Чтение онлайн

— Ну… Если вы мне поможете, то я буду очень признательна, — негромко выдаёт она.

— Устроить на должность я тебя не смогу, сама понимаешь почему. Но вот помочь с попаданием на конкурс — это мне по силам.

— О большем я не могла и мечтать!

— Но подготовься как следует, чтобы не опозорить меня.

— Постараюсь… — Анжелика сглатывает целое ведро слюней.

— Она справится, уж поверь, — вклиниваюсь я. — Анжелика — ещё тот ботаник.

— На том и порешим.

— Всё было очень вкусно, но я, пожалуй, пойду, — встаю со стула.

— Госпожа, Ваше Благородие, — начинает Анжелика. — С вашего позволения и отправлюсь готовиться к конкурсу.

— Вот это я понимаю целеустремлённость! — отец показывает большой палец. — Так держать.

Анжелика кланяется и идёт вслед за мной. Её служанка, как и Розалия убираются со стола.

Прежде чем мы покидаем столовую, успеваю сказать:

— Розалия, зайди, как освободишься.

— Слушаюсь, Ваше Благородие, — с тарелками в руках наклоняться неудобно, поэтому она выказывает уважение, склоняя голову.

Мы выходим в гостиную, деревянные двери закрываются сами. Анжелика томно вздыхает и смотрим вперёд.

— С тобой всё в порядке, — дотрагиваюсь до её плеча.

— Это невероятно! — восклицает она. — Я буду участвовать в конкурсе на должность преподавателя!

— Значит, мы в расчёте?

— Я тебе ещё должна осталась! На конкурс берут обычно только тех, кто больше пяти лет отработал куратором. Ну или по блату… А я столько не вынесу! Побежала готовиться!

И она действительно бежит в свою комнату, таких эмоций и такого воодушевления я давно не видел. Анжелика словно полмиллиарда долларов в лотерею выиграла и унеслась обналичивать чек.

А я топаю в свою комнату. Остаётся только дождаться Розалию и попросить её снять этот долбаный гипс.

Я захожу к себе, плюхаюсь на кровать и буквально через пару секунд в дверях появляется она — моя личная горничная.

— Ваше Благородие, разрешите войти. Я прихватила инструменты для снятия гипса.

— Давай скорее, у меня там всё чешется уже который чай!

Она заходит, а в руках у неё длинные ножницы и устройство, похожее на миниатюрную болгарку. Надеюсь, мне сегодня ногу не отпилят. Не хочется остаток дней Чарльза Ксавье косплеить.

— Поставьте ногу вот сюда, пожалуйста, — Розалия подносит табурет.

Свешиваюсь с кровати и кладу загипсованную пятку на мягкую ткань. Розалия убирает в фартук ножницы и включает «болгарку». У меня мелькает мысль, что следует довериться профессионалам, но уже слишком поздно: девушка начала резать.

Главное, чтобы не ногу…

Закрываю глаза — не люблю наблюдать за процедурами. Хоть крови и не боюсь, но когда что-то делают с тобой… Мало приятного.

Не успеваю подумать, как я буду жить без ноги, и слышу:

— Всё готово. Теперь только срежем остатки, — Розалия берёт ножницы и начинает орудовать ими аки парикмахер.

— Быстро ты, однако.

— Меня учили этому, ведь служанка должна обладать целым набором навыков, в том числе по оказанию первой помощи.

— Скажи ещё, что стрелять умеешь, — ухмыляюсь я.

Она задирает подол наряда и показывает кобуру с «глоком», закреплённым на ляжке.

— Конечно, умею. Как же без этого?

— Да едрить меня колотить… Удивила, — одобрительно киваю. — Такой сюрприз под юбкой я совершенно не ожидал…

— Почти готово, — она отрывает все, до единого, куски гипса. — Теперь вам нужно отмочить ногу в горячей воде. Если Ваше Благородие желает, я могу помочь.

— А почему бы и нет?

— Сейчас принесу тазик, — Розалия забирает гипс с инструментами и уходит из комнаты.

Насиловать её я не собираюсь, но почему не воспользоваться своим положением? Чувствую, как начинаю привыкать к хорошей жизни, а ведь ещё и полдня не прошло.

Хорошо быть наследным бароном… Интересно, а чем вообще батя занимается? Я примерно понимаю, какие обязанности у главы города, но вот у правителя… Надо будет поинтересоваться, я ведь наследник, как-никак.

Розалия умудряется локтем надавить на ручку двери и войти с тазом полным воды. Как-то неловко наблюдать за девушкой, которая несёт тяжесть, но если я помогу, то это будет выглядеть странно.

— Ты потом проводишь меня к Лилии? — кладу ногу в таз. — Горячая — это хорошо!

— Конечно, Ваше Благородие, как вам будет угодно. Я лишь хочу предупредить, что она не совсем… — Розалия смывает остатки гипса и не может подобрать нужное слово. — Позволю себе сказать, что она бесцеремонная и не умеет общаться с людьми.

— Хех, заинтриговала… Дикий зверёк, значит? Посмотрим, посмотрим.

— Она может быть грубой…

— Не переживай, я могу поставить на место любого выскочку. Скажи вот что: в особняке есть тир или другое место, где можно пострелять?

— Прислуга и охрана тренируются на специальном полигоне недалеко за городом.

— Надо будет нам с тобой туда съездить. Посмотрим, насколько ты хороша.

— В любое время, Ваше Благородие, — она оттирает остатки и проходится чистой тряпкой. — Готово.

— Спасибо. Сейчас переоденусь, и выходим.

— Какую одежду вам подобрать?

— Нет уж, этим я займусь сам. Надо будет гардероб, кстати, обновить. А это этот голубой карнавал меня не устраивает.

— Мне остаться или уйти? Просто раньше вы всегда просили остаться… — Розалия не знает, куда пристроить свои глаза.

— Мне без разницы, я нудист. Если хочешь, можешь остаться.

— Так и сделаю…

Она уносит таз в ванну, а я лезу в шкаф.

Выбор без выбора — что может быть лучше? Надо откопать наименее стрёмный наряд… Ой, нелегко это будет сделать!

Я всё роюсь и роюсь в этом рассаднике ЛГБТ, а нормальных вещей всё нет и нет. Розалия уже сидит в комнате и ждёт, когда я закончу.

— Да в пиз… Пойду в этом, — достаю тёмно-бордовые спортивки и футболку того же цвета. — А что насчёт обуви?

— Ваша обувь находится в закрытых ящиках, что расположены по правую руку, — поясняет Розалия.

— Так-с… Что тут у нас? — поочерёдно открываю небольшие ящики. — Одно говно… Когда я накуплю новых вещей, Розалия, лапочка, сожги весь этот хлам!