Чтение онлайн

Ведь было же, сейчас уже и не верится, но было. Совсем близко факельные огни в узких черных глазах. Горячие, сухие губы. Чуть заметный сердце стукает болезненно - рубчик под кожей. Такой остается, если сильно, насквозь прикусить губу. Когда больно.

"ты совсем другая, чем я думал..."

"ты совсем другой..."

Айс не умела плакать. Ни от боли, ни от досады, ни от щемящей пустоты в душе.

Айс метала ножи в полированную, сплошь покрытую тонкой резьбой двустворчатую дверь. Это успокаивало. А если кто-нибудь войдет не вовремя впредь будет наука: стучаться надо.

Три дня спустя, поздним вечером постучали не в дверь, а в окно.

Седьмой этаж... Выше покоев Айс были лишь царские апартаменты - мода такая в мире, чем знатнее, тем дальше от земли забираются. Мода на небо. На пилотов.

Но вот, снова, вежливый стук в стекло.

Погасив свет, Айс, не приближаясь к окну, взглядом распахнула створки.

– Привет, - сказал Зверь.

И улыбнулся - белые зубы ярко сверкнули в полутьме.

– Тарсграе, - только и выговорила Айс.

Прямо под ее окном висел двухместный "болид", висел чуть накренившись, потому что Зверь, ничтоже сумнящеся, сидел на борту, свесив ноги в семиэтажную пропасть.

Столица уручьего царства. Дворцовый комплекс. Этажом выше начинаются царские покои. И гвардии пилот наиболее вероятного противника, оцененный в миллион золотых, сияет улыбкой зависнув на своем "болиде" в самом центре этого осиного гнезда.

– Ты с ума сошел, - Айс подбежала к окну, - ты ненормальный, ты... нет, ты правда, сумасшедший! Что?
– она недоуменно осеклась, когда Зверь протянул ей руку.

– Пойдем, - сказал он, - ты же не собираешься провести вечер в этой дыре?

– Куда?
– очень умно спросила Айс.

– В Цесарру, - удивился Зверь, - куда же еще везти настоящую леди? Нет, можно в Лонгви, но я Лонгви не люблю. Впрочем, если ты настаиваешь...

– Ты хоть знаешь, сколько здесь охраны?
– поинтересовалась она.

– Приблизительно. Давай руку.

– Подожди, я же не одета... Нет, о чем я вообще... Великая Тьма, Зверь, ты совершеннейший псих... Здесь опасно!

– Точно, - согласился он и глянул вниз, чуть не перевернув "болид" можно так брякнуться - по всему двору брызги. Представляешь, как завтра все удивятся? Выходит это царь с утра на крылечко, а вокруг мозги разбрызганы.

– Какие мозги?
– она из последних сил старалась сохранить здравость рассудка, - были бы у тебя мозги, ты сидел бы дома.

– Да ну, - Зверь поморщился, - я из госпиталя сбежал. Дома меня сейчас во как ждут. С силовыми установками, чтобы хватать, вязать и лечить. А чего меня лечить? Я, твоими молитвами, здоров и счастлив. Они же со злости... он сделал большие глаза, большие, испуганные и загадочные, - изучать меня начнут. И нахрен замучают, - закончил буднично и печально. Оглядел ее с головы до ног: - зачем тебе одеваться? Ты и так одета.

Айс посмотрела на свои потертые замшевые штаны, на мужскую рубашку и вздохнула:

– Подожди. Я быстро.

– Ага, - проворчал Зверь, скатываясь внутрь "болида", - как же. Знаем мы это быстро.

* * *

В перерыве между полетами, стоило "Блуднице" влететь в ангар, как "болид" тут же подхватили, перевернули, вытряхнули Зверя на пол:

– Кто она? Колись, Суслик!

– А ба-боч-ка крылышками бяк-бяк-бяк-бяк...
– пропел Зверь, не вставая.

Оглядел склонившиеся над ним лица. Покачал головой:

– А за ней воробушек прыг-прыг-прыг-прыг...

– Та-ак, - сказал Мал.

– Он ее, голубушку, шмяк-шмяк-шмяк-шмяк...

– Упорствует, - выдал Падре коронное словечко палачей-дознатчиков, придется воздействовать.

– Не надо!
– сказал Зверь, - не надо воздействовать. Во-первых, я навру. Во-вторых, убегу. В-третьих, наябедничаю.

– Мне все чаще кажется, - задумчиво заметил Каркун, - что у нас теперь два Шаграта.

– Куда нам их столько?
– в тон подхватил Падре, - одного и то много.

– И за что я вас люблю?
– спросил Зверь.

– Ишь ты, - умилился Мал, - Суслик ведь, зверушка ведь бессмысленная, а гляди-ка, любит.

– Не бьем потому что, - объяснил чуждый сантиментов Шаграт, - а могли бы. Даже ногами.

– Не думаю, - сказал рассудительный Каркун, - Скорее уж, Суслик нас. С ним же легат Бессмертных персонально занимается.

– Это Айс фон Вульф, - сообщил Зверь.

И сам удивился, так тихо вдруг стало.

– Ты, Суслик, шутишь так?
– осторожно спросил Мал.

– Не-а, - Зверь встал, - не шучу. Тема закрыта и обсуждению не подлежит.

Не подлежит обсуждению! Ну да! Весь оставшийся день, весь вечер, и, наверное, всю ночь в "Антиграве", только эта тема и обсуждалась. На разные лады, разными голосами, с выстраиванием самых разных предположений и домыслов.

Зверь в "Антиграве" не был. Его, по окончании полетов, отозвал Эрик и осторожно поинтересовался, что за дикие слухи ходят среди пилотов.

– Слухи?
– удивился Зверь.

Его Величество перешел на "ты", значит опала снята, и снова можно выделываться.

– Говорят о тебе и об Айс фон Вульф, - строго сообщил император, - не ври, что не знаешь.

– А, - Зверь кивнул, - так это не слухи. Это правда.

– Зверь, - стальной взгляд Эрика стал сочувствующим, - ты в порядке? Уруки с тобой ничего не сделали?

– Да нет, - с Мохнуркой и его десятком расстались чуть ли не друзьями, - приглашали заходить еще, - все нормально, сир. Обращались хорошо, не обижали, с Айс разрешали видеться.

– Не паясничай, - попросил император.

– Не буду. Нет, правда, все в порядке.

– Айс фон Вульф собиралась...
– Эрик запнулся, явно подыскивая слово поделикатнее...

– Изучать меня, - подсказал Зверь, - я знаю.

– И?

– И вот, - Зверь изобразил на лице виноватую обреченность.

Император помолчал, покусывая губу. Фамильный фоксовский подбородок угрожающе двигался вверх-вниз. Наградил же бог челюстью - иной раз завидно становится.

– Хильда говорит, ты так и не заглянул к ней по возвращении.