Чтение онлайн

Атаки советских войск, пытавшихся переправиться через реку 14, 15, 16 и 18 ноября, были отбиты, но 21 ноября они высадились на остров Чепель силами до дивизии. Командир полуроты венгерского 4-го гусарского полка Тибор Генчь пишет в своих воспоминаниях:

«На рассвете следующего дня противником вновь была предпринята попытка форсирования рукава Дуная (Рацкевеи-(Шорокшари) — Дуна). Как резервная рота, мы оказались размещены в одной из школ Тёкёля. Офицеры полка спали праведным сном. Те, кто оказался на передовой, майор Мессарош со своими людьми и другие подразделения, не оказали ни малейшего сопротивления. Войска противника, возможно, это были штрафные роты, успевшие изрядно хлебнуть «штурмовой воды», подошли к железнодорожной ветке на окраине поселка, где стоял я и мои люди. Они подходили большими плотными группами, поэтому иногда одной пулей можно было пробить два или даже три тела. Несколько раз мы перезаряжали оружие. В какой-то момент они рассеялись и попытались зайти нам в тыл, обойдя поселок… Тогда нас вытеснили из поселка, а на следующий день была контратака при поддержке немецких танков. На этот раз войска противника успели грамотно окопаться; они сопротивлялись грамотно и серьезно. Они хорошо маскировались в окопах, но мы находили их и убивали выстрелами в шею и в голову. Однако при помощи наших слабых сил полностью очистить Тёкёль было невозможно».

Обеспокоенное угрозой с южного направления, командование группы армий «Юг» перенацелило на остров Чепель 2-й венгерский парашютно-десантный батальон, батальон кадет офицерского училища, боевую группу дивизии «Фельдхернхалле», два отдельных батальона, а также 1-й и 9-й артиллерийские дивизионы. Но этих сил оказалось явно недостаточно для того, чтобы сдержать наступление советского 23-го стрелкового корпуса, который 25 ноября завершил высадку на острове Чепель и соединился с войсками 37-го стрелкового корпуса. Несколько поселков при этом переходили из рук в руки, пока наконец линия фронта не стабилизировалась между Лакихедью и Кирайердё по южной окраине столицы. Советские части продолжали наступать, пока не оказались в пределах доступности огня венгерской артиллерии, которую поддерживали речные катера. 103 венгерских орудия теперь имели возможность обстреливать советские части не только с территории острова Чепель, но и из Шорокшара на востоке, и даже с противоположного берега Дуная на западе. Тем не менее бои продолжались, и, как вспоминает призванный из резерва лейтенант гусарского полка, «к вечеру наши позиции атаковали так называемые русские штрафные батальоны, составленные из политических заключенных (штрафные батальоны набирались по другим критериям — за проступки, совершенные на фронте. — Ред.). Их ожидал ураганный огонь. Совместные залпы пулеметов, минометов, закопанных в землю танков, даже скоростных речных катеров посылали в них пули и снаряды… Атака вскоре захлебнулась. Русские понесли огромные потери. Перед нашими позициями остались лежать сотни умирающих и раненых. Мы слышали, как русские зовут бога: «Господи!», громко стонут и зовут на помощь. Все эти звуки становились все слабее. Наши санитары хотели помочь им, но каждая попытка заканчивалась пулеметным огнем с противоположной стороны. Этих людей просто бросили умирать. Мы не могли помочь им. На следующий день мы уже не слышали стонов».

Общую картину потерь венгров может проиллюстрировать тот факт, что прибывший 28–29 ноября на этот участок из резерва 2-й парашютно-десантный батальон (примерно 1400 человек) по численности был почти равен дивизии гусар, которая к тому времени все еще вела бои в районе острова Чепель.

Сталин и советский Генеральный штаб были недовольны медленным продвижением 2-го Украинского фронта Малиновского, самого мощного на тот момент из всех советских фронтов. (Самым мощным во второй половине 1944 г. и в 1945 г. был 1-й Белорусский фронт, более чем на 300 тыс. по численности войск, а также намного по боевой технике превышавший 2-й Украинский фронт (к началу Будапештской операции насчитывавший 712 тыс. человек). 1-й Украинский фронт также был сильнее 2-го Украинского, лишь немного уступая 1-му Белорусскому (также свыше 1 млн солдат и офицеров). — Ред.) Обстановка на развернутом севернее 4-м Украинском фронте была еще хуже: с августа 1944 г. его войскам удалось продвинуться вперед всего на 200 км. Они прочно застряли в Карпатах. Для выяснения обстановки на этот участок был направлен представитель советского Верховного командования маршал С. К. Тимошенко. В обсуждении обстановки участвовал и командующий действовавшим в Сербии 3-м Украинским фронтом маршал Толбухин, хотя он и не был посвящен в детали плана по овладению Будапештом. Но теперь его роль в Венгрии резко выросла, так как 2-му Украинскому фронту не удалось добиться здесь успеха, а также в связи с невозможностью по политическим соображениям дальнейшего наступления на Балканах. Кроме того, Сталин всегда поощрял своих подчиненных к открытой конкуренции между собой. 24 ноября был получен доклад Тимошенко:

«2-й Украинский фронт является одним из сильнейших фронтов. Он обладает огромным потенциалом, позволяющим разгромить обороняющегося врага. Но, несмотря на это, в последнее время он не смог записать на свой счет никаких значительных успехов. По моему мнению, главные причины безуспешности предпринятых действий кроются в следующем:

1. Полагаясь на относительный перевес в силах, командование пытается одновременно разгромить вражеские группировки на нескольких направлениях (Мишкольц, Эгер, Хатван).

2. Это ведет к распылению сил, в результате чего наши части не могут противопоставить врагу реальный перевес в силе. Например, самая крупная группировка фронта (27-я, 53-я армии и 7-я гвардейская армия), включающая в себя 24 стрелковые дивизии, 3 механизированных и 1 танковый корпус, а также 2 кавалерийских корпуса, действует на нескольких направлениях:

а) на Мишкольцском направлении, на участке фронта шириной 50 км — 27-я армия в составе 8 стрелковых дивизий;

б) на Эгерском направлении, на участке фронта в 45 км — 53-я армия в составе 7 стрелковых дивизий;

в) близ Хатвана действует 7-я гвардейская армия в составе 9 стрелковых дивизий. На том же самом участке развернуты 3 механизированных корпуса, 2 кавалерийских корпуса и 1 танковый корпус.

Таким образом, пехотные части равномерно распределяются по направлениям и между соответствующими армиями. Определенный перевес наблюдается лишь у 7-й гвардейской армии, которой приданы части группы Плиева, 2-го и 4-го механизированных корпусов. Но после продолжительных боев против превосходящих сил противника как группа Плиева, так и механизированные корпуса находятся в ослабленном состоянии…

3. Командование частей, а также штабы частей в некоторой мере избалованы событиями в Румынии и Трансильвании, вследствие чего сотрудничество между отдельными родами войск не организуется с надлежащей тщательностью.

На основе вышеизложенного считаю целесообразным потребовать от командующего 2-м Украинским фронтом следующего:

I. Он должен пересмотреть все свои предыдущие решения и сформировать воинские группировки, которые бы, обладая абсолютным перевесом, нанесли удар по врагу на двух направлениях:

а. В качестве основного направления — Хатван и Балашшадьярмат.

б. В качестве второстепенного направления — Мишкольц».

Советская сторона делала все возможное для того, чтобы обеспечить успех наступления. В направлении на Хатван советские стрелковые и танковые части превосходили противника примерно в девять раз, а превосходство в артиллерии было примерно восьмикратным. Прежде, в районе Карпат советские войска имели примерно четырехкратное превосходство над противостоявшими им венгерской и немецкой группировкой (см. табл. 4 и 5). Общее количество войск, действовавших в районе Будапешта в период с 5 ноября по 24 декабря, достигло у немцев и венгров 7 дивизий (примерно 60 тыс. солдат и офицеров), а с советской и румынской стороны — 12 дивизий (около 110 тыс. солдат и офицеров).

Уже в середине октября 3-й Украинский фронт под командованием Толбухина получил приказ Ставки Верховного Главнокомандования после захвата Белграда прекратить наступление и начать подготовку к ведению наступательной операции на территории Венгрии. Целью наступления было получить доступ к Трансдунайскому месторождению алюминия и нефтепромыслам, после чего фронт должен был продолжить движение в направлении на Вену и при необходимости — на Будапешт. С учетом этого 18 октября в состав 3-го Украинского фронта была передана развернутая в Галиции 4-я гвардейская армия. 9 ноября войска фронта Толбухина создали плацдарм в районе Кишкёсёга на Дунае, который продолжали расширять. 12 ноября Малиновский получил приказ передать 3-му Украинскому фронту 31-й гвардейский стрелковый корпус, а 27 ноября, через три дня после получения доклада Тимошенко, ему пришлось тем же образом расстаться и с 5-м кавалерийским корпусом. Таким образом, по мере того как линия фронта ниже по течению Дуная постепенно смещалась на запад, советские войска получали возможность подойти к Будапешту и с юго-запада.

По рекомендации Толбухина советская ставка отдала приказ Малиновскому двинуть 6-ю танковую армию и 7-ю гвардейскую армию, два механизированных корпуса, один танковый корпус, два кавалерийских корпуса и два только что сформированных артиллерийских дивизиона на Хатван, в район к северо-востоку от Будапешта. Удар на участке 8 км по фронту с целью прорыва обороны противника должен был наноситься в два этапа. Начинали наступление шесть дивизий, затем его развивали две дивизии при поддержке двух артиллерийских дивизионов, а также части 6-й танковой армии. Всего в составе наступающей группировки насчитывалось 510 танков и 2074 орудия и миномета. На каждый километр фронта наступления приходилось 64 танка, 260 артиллерийских орудий и минометов и примерно 4 тысячи солдат и офицеров. На соседнем участке протяженностью 7 км развертывалась 53-я армия, имевшая в своем составе 4 дивизии, 700 артиллерийских орудий и минометов. Теперь у Малиновского были все причины надеяться на то, что в течение трех-четырех дней его войска выйдут в район Ваца и долины реки Ипель, откуда можно было бы не только наступать на Будапешт, но и продвигаться дальше на запад, в направлении на северо-западную часть Венгрии (на Южно-Словацкую низменность, на Братиславу и Вену. — Ред.).

К концу ноября было понятно, что войска фронта Толбухина захватят часть трансдунайской территории Венгрии в течение недель или даже дней, после чего развернутся для наступления на Будапешт с юго-запада. Малиновский, войска которого наносили удар с востока, возможно, не пожелал делиться лаврами захвата венгерской столицы; только этим можно объяснить отданный им приказ 2-му механизированному корпусу и 46-й армии форсировать Дунай и охватить город с запада, опередив тем самым войска 3-го Украинского фронта. Бессмысленность и отсутствие стратегической необходимости этого шага, стоившего многих жизней, становится очевидным с учетом того факта, что к этому моменту немецкая и венгерская оборона была уничтожена южнее того пункта, где войска Малиновского должны были форсировать Дунай. А наступавшие с темпом 10–20 км в день войска Толбухина в любом случае вскоре должны были выйти к Будапешту.