Чтение онлайн

Нойл пытался отдернуть мою руку, но было поздно. Я, не подумав, сдвинула линзу в сторону, открывая обзор на мои карие глаза. Осознание пришло к парню мгновенно, но вместо того, чтобы схватить меня и привезти к своему боссу, Леонардо наклонился ко мне и прошептал:

— Не забывай носить линзы. — А потом так тихо, что не слышал даже Нойл, — Моника с ума сходит.

— Только не…

— Ц-Ц, — цокнул языком парень.

В его взгляде я не смогла разобрать: осек ли он меня, потому что я просила о невозможном, или потому что тайна его девушки — его тайна. Но Лео уже отдалялся от нас, а я почувствовала первый толчок своей крохи. Ахнув от изумления, я упала в руки к Когану, который напугался не меньше моего.

— Она толкнулась. — Улыбка озарила наши лица, и мне стоило только гадать, не слышал ли соратник Луи мои слова.

Шёл уже седьмой месяц моей беременности. После продолжительного токсикоза и дикого желания попробовать асфальт на вкус, я наконец-таки дождалась той поры, когда беременность была в радость. Франческа была буйной девочкой, и теперь во всю дискуссировала со мной. Однажды она так сильно лягнула меня, что я напугалась, не хрустнули ли мои кости.

Все своё свободное время я проводила в саду. Жасмин разросся и цвел, издавая такой восхитительный запах, что уходить из своего цветочного рая не хотелось. Ещё я посадила красные, белые и желтые розы. Она все были с шипами и словно напоминали мне, что красота и изящество может завлечь и ранить одновременно.

По соседству со мной жила женщина. Я никогда не видела, чтобы она выходила из дома, но я всегда замечала ее гордую осанку в окне дома. У неё была домработница Фюсун, — милая сорокалетняя турчанка с чёрными, как смола волосами, и такими же чёрными глазами. Эта женщина очень уважительно отзывалась о хозяйке, рассказывая, что она иммигрировала в Турцию из Италии. Фюсун говорила, что в жизни этой женщины случилось много нехорошего, что в конце концов заставило ее отдалиться от своих детей и уехать жить за моря.

Я всегда хотела познакомится с ней, но как подобраться к нелюдимой женщине не знала. Возможно, когда-нибудь я осмелюсь и смогу зайти к ней в гости с наивкусшейшим пирогом из свежих слив.

Сегодня было мое день рождение. Нойл с самого утра ходил с загадочной улыбкой, словно он придумал что-то такое, что заставит меня завизжать от восторга. В принципе, он практически так и сказал. Сейчас я сидела одна за столом и читала журнал. Чашка турецкого чая стояла на столе и ждала, когда ее содержимое остынет.

Когда послышался звонок в дверь, я насторожилась. В этом доме гостей не было, а единственный гость, проходящий сюда имел собственные ключи. Кто бы это ни был, хорошего не жди.

Я отворила дверь и заметила на пороге большую коробку, поверх которой лежал большой букет цветов. Коробка оказалась не тяжелой, что было хорошо. В последнее время все, что тяжелее сухарной ваты могло связаться на моем организме.

Как только подарок оказался на кухонном столе, я тут же принялась его распаковывать. Детстве игрушки, бутылочки для кормления, даже молокоотсос был в подарке. На дне лежала продолговатая коробка с запиской. Развернув послание, на затылке ворсы встали дыбом. Это было поздравление из прошлого.

«Родная, с днём рождения! Ты хорошо пряталась полгода, но теперь я нашёл тебя. И ты определённо должна мне вернуть должок».

Почерк был смутно похожим на Луи. Но слова, написанные на листке бумаги совсем не котировались с этим мужчиной. Что, если это Стефано? Что, если он нашёл меня и теперь хочет отомстить? Я ведь и правда его предала, сдав полиции. Я нарушила наш уговор, и его злость на меня вполне обоснована.

— Как я могу верить… — вырвалось у меня.

В дверь снова зазвонили, но я, боясь очередного подарка, не спешила ее открывать. Когда кто-то настойчиво начал колотить в дверь, мне всё-таки пришлось открыть её. Удивлению не было предела: на пороге моего дома стояли мои друзья. Моника, по-хозяйски облокотившаяся на брата, нахально улыбалась мне, а Хосе, в свою очередь, держал в руках два объемных пакета.

— Лео говорил, что ты изменилась, но чтобы настолько! — Присвистнула девушка. — Ты уже не ты совсем.

— Ты права, — я сделала два шага назад, впуская гостей. — Я уже не я. Энджи Морриган — жгучая бестия с зелёными глазами, которая родит кареглазую девочку с чёрными волосами.

— Определённо, дети твои будут кареглазые, — задумалась подруга, но потом осеклась.

Она вцепилась в мое просторное платье, скрывающее растущий живот и прикоснулась к животу. Её глаза округлились, и она ахнула.

— Вот черт! И этот старый хрен молчал?

Хосе, несколькими секундами ранее улыбающийся, вдруг погрузился в свои мысли. Казалось, мы снова вернулись в больничную палату, где мой лучший друг и любимый мужчина чуть не перегрызли друг другу глотки.

— Этот мерзавец всё-таки своего добился, — Выпалил он, опуская пакеты на пол. Хосе упал на мой горчичный диван и кулаком ударил по обивке. — Как так?

— Слишком много всего произошло, Хосе. И ты не в праве винить его.

— Я защищала отца своей дочери, несмотря на то, что этот человек мог люто меня ненавидеть сейчас, который безрезультатно ищет меня по всему миру.

— Почему ты молчала? — Его лицо скривило б в гримасе боли. — Я думал, ты умерла! И эта пигалица, — он махнул в сторону своей сестры рукой, — и словом на обмолвилась. Я что, тебе совсем чужой?

— Тебя признали мертвой, Андреа, — пояснила подруга. — Все думают, что ты погибла в тот же день, когда умерли твои родители.

— Луи тоже думает, что я умерла? — Этот вопрос волновал меня больше всего.

— Теперь да. Он не смог тебя отыскать. Леонардо промолчал о том, что видел тебя здесь. Зато рассказал мне.

Моника уселась за стол напротив подарка от не такого уж и таинственного поклонника. Ее внимание привлекла бархатная коробочка, которую я так и не осмелилась открыть. Она раскрыла ее, и я ахнула, находя опору в кресле рядом с Хосе. Мужчина тут же подскочил, усаживая меня на мягкое кресло.

— Кто это прислал? — Голос подруги был глухим, точно таким же, как и звук моего сердца.

— Определённо это Стефано.

Внутри этой коробочки лежало мое обручальное кольцо и браслет, с гравировкой, подаренный мне моим фиктивным мужем на одно из моих дней рождений. Я не помнила, где его потеряла, но это точно случилось после того, как я узнала, что беременна. Неужели я сама выдала себя?

— Теперь я тебя точно не оставлю больше одну, — его взгляд прожигал меня до дыр, но я выдержала этот взгляд.

— Разве у тебя нет своей жизни?

— Твоя безопасность важнее. Как ты здесь прожила столько месяцев одна? — Казалось силы покинули тело мужчины, и он облокотился на край моего кресла. — После всего, что произошло?

— Со мной был Нойл. — Просто ответила я. — Нельзя было раскрывать своё местонахождение. А зная тебя, — я закинула голову назад, встречаясь с его глазами, наблюдающего за мной, — ты бы наделал много глупостей.