза Шарлотты расширяются, и она качает головой. — Ну, по крайней мере, это было не намеренно. Можешь ли ты представить, если бы кто-то убил Тори, чтобы заполучить её парня? Это был бы настоящий бардак.

Я улыбаюсь, но не знаю, как на это ответить.

Я была в такой ситуации, справлялась с этим раньше.

Можно было бы возразить, что Харпер и её друзья пытались убить меня не для того, чтобы заполучить парней как таковых; это было пари Клуба. Тем не менее, весь этот сценарий разворачивался слишком похоже, чтобы чувствовать себя комфортно.

Когда мы добираемся до дома, мы все поднимаемся по лестнице и попадаем в красивый двор, закрытый и благоустроенный до совершенства. Здесь даже есть бассейн, гидромассажная ванна, беседка, камин и кухня на открытом воздухе. Всё помещение освещено гирляндами лампочек, а стол уставлен едой. Рейнджер уже там, расставляет поднос с кексами. Они больше похожи на драгоценности, чем на продукты питания, которые вы могли бы увидеть в вирусном Тик-Токе или каком-нибудь реалити-шоу на Нетфликс о конкурсе выпечки. Все они розовые, блестящие и украшены крошечными табличками с надписью: «Поздравляю, мистер и миссис Вудрафф». Интересно. Я думала, фамилия Черча — Монтегю?

Есть и другие члены семьи, с которыми мне ещё предстоит познакомиться. Я лишь предполагаю, что это семьи других парней Чака. Видя их всех, я заставляю тектонические плиты внутри меня сталкиваться друг с другом, как будто моё сердце — это Сан-Андреас, и крутой апокалипсис уже наступает. Я делаю всё возможное, чтобы сосредоточиться на счастливом событии; прямо сейчас мне не нужно эмоциональное землетрясение. Кроме того, тайна Тори раскрыта, а Клуба Бесконечности нигде не видно.

Жизнь хороша. Или настолько хороша, насколько это возможно без моего отца.

— Угощайтесь, — Рейнджер протягивает руку, указывая на стол, и кто-то запускает плейлист, который, по счастливой случайности, начинается с песни «Afterglow». Зейд переигрывает, предлагая автографы сёстрам Черча и подпевая припев так, что они хихикают вокруг него.

Я сажусь на один из стульев под зонтом, глядя вверх на то, как золотой закат заливает горы за домом.

Не думай о Чарли. Не делай этого, Марни. Не делай этого.

Сидя там, я понимаю, что отчасти причина, по которой я так усердно копалась в смерти Тори, заключалась в том, что это служило мне отвлекающим маневром. Как только солнце опустится за горизонт, завтра оно снова взойдёт. В этом моё горе: солнце в постоянном движении. Иногда оно стоит высоко в небе, и от него невозможно укрыться, — ослепительный летний зной, который печёт и обжигает. В другое время стоит ночь, и я не вижу даже проблеска этих резких лучей.

Дело Тори затянулось гораздо дольше, чем следовало бы.

Теперь кажется, что солнце встаёт, и я бессильна остановить это.

Виндзор садится рядом со мной, и я оглядываюсь, чтобы увидеть, что на его лице тоже маска неразрешённого горя. Фотография той девушки нанесла больше вреда его сердцу, чем нашим отношениям. Тот парень заслужил взбучку, полученную от Крида.

— Ты в порядке? — я спрашиваю его, но он переводит взгляд на меня и повторяет вопрос.

— А ты? — спрашивает он, оглядывая меня, прежде чем выдавить улыбку. — Я ублюдок — ну, не технически, но ты знаешь, что я имею в виду — со мной всё будет в порядке. Я хорошо осознаю собственные недостатки и многочисленные и непоправимые грехи, — он замолкает, когда близнецы занимают свои места напротив нас, их тарелки доверху наполнены едой.

— Не переедайте, — говорит женщина, останавливаясь между ними и протягивая руку, чтобы ущипнуть их за щёки. Они хлопают её по руке, а затем бросают единодушный взгляд через плечо. — Вы хотите завтра на фотографиях получиться жирными?

— Теперь мы взрослые люди. Перестань суетиться, — они возвращаются к еде, когда женщина раздражённо вскидывает руки и уходит. Крид и Миранда присоединяются к нам как раз вовремя, чтобы услышать объяснения близнецов. — Это наша мама, она декан университета.

— И стерва, — шепчет один из них. Помню, как Шарлотта говорила, что Мика был более дерзким из них двоих; должно быть, это он. Может быть.

— Она зацикливается на бесполезных, случайных вещах, — добавляет другой, глядя на Кэботов. — Ваши родители когда-нибудь вели себя так, будто вы единый комплект? Как будто вас не двое, а только одно целое? Это сводит нас с ума.

— И всё же вы, кажется, более чем готовы подыгрывать этому, — вставляет Крид, но Тобиас игнорирует его, сосредоточившись вместо этого на Миранде.

— Раньше так и было. Сейчас уже не так сильно. Как только Крид начал капризничать и вести себя как придурок, они поняли, что в их представлении лучше разделить нас, — Миранда берёт хот-дог, с которого на стол капает кетчуп, и откусывает кусочек. Еда сегодня довольно стандартная американская: бургеры (как говяжьи, так и вегетарианские, кажется, с котлетами из чёрной фасоли), хот-доги (также мясные и вегетарианские), салат, картофель фри, кексы. Ничего чрезмерного или экстравагантного, как я ожидала. Я вроде как предполагала, что у нас будет душный ужин в одном из модных ресторанов в центре Борнстеда.

Так даже лучше.

— В этом есть смысл, — добавляет Мика, кивая и указывая собственным хот-догом на Крида. — Он колоссальный мудак, а ты кажешься классной девчонкой. Несмотря на внешность, на самом деле вы не похожи на близнецов. Говорил же тебе, что мы больше близнецы, чем вы.

— Наибольшие близнецы, — добавляет Тобиас, а затем ударяет брата кулаком.

— А мне на самом деле похуй, что вы думаете, — добавляет Крид, его забинтованные костяшки пальцев обхватывают вилку, которую он, кажется, наполовину готов вонзить в ногу Мики.