Чтение онлайн

Я вывернул всю душу, взлетел над землей и тут же больно разбился, упав. Она меня оттолкнула. Оттолкнула, хотя я видел, какими глазами девушка провожала меня! Видела, как реагирует её тело на мои прикосновения! Оттолкнула, хотя я знал, что она сама этого хотела!

Я снова и снова стучал в закрытые двери, разбивая лоб и кулаки. Я даже привык к такому образу жизни, вечно что-то ей доказывая, что сейчас, когда Андреа предстала передо мной спустя полтора года и кричала о своей ненависти ко мне, я снова пытался убедить её в обратном.

Я знал, найдя её снова, я больше никогда не смогу отпустить. Я был болен волчицей, болен по самое не балуй, и знал, что даже если она сбежит от меня снова, я найду Андреа. Я был и остаюсь чертовым сталкером.

Теперь в своем ежедневнике я писал о своих чувствах, отмечая дни, когда мне хотелось её убить или поцеловать.

Я не могу её простить, но и перестать любить тоже.

Как из грозного Капо парижской мафии я превратился в трухлявого слюнтяя?

Я сидела с дочкой в гостиной. Девочка играла с резиновыми животными на диване, а я молча наблюдала за ней, временами улыбаясь её искренним удивлением и смехом. Находясь близко к отцу ребенка, я все больше замечала сходства. И внешностью и поведением. Она так же, как и Луиджи, хмурилась, точно так же резко взрывалась, когда что-то шло не по её. Меня радовали эти сходства, но в тоже время жутко бесили.

Я не верила, что от любви до ненависти – один шаг. Но это оказалось правдой. Моя безграничная любовь и тоска по Луи превратились в гнев и ненависть, когда улыбка на красивом лице моего друга погасла, а глаза, цвета хвойного леса, навсегда закрылись. Я больше не могла находится с ним в одной комнате. Мысль о моей любви к Луи делала меня грязной. Я ненавидела его, себя и свои чувства.

Чувство вины из-за смерти Хосе заставляет ночь за ночью сжимать подушку от злости и плакать. Я уже не чувствовала себя живой. Была собственной тенью. И моя жизнь продолжается только ради этой маленькой крошки с именем моей матери.

Мои раздумья прекратились, когда напротив меня, рядом с племяшкой, села Моника. Она все еще была зла на меня, но прекращать видеться с моей дочкой не могла. Мы бросали друг другу короткие фразы, приветствуя друг друга и прощаясь. Моника больше не работала на Луи, и я понимала почему, но она продолжала приходить в его дом.

– Привет, – тихо отозвалась я, зная, что девушка не поднимет на меня глаза. Она резко повзрослела с момента смерти её брата. Это подкосило её.

– Привет, – не обращая на меня никакого внимания, ответила девушка. Она взяла дочку на руки и стала играться с ней. Френси же радовалась приходу тети Моники.

– Мон… – Мой голос звучал, словно мольба. Я больше не могла смотреть на ледяную глыбу во взгляде подруги. – Моника, давай поговорим.

– О чем?

Её голос был таким безучастным, словно мы разговаривали о погоде. Я тяжело вздохнула, глотая непрошенные слезы.

– А нам не о чем поговорить?

Этот вопрос вызвал в ней волну гнева. Она вскинула голову, бросая на меня обжигающий злой взгляд. Мои слова отскакивали от нее, словно мячик от сетки. Я помнила её год назад: сияющие глаза, широкая радостная улыбка, а сейчас её осунувшееся лицо, впалые щеки и глаза, говорящие о бескрайней печали, совсем мне напоминали ту жизнерадостную девушку.

– Есть. – Ответила за неё.

– Неужели? Ты наконец-то решила объяснить, почему поступила, как конченная эгоистка?

– Моника…

– Что Моника? Что? Не смей оправдывать свой поступок! Тебя тяготила смерть Хосе? Ты обвинила себя во всех событиях в наших жизнях, но ни разу не заикнулась о моих чувствах! Кто был с тобой на протяжении всей жизни?

Франческа, чувствуя напряжение, начала хныкать и вырываться из рук Моники. Девушка тяжело вздохнула, поцеловала в обе щечки девочку, и передала подошедшей экономке Аннетте. Она как раз вовремя зашла в гостиную, спросить нужно ли нам что-нибудь. Как только шаги экономки стихли, девушка набросилась на меня, словно кобра.

– Раньше я тебя жалела, но сейчас…Оглядись во что превратились наши жизни! Я потеряла брата, родители никак не могут оправиться от горя! Ты потеряла родителей, мужа, и сама чуть не утонула в море!

– Я не могла жить с этим чувством вины, Мон. Пойми меня.

– Понять? – Она вскочила на ноги, кладя руки на бедра. – Что мне понять? Тебе больно, а мне? Мне не больно?

– Ты права.

– Конечно, я права! Как бы я жила еще и без тебя, а? Как бы не ненавидела Луи, я благодарю его за то, что он попался в нужный момент. Я бы осталась на руках с младенцем! Когда ты собираешься ему все рассказать?

– Что рассказать? – Минутное непонимание сменилось на осознание сущности вопроса, я фыркнула и бросила убийственный взгляд на подругу. – После случившегося – никогда.

– Он должен знать.

– Нет. Не после того, как убил Хосе. Он покусился на наши жизни. На жизнь его собственной дочери!

– Если бы он покушался на твою жизнь, то не спасал бы тебя из моря.

– Может, совесть взыграла. – Я закатила глаза под гневное пыхтение подруги. – К тому же, ты слышала Кору.

– Плевать на нее. – Она чертыхнулась. – Эта женщина ненавидит тебя. Логично, что она будет настаивать на обмане.

Я поднялась с дивана и поравнялась с подругой. Наши глаза стреляли друг в друга вражеские стрелы, и я проигрывала. Влага скопилась в глазах, а нижняя губа предательски началась трястись.

– Я не скажу ему ничего, пока не смогу убедится в его невиновности.

– Но ты продолжаешь жить в его доме. – Моника, очевидно, не понимала моих действий.

– Ты думаешь, я по собственной воле?

Я рассмеялась, подойдя к окну и резко отдернув штору. За окном по периметру расхаживал Леонардо, время от времени бросая взгляды на дом. В этот момент он тоже обернулся, и, заметив нас, его взгляд потемнел, и он тут же отвернулся. Я перевела взгляд на подругу, в её глазах тучи стали ещё темнее.

– Что между вами произошло?

– Мы расстались. – Коротко ответила она, со злостью вырывая у меня тюль и зашторивая окно.

– Почему?

– Серьезно? Почему? – Она рассмеялась, но её смех был похож скорее на издевку. – Потому что умер мой брат, потому что я перестала работать на Луи, потому что я не рассказывала ему ничего из своей жизни, ведь моя жизнь заключалась в тебе и Хосе, потому что он упертый осел, который продолжает верно служить своему хозяину. Вот почему.

– Леонардо знал, где я пряталась, и он ни разу не выдал меня Россини. Почему ты решила, что он сдал бы нас тогда?