Чтение онлайн

— Нормальный парень! — возразил торговец. — Башку Резанного принёс сегодня!

— Резанного? — удивился учёный. — Это тот урод, который за ночь кучу щитовцев перехлопал?

— Тот самый, — подтвердил коммерсант.

— Если он хорошо пилит головы, это не доказывает то, что он обладатель среднего уровня айкью. Ладно, товарищ Майор, — улыбнулся сотрудник «Биогенокса». — Я к тебе ещё через недельку заеду. Но если что принесут, то звони. Да, — вспомнил вдруг учёный, — а этому головорезу своему — Филу, скажи, что пусть лучше забудет и о Профессоре и обо всём, что в своей башке держит насчёт него.

УАЗ уже ждал его у КПП. Запрыгнув ловко в покрытый пылью и засохшими ошмётками радиационной грязи «бобик», Виктор ещё раз махнул торговцу рукой и откинулся на спинку сиденья.

Хрипло зарычав, машина рванула с места, поднимая вверх облако дорожной пыли.

Вытащив из внутреннего кармана камуфляжного анорака трубку радиотелефона дальнего действия, торговец подкинул её на ладони и довольно улыбнувшись, продолжил смотреть вдаль.

Единственным средством связи в аномальном секторе квадрата была только проверенная годами «местная телефонная линия» с хорошо утопленным в цилиндре под землёй медным проводом: остальные варианты не работали, или показывали устойчивость в течении часа. Ни сотовая, никакая другая не выдерживала в этом аду всех испытаний, от смерча-тороида до той аномальной густоты, царствующей в пространстве ионосферы. Хотя, некоторые ходоки продолжали пользоваться рациями, беря их с собой в походы. До трёх километров сигнал был устойчивый, но в тоже время этот радиоэфир могли засечь силовики и накрыть всех к чертям «громом с небес». Аппаратура, расположенная на базе «Контроля», отвечающая самым последним разработкам отечественной РЭБ, всё равно давала сбои в этом секторе и как ни крути погрешность всё равно имела место быть. Но самое главное то, что радиолокационные узлы РЭБ Контроля мониторили все диапазоны частот, постоянно выдавая все захваченные радиосигналы операторам. Своих бойцов Контроль снабжал всякими радиомаяками, но и то предупреждал сразу, что сигнал будет услышан не сразу, и придётся немного подождать вертушку: это всё говорилось к тому, чтобы бойцы не торопились расстреливать весь боезапас…Ни о каких, к чертям собачьим, маршрутизаторах, навигаторах, мобильниках и кпк речи вообще никогда не было — «почтовые голуби», «гонцы золотые пятки» и «ходячие эсэмэски» были куда более актуальны, чем всё то цифровое и технократическое барахло, которым одаривала цивилизация.

Набрав номер, Майор отправил радиосигнал от трубки к базе «SENAO», из которой через секунду, он ушёл в медные жилы телефонной линии и пополз под районом Ударников, лесом, территорией трёх толстяков, и в итоге отозвался громкой трелью из радиотелефона лидера группировки «Щит» — полковника Сарнова Василия Яковлевича.

Услышав телефонную мелодию, Сарнов ещё раз взглянул в заплывшие багровыми гематомами щелки глаз пойманного накануне мародёра и, вытерев забрызганные кровью руки об куртку пленника, подошёл к столу. Взяв трубку, Сарнов поднёс её к мясистому уху:

— Здорово, Майор, чё хотел? Говори…

— Чердак Резанного у меня. Пришли кого-нибудь, — спокойно и твёрдо произнёс Майор.

Довольно улыбнувшись, полковник Сарнов подошёл к сейфу и вытащив из него несколько толстых пачек, приготовил обещанную за голову врага сумму.

Артем не стал дожидаться до обеда щитовцев, которые должны были принести деньги и забрать голову кровного врага Сарнова. Все эти деловые встречи, ему никогда не нравились.

Взяв с собой всё самое необходимое, старатель ещё раз проверил свою разгрузку и в семь утра выдвинулся в путь.

Дойдя до района «Ударников», Артём решил сделать пикник на обочине. Из провианта, как всегда, выделялась тушёнка и рисовая каша. В каком-то справочнике он читал о том, что самым важным продуктом питания для человека, по мнению учёных, является рис. Они провели исследования и путём долгой научной работы пришли к выводу что азиаты в отличии от европейцев и американцев, более здоровы, активны и обладают более мощной иммунной системой благодаря ежедневному употреблению в пищу именно риса. В Бирме например эту крупу поглощают лошадиными дозами. Рис богат тяжёлыми углеводами, которые способны питать организм весь день. К примеру, вьетконговские партизаны уходя на диверсии против «пиндосов» брали с собой горсть риса, которую тянули долгое время, успевая натворить много плохих дел в тылу бравых янки и при этом не терять сил. Артём всегда придерживался мнения Сократа и диетологов в том, что в первую очередь пищу надо рассматривать как состав необходимых для жизнедеятельности организма нутриентов, а не как вожделенный набор вкусовых элементов, жажда которых может превратить человека в неповоротливого бегемота. Но иногда хотелось вкинуть в желудок каких-нибудь пельменей с пылу-жару. Да чтоб аромат говядины с лучком потревожил все рецепторы, которые порядком уже отвыкли от приятных запахов, адаптировавшись к мерзкому, гнилостному амбре. Так что его рацион, отличался от рациона вьетнамского партизана лишь консервированной кониной. И то нормально — главное чтоб не приходилось крыс, да ворон есть, приготовить которых тоже надо уметь. На курсах Слуцкого, грызунами он питался целую неделю и признавать то, что уже различал мясо пасюков по возрасту, даже самому себе было стыдно. Зато проблем с нужными организму ценными и незаменимыми аминокислотами он не испытывал.

Найти Профессора было сейчас очень важно. Орион чувствовал, что чахнет с каждым днём: все признаки лучевой болезни или другой заразы. Ни сегодня так завтра, она одержит над ним верх и тогда всё, баста, пиши пропало. Всё коту под хвост. Конечно же, можно поваляться с недельку в госпитале братства и просто попить настоя из аномального «женьшеня» и встать на ноги — но всё равно это время, а терять его Артём не хотел и только поэтому тянул с лечением, пытаясь найти поскорее Профессора. Погибать от радиации, или инфекции, он не собирался — ни для этого он проник в ад, чтобы вот так просто умереть от радионуклидов или прожорливого вируса. Тем более все болезни, лёгкие и тяжёлые ранения в квадрате можно излечить пропитанными аномальной энергетикой дикоросами. Только для полного излечения требуется время. Восстановление займёт неделю, а полная регенерация может занять и месяц. Врачи в «квадрате» абсолютно не нужны — необходимо время, которого у старателя не было и быть не могло. Слишком много, он взвалил на себя и не собирался отдыхать и лечиться в то время, когда жизнь того человека, от которого зависело сейчас абсолютно всё, висела на волоске. Сектанты могли сделать с Профессором всё что угодно, но думать об этом Артём не хотел — и это была самая главная борьба. Он часто вспоминал слова Цоя, который говорил: «Что нет страшнее тюрьмы, той, что у тебя в голове»

Путь ориона лежал на северо-запад к деревне «Тихой», которую облюбовали ходячие мертвецы, биотроны и арахноды.

Под понятия: «зомби», «ожившие мертвецы» и «объедки» в квадрате попадало несколько разновидностей существ. Зазевавшиеся в лесу китайцы, мародёры, щитовцы, орионы и все остальные люди, плохо защитившие своё тело и забывшие основные меры предосторожности, могли стать добычей псевдоклеща. Даже вне «квадрата» этот маленький плоский засранец лишает людей жизни и превращает их в овощи, парализуя всю нервную систему. Но на этой, аномальной территории клещ приобрёл совершенно уникальные свойства: забравшись в человеческое тело, этот мутант берёт под контроль нервную систему и начинает питаться полезными для его развития насыщенным белком. Поражённый клещом-мутантом человек через час лишается мозга и постепенно начинает гнить изнутри, трансформируясь в ходячего трупа, которому надо утолить дикий голод. Объедки медленно передвигаются, но в самый ответственный момент, когда надо рвать чью-нибудь плоть, активируют все свои рефлексы и машинальную память, становясь во много раз сильнее человека. Вторые же представители мутантов, которых называют зомби — это те, кто вовремя не спрятался от «тороидного смерча». Мощная аномальная энергия этого вихря, тоже оставляет человеку лишь стремление насытиться мясом. Они мало чем отличаются от поражённых клещом. Они ничего не чувствуют кроме изнуряющего голода. Со временем, ползая и шарахаясь по «квадрату» и пожирая всё что движется, они начинают походить на мертвецов Ардженто. Зомбировать человека может «псевдоплесень» — хищный гриб, обитающий на бетонных стенах и терпеливо ждущий своей «минуты славы», стоить только прислониться к стене незакрытой головой и всё, паразит на затылочной части головы обеспечен. Есть ещё пиявки, которые тоже не прочь порулить человеческим телом. Присосавшись, эти мутанты вводят, как и все остальные паразиты-симбиоты особенный яд, которому учёные института Варламова дали название «сыворотка Z». Она выводит из строя все полушария мозга, сжирает большую часть нейронов и оставляет только активной лобную часть. «Сыворотка Z» имеет в своей основе целый комплекс элементов, на восемьдесят процентов совпадает по своему составу со всеми ядами многих паразитов-мутантов. На основе этой странной закономерности и ряда совпадений, абсолютно все учёные-микробиологи НИИ Варламова и всего научного мира квадрата уверены, что эта уникальная сыворотка настоящая биохимическая бомба.

Впереди, ориона ждал лес, потом лагерь щитовцев, пилорама с обителью четырёхруких циклопов и ещё целая куча опасных локаций.

— Меня ждут сюрпризы и избушки на курьих ножках, — усмехнулся парень.

Миновав лесополосу и на удивление не повстречав никого на своём пути, он спустился в овраг.

Эти гниющие низины, как и пустующие дома опасны. Теперь Артём уяснил то, что брошенные строения коварны не только потому, что в них могут прятаться мародёры и грибы-паразиты, но ещё и потому, что в них обитают совсем невымышленные «узники». Эту невидимую сволочь успокаивать надо сразу же с помощью оружия — как и кашпиков, двадцатисантиметровых карлов-засранцев, способных управлять плазмозаврами. Эти сгустки плазмы невозможно уничтожить — плазмозавры могут приобрести разную форму, пропускающую через себя пули и всю материю, но в тоже время энергия вырывающаяся из них, может поднимать вверх тракторы и закидывать их на приличное расстояние. И смерть будет неминуемой, если вовремя не разглядеть и не убить кашпика, находящегося от своего плазматического порождения в десяти-пятнадцати метрах.

Отбросив тревожные и ненужные мысли об этих разномастных тварях, Артём сглотнул застрявший в горле сухой ком и крепче взял автомат.

Подойдя к очередному откосу, орион наткнулся на свежий недоеденный труп мародёра группировки «Тяп-хряп». Впереди догнивал ещё один безголовый мертвец. По зелёному шеврону с женьшенем, Артём понял, что это труп бойца китайской диаспоры.

Голова резкой болью подсказала, что рядом летают невидимые невооружённому глазу криттеры. Мозг ориона завопил об опасности. Артём замер на месте, боясь даже сделать вздох.

Медленно и осторожно, охотник нажал безымянным пальцем левой руки вставленную в манжет маленькую горошину-кнопку, переключающую очки шлема в инфракрасный режим. Только в инфракрасном диапазоне можно увидеть криттеров. Эти твари — так и переводится с английского криттер, — живут в квадрате наравне со всей кровожадной флорой и фауной. Криттеры, как писалось в энциклопедии Варламова — это эфирные существа, плазмоиды, обитающие за гранью трёхмерной реальности. Открыты в пятидесятых американцем Джеймсом Констеблем, который решил пофотографировать в инфракрасном диапазоне окружающий его мир. Фотографии вышли с непонятными, парящими в воздухе полупрозрачными сущностями, похожими по форме иногда на медуз, а иногда и вообще напоминающими что-то аморфное, жутко страшное и вызывающее тревогу. Он назвал их криттерами. В восьмидесятых такие же снимки удалось сделать итальянцу Лучано Бокконе. Оказывается «криттеры» существуют повсюду, спокойно плавая по воздуху. Чаще всего они имеют форму овала или сферы, но иногда они могут принимать более экзотические формы, напоминающие своим видом, некро-готические порождения фантазии художника Ганса Гигера. Криттеров чаще всего фиксировали в аномальных зонах и тектонических разломах. Но в отличии от криттеров, наблюдаемых вне квадрата, в нём представители этой аномалии нападают на людей и мутантов. Первый признак затаившегося плазмоида, это головная боль, повышение давления. В эти моменты надо осторожно отступать назад подальше от зависшей над землёй плазмоидной твари. Но если уж попал в ловушку, то закрой глаза и готовься к мгновенной смерти. Плазмоид съедает свою добычу быстро и без рассусоливаний. Сначала криттер берёт под контроль мозг жертвы, атакуя его своим пси-излучением, потом из организма добычи плазмоид высасывает всю кинетическую энергию а следом за ней добирается до физического тела, оставляя в итоге разорванный труп. Поэтому в квадрате обязательно надо носить очки с инфракрасным режимом и желательно иметь при себе какую-нибудь органику. На этот случай многие орионы, сушат глаза и когти монстров. Бросив коготь в криттера, можно остановить его на несколько минут, за которые надо не теряя времени ретироваться подальше от этой кровожадной, плазмической аномалии.

У Артёма ничего с собой не было — ни высушенных глаз циклопов, ни голов кашпиков, никакого другого дерьма. Тем временем в метрах пяти, он увидел через свои очки, висящего над землёй эфирного монстра размером с бочку и похожего на жука скарабея.

— Твои-то оладушки! — дёрнулся в сторону сталкер. — Какого хрена тебе надо, чучело!

Вырвав из чехла нож, старатель отрубил большой палец с правой руки трупа азиата. Не долго думая, охотник закинул его в недра приближающегося криттера. Приняв в себя корм, плазмоид вспыхнул и тут же исчез.