Чтение онлайн

Поговорить больше у них не получилось, потому что Нюся отпросилась с последнего урока, чтобы успеть на вокзал. Янка после уроков зачем-то понадобилась Лоре — наверное, чтобы пополнить поредевшую "свиту". Верная подруга брякнула Ларисе, что сначала должна проводить Гельку домой, и той пришлось изображать перед Лорой недоумение, да ещё отбиваться от слёзно умоляющей её быть поосторожнее, ближайшей подруги. Злая на себя, на Янку, на Лору и на Нюсю, которая заставила её довериться Янке, Ангелина всё-таки от них сбежала, очень надеясь, что Янка не выболтает тут же все её секреты.

Самой идти домой ей почему-то не было страшно. Может, потому что дорога была каждодневная привычная, а может, она дошла в своих испытаниях до какого-то предела, за которым страх уже не ощущается. Сколько можно бояться? Её жизнерадостная натура не позволяла ей долго унывать, хотя и настолько серьёзных проблем у неё до сих пор не появлялось.

Почти полностью опавшие с деревьев и разлёгшиеся на мокром тротуаре затейливым паззлом, осенние листья добавляли румянца пасмурному дню. Как солнечный луч, отразившийся в реке тротуара, сверкали её золотые локоны, выбившиеся из-под капюшона белой куртки.

Подмороженные утром лужи уже оттаяли, и всё внимание девочки было занято тем, чтобы не поскользнуться на липнущих к асфальту листьях или не промочить ноги, в безжалостно сунутых в осеннюю слякоть белых кроссовках.

Мысли о трудном разговоре с братом Гелька пока выбросила из головы, решив довериться вдохновению и сказать ему или всё, или ничего, в зависимости от настроения.

На перекрёстке, у сквера напротив её дома, пережидая проезжающий транспорт, она рассеянно засмотрелась на другую сторону улицы и очнулась только когда поняла, что у неё настроилось световое зрение, и она видит нечто необычное. В это время по тротуару мимо их дома неспешно шла крупная дама, ведя за руку мальчишку-школьника, а от впереди идущей старушки к сорванцу тянулся длинный слабо светящийся след.

Ангелина не могла понять, что она видит. Это было похоже на свадебную процессию, где дети несут за невестой конец свадебного покрывала. Девочка пошла вслед за странной компанией обратно по своей стороне улицы, чтобы вглядеться получше. И тут она увидела, как юнец буквально вытягивает у старушки белые длинные нити энергии: слабый одышечный, то меркнущий, то вспыхивающий снова, свет бабули истекает, а сама она тяжело дыша и останавливаясь время от времени, чтобы передохнуть, едва волочит ноги.

— Что ты делаешь? — закричала Гелька, бросаясь прямо сквозь поток машин через дорогу на другую сторону улицы. Грузная женщина остановилась, недовольно и грозно воззрившись на девочку. Бабушка равнодушно оглянулась и поплелась дальше — ей было не до чужих скандалов, домой бы добраться.

— Что ты делаешь? — возмущённо повторила Гелька. Пацан надулся и спрятался за маму.

— В чём дело? — не осталась в долгу мамаша. — Ты что, паршивка, на детей нападаешь, а? Ребёнок идёт, никого не трогает!

— Вы что, не видели?.. — начала Ангелина и осеклась. Конечно, кто, кроме неё мог это увидеть? Поняв, что запал у скандалистки завял, дама преисполнилась праведным гневом, упёрла руки в боки и двинулась к ней. Ангелина не стала дожидаться, пока ей накостыляют, а погрозила мальчишке и ретировалась. Вслед ей ещё долго неслись выкрики его мамаши.

— Блеск! — бурчала Гелька себе под нос, поднимаясь домой. Уже у себя в комнате, поглаживая Злыдня и глядя на проходящих внизу людей, она вспомнила пространную речь Сергея Петровича и решила при случае получше присмотреться к окружающим. Неужели сегодня ей на глаза попался юный и наглый "вампирчик"? Значит, всё, что ей рассказали — правда? Не обязательно — критически поправила она себя и вздохнула, вспомнив, что сегодня ей предстоит неприятный разговор и с мамой, и с братом, и, скорее всего, с Янкой.

Звонок в дверь оторвал её от окна. Ага, вот и Янка!

"Посмотрим, какие тайны Лора успела из тебя вытянуть!"

Но за распахнутой дверью стоял Егор.

— Извини, я не смог дозвониться… — смог сказать он до того, как Гелька попыталась захлопнуть дверь. Однако, парень успел её придержать.

— Извини, но нам надо поговорить.

Ангелина сложила руки на груди и отошла вглубь прихожей.

— Можно я войду? — мягко, но настойчиво спросил Егор. Гелька молча смотрела на него, прислонясь к двери в свою комнату. Егор вошёл, оставив дверь на лестницу открытой.

— Послушай, я не понимаю, что случилось. Давай объяснимся. Ты же видишь, мы в тебе очень нуждаемся, поэтому между нами не должно быть никаких недоразумений. Скажи, пожалуйста, что тебя так расстроило?

Гелька, прищурившись, молчала.

— Ангелина, — начал опять Егор, оглянувшись на распахнутую дверь, — нам придётся объясниться, пойми же.

Он подошёл ближе, недоумённо разглядывая её.

— Не будь же ты упрямым ребёнком! — воскликнул он, и Гелька вскипела.

— Я не ребёнок! И не дурочка, как вам, наверное, хотелось бы думать! А ещё я не слепая и не глухая!

— Что ты говоришь?

— Я говорю, что я не хочу иметь с вами ничего общего!

— Но почему?

— Потому что вы негодяи! — она подняла сжатые кулаки, как будто собираясь наброситься на него.

— Что?! — опешил Егор.

— Потому что я всё знаю! — она стукнула его в грудь кулаками раз, другой, третий… В голосе её кипели слёзы. — Это вы! Вы меня похитили! Знаешь, что я пережила? Неподвижная, задыхающаяся!.. Ещё этот ваш доктор!

Егор окаменел. Устав молотить его в грудь, Гелька оттолкнула его и тяжело дыша, сказала:

— И попробуйте только опять напасть на меня. Я всем расскажу, что вы бандиты! Бандиты!

Сверкнув глазами, она скрылась в своей комнате и стала ходить из угла в угол, кусая пальцы и стараясь успокоиться. Ей послышалось, что Егор вышел из квартиры, но, дверь, похоже, он так и не закрыл. Ангелина выглянула в прихожую: Егор стоял на лестничной площадке, там же, где вчерашний налётчик.

— И перестаньте подсылать ко мне разных гипнотизёров, — добавила она уже без прежнего запала. Егор обернулся. Было заметно, что он удивлён.

— Каких гипнотизёров? — машинально переспросил он.

— Таких, которые гипнотизируют и тащат на чердак!

— Что? — Егор заметно встревожился. Но Ангелина уже не в состоянии была что-то объяснять: жестокая обида захлестнула её и сдавила горло, злость растворилась в слезах, готовых брызнуть из глаз. Она изо всех сил старалась удержаться, чтобы не расплакаться.

Егор вернулся в квартиру.

— Послушай, ты можешь мне не верить, но клянусь тебе, что никто из нас никого к тебе не подсылал. То похищение было ужасной ошибкой. Прости меня, если сможешь.