Оружие забвения
Шрифт:
– Это Тора Бем, сбежавший сын Ксара Бема!
– потеряв самообладание, закричал Фаро Три.
Старик покачал головой.
– Как ни странно, это не так. Его имя - Лар Бем. Возможно, это близкий родственник Ксара Бема.
Фаро Три был удивлен, но старался не показывать вида.
Пять часов показались Торе вечностью.
Постепенно к нему вернулось самообладание, и он решил исследовать другие проходы центрального зала.
Некоторые из них уже через тридцать - сорок метров заканчивались ровной стеной скалы. Очевидно, это были недостроенные коридоры. А может, они просто отвлекали случайно забредшего сюда любителя острых ощущений?
Другие коридоры, тоже с каменной перегородкой, послушно открывались перед Торой и беспрепятственно пропускали его. К своему удивлению, Тора нашел хорошо обустроенное жилое помещение и целые камеры, до отказа забитые всем жизненно необходимым. Вероятно, в одну из таких камер и хотел засадить его Лар Бем.
Он крепче сжал бластер кузена, твердо решив, что уж при следующей встрече тот не может рассчитывать на пощаду.
Тора волновался. Он вернулся в зал и уставился на движущуюся с бешеной скоростью дорожку. С каждой минутой она все больше приближала Лара к поверхности луны.
Еще немного - и он достигнет ее. Беспокойство Торы росло с каждой минутой.
Транспортная дорожка начала замедлять ход и через четверть часа остановилась. Однако еще до полной остановки Тора одним прыжком запрыгнул на нее и поспешил к ближайшему креслу. Сделав глубокий вдох, уселся.
Теперь ничто уже не могло остановить его.
Но также ничто не могло ускорить его путь наверх.
Снова прошло пять часов. Они показались Торе еще более ужасными и мучительными, чем первые. С каждым метром приближения к поверхности луны становилось все холоднее и холоднее.
Но вот эти пять часов были позади.
Дорожка стала замедлять свой ход. Еще до остановки Тора выпрыгнул из кресла и быстро направился к шахте, которая была встроена в потолке над маленьким залом.
Он точно рассчитал местоположение середины шахты и остановился там неподвижно. Минуты проходили одна за другой.
Вдруг платформа резко опустилась. Тора ловко отпрыгнул в сторону, а потом ступил на нее. Платформа медленно подняла его наверх.
И вот он снова стоит у подножия передающей излучения башни, которая уже не посылает энергию для Ксара III. Первым делом Тора взглянул туда, где должен был стоять его корабль.
Корабль исчез.
Лар Бем прилетел на Ксар V/2 с сообщником, который и взял космолет Торы.
Из-за тонкого слоя атмосферы температура на луне была довольно низкой. Тора стал замерзать. Других передающих башен он не заметил. Ему оставалось только ждать, пока его не найдут. Ведь должен же кто-нибудь прилететь, чтобы повернуть красный рычаг в начальное положение. Ксар III без энергии не выживет, даже если Лар Бем свергнет ученых и сам станет императором.
Он вынужден будет прилететь на Ксар V/2, и, конечно же, не без охраны.
Но не в ближайшие дни…
“Звездный луч” вернулся на Ксар III как раз вовремя.
На планете царил хаос, и неудивительно, что всю вину за развал империи свалили на ученых. Ненависть народа, копившаяся в течение месяцев, наконец выплеснулась наружу. На борьбу с разъяренными толпами людей были быстро подняты отряды. Но это были такие же люди. К тому же они хорошо поняли, что обещаниям ученых не суждено сбыться. Да еще отказало самое мощное энергетическое оружие, функционировавшее благодаря лучам, посылаемым с таинственной луны.
Как только “Звездный луч” совершил посадку рядом с космопортом, он сразу же был окружен плотным кольцом людей. Во время первого визита их почти никто не встречал, поэтому сейчас все это казалось очень странным. Лишь что-то из ряда вон выходящее могло вызвать такое поведение некогда сдержанных жителей Ксара III.
За всем происходящим снаружи Диркс наблюдал из центрального отсека.
– Со стороны космопорта сюда приближаются солдаты правительства, - оповестил он по бортовому радиопередатчику, чтобы вся команда была в курсе событий.
– Они сейчас начнут разгонять людей.
Но все получилось наоборот. Разъяренная толпа захватывала военные подразделения и уничтожала их. Все это происходило столь стремительно, что Диркс едва успевал комментировать ход событий.
Через пять минут уже не было видно ни одного солдата. Джулиус Декс подошел к Дирксу. На его лбу проступили морщины.
– Здесь что, революция?
– спросил он.
– Иначе чем объяснить такое поведение местного населения?
– Вероятно, пока нас тут не было, Бемы успели свергнуть ученых.
– Тогда почему до сих пор продолжается борьба?
– удивился француз.
– Значит, государственный переворот либо только начинается, либо в самом разгаре. Да, мы прибыли в самый подходящий момент, чтобы вызволить Ранделла из тюрьмы.
– А если возьмутся за нас?
Джулиус Декс подошел к стенному шкафу и открыл его. В нем висело много всякого оружия. Декс выбрал тяжелый бластер и автоматический пистолет с атомными патронами.
– Нас не тронут, уверен! Эти милые игрушки сразу вернут им разум, если будет необходимо. Они, конечно, должны знать, что мы против ученых. Надеюсь, у них тоже есть какие-нибудь…
– Я отправлю Джансену и Уолкеру бластеры, - пообещал Диркс.
– И, Джулиус, будьте осторожнее!
– Не беспокойтесь, - улыбнулся француз.
– Я ни в коем случае не открою огонь первым.
Декс, не раздумывая, вошел в шлюзовую камеру и начал открывать внешний люк. Когда массивная дверь поехала в сторону, гул толпы перед кораблем затих. Однако, когда Декс высунул голову, а затем вышел из корабля, ксарцы бросились к звездолету и стащили его с таким бурным ликованием, что это произвело на Декса довольно сильное впечатление. В первый момент ему стало немного не по себе, но потом Декс увидел радость и улыбки на лицах ксарцев.
В эту минуту он пожалел, что рядом не было переводящей капсулы. Не поняв ни единого слова, он покачал головой, привет пиво улыбнулся и неторопливо направился в сторону города.
Большая часть ксарцев осталась возле корабля, но несколько сотен людей последовали за ним. Они были в одинаковых ярких накидках, независимо от того, мужчины это были или женщины. Только по более длинным волосам женщин и грубым чертам лица мужчин Декс смог определить, что большую часть сопровождающих его составляли мужчины. Судя по глазам, ксарцы были полны решимости действовать до победы.