Чтение онлайн

Может, это был всего лишь слух — про оценку. Но то, что они две коробки клея с собой уперли в столицу, видели многие. Зачем?!

Любят ли Слонопотамы поливинилацетатный клей?

И как они его любят?..

— Мне придется куда-то идти?

— Так я и отдам своего писаря! Все сюда принесут. И бумага у них есть, и копирка. Значит, договорились.

— Бедный Косяк, — сказал я искренне.

— Я его нагружу, и он не будет скучать без тебя, — пообещал Афанасьев.

Завтрак оказался вполне съедобным. Мы заварили чаю и стали решать, слопать еще по баночке из сухого пайка, или не надо. Пришли к выводу, что пока обойдемся, а там видно будет. Если удастся консервы сэкономить — по возвращении в бригаду честно поделим.

После завтрака в дверь кунга деликатно постучали. Я выглянул. Там стоял давешний подполковник-посредник.

— Доброе утро! — сказал он. — А не найдется ли у вас газеты "Красная Звезда"?

— Э-э… — вопрос меня несколько ошарашил, потом я сообразил, в чем дело. — Вам почитать — или как?..

— Ну да, как говорится — сколько оторвем, столько и читаем!

— Момент… Вот, прошу вас.

— Благодарю вас!

Вскоре появился Афанасьев в сопровождении незнакомого солдата. Косяк от нечего делать рванул к майору строевым шагом, козырнул и заорал на весь лес:

— Товарищ майор! За время вашего отсутствия происшествий не случилось! Дежурный по штабу Бригады Большой Мощности младший сержант Косяк!

— Вольно. Значит, ты. Познакомься с моим машинистом. Отдашь бумаги ему, объяснишь, чего надо, потом заберешь. Всё, я на КП…. — Афанасьев вдруг прищурился. — Уверены, что происшествий не случилось?!

Косяк на всякий случай огляделся.

Я эту манеру Афанасьева хорошо знал и ответил без тени сомнения:

— Уверены. Только посредник заходил.

— Чего хотел?

— Попросил газету "Красная Звезда" и убыл с ней в направлении… Вон туда убыл.

— Понял. Несите службу! — строго приказал Афанасьев и отправился на КП. Косяк откозырял ему вслед так старательно, что едва не сбил с головы шапку.

— Хромает у вас строевая подготовка, товарищ младший сержант, — заметил я.

— Виноват, исправлюсь, товарищ младший сержант, — пообещал Косяк.

Солдат с бумажками стоял ни жив, ни мертв. Он просто не знал, как воспринимать весь этот цирк. Судя по внешнему виду, парень был из молодых, если вообще не дух.

А еще он был одет в шинель. Как любой, кого я видел в лесу, включая офицеров. А мы четверо ходили в куртках, и это тоже наводило на размышления: чего они о себе воображают, если одеты не как все, а как удобно? А вдруг у них есть веские основания воображать? А вдруг они сразу дают в хрюсло, если ты на них косо поглядел?..

— Ну, чего надо?! — грозно спросил я.

Документы оказались вроде наших, уровня полка. Действительно похоже на дружескую помощь. Может, у них машинка накрылась или писарю руки отдавило.

— Когда надо?

— Да нам бы к вечеру хорошо бы… К ужину.

— Что случилось-то?

Солдат оглянулся на Косяка. Тот сидел на подножке кабины и крутил ручки приемника.

— Не напрягайся, — посоветовал я. — Это мы дурака валяли. Здесь все свои. Наша бригада — неуставная вусмерть.

— А-а… Ну, у нас, короче, в штабе один немножко не того… Протормозил. А командир нервный… Схватил машинку — и в него кинул…

Представив себе картину происшествия, я ощутил нечто вроде благоговейного ужаса. И порадовался, что служу в ББМ. При всех минусах бригады, "нервных" офицеров, срывающих зло на солдатах, в ней не водилось. Да, капитан Масякин выковыривал наводчика Драгого из-под миномета с помощью лопаты — так было, за что! Коля тогда хорошо навел, от души.

— Здоров мужик ваш командир! — сказал я. — Килограммов двенадцать, а то и все шестнадцать метнул. Убить не фиг делать. Не попал, надеюсь?

— Да в том и дело что промазал! Машинка легкая, портативная… Была.

— А-а… Тогда и правда жалко, что промазал.

Мы с солдатом дружно вздохнули.

— А какая она была при жизни? Как звали покойную?

— Не знаю. Плоская красная с белыми пластмассовыми бортиками. Вроде импортная.

— Вот же сволочь ваш командир! — сказал я с чувством. — Это "ТБМ Трэвеллер Де Люкс". Очень удобная машинка. Только не надо лупить по клавишам со всей дури сверху вниз. Удар должен идти с небольшим потягом, вскользь. Если приноровишься, тогда ей цены нет. У меня такая дома.

— Дома? — удивился солдат.

Развивать эту тему мне не хотелось. Погорюй я еще секунду о судьбе погибшей машинки — страшно захотелось бы домой, к своей. Поэтому я просто сказал:

— К обеду приходи, все будет.

Солдат ушел, озадаченно вобрав голову в плечи. Я повернулся к Косяку:

— Слыхал?..

— Подумаешь, — сказал Косяк. — То ли дело в меня на гражданке аккумулятором бросил один псих.

— Двенадцативольтовым?

— Ха! Двадцатичетырех.

— О, ужас. Он был штангистом?!

— Он был псих, — повторил Косяк. — В больницу с грыжей увезли.

— Кого из вас? — уточнил я на всякий случай.

Косяк рассмеялся. Потом сказал, что со мной в лесу довольно весело, но вообще тут очень скучно.

— А я бы здесь пожил до холодов. Обожаю лес.

— Да что тут делать?! — изумился Косяк.

— А в бригаде что делать? Тебе там, может, не скучно, а я каждый божий день наблюдаю, как моему призыву — кулаком в грудину да сапогом по заднице.

— Тебя-то не трогают.

— Ребят жалко.

Косяк подумал и сказал:

— Дивизион у вас конечно… Долбанутый. Придурок на придурке. Одно слово — болото.

— Ага. Слышал поговорку: "Отчего в третьем дивизионе болото? Потому что в четвертом — трясина!"

— Ну-ну! — Косяк почти обиделся. — Иди печатай. Командир пишущей машинки!

— Есть, товарищ дежурный по штабу! Ладно, не злись. Ваш Исламов, конечно, тот еще товарищ… А в остальном ребята из четвертого нормальные.

— А ваш Арынов — вообще… Как вы его терпите? Я бы убил.