Чтение онлайн

– Охренеть, - пораженно произношу. – Тогда супер. Спасибо.

Полгода спустя.

Уже погода я работаю на складе, как пчела, не покладая рук с утра до темной ночи. Каждый день был наполнен тяжелым трудом и бесконечными перемещениями товаров. Но я не жаловался, ведь я знал, что моя семья нуждается в этой работе. Я прекрасно понимаю, что сижу у них на шеи. И от этого мне максимально не комфортно, хотя они мне говорят, что им только в радость.

После долгого рабочего дня я возвращался домой уставший и измотанный. Но в тот момент, когда я заходил в спальню и видел своего спящего племянника, все усталость и стресс от работы сразу улетучивались. Малыш выглядел таким спокойным и беззаботным, словно ничего плохого не существует в этом мире.

Я смотрю на него, молча вознося благодарность за то, что меня окружают такие замечательные люди. В тот момент я понимаю, что все те усилия на работе не напрасны, ведь моя семья и маленький племянник – это моя главная мотивация и смысл жизни.

– Спи спокойно. Дядя рядом.

Я просыпаюсь от слабого плача и тут же осознаю, что это мой маленький племянник, который проснулся. Вставая с кровати, я торопливо спускаюсь по лестнице на кухню, где слышу голос своего брата, пытающегося успокоить малыша.

Открыв дверь, я вижу Макса, сидящего на стуле и качающего ребенка на руках, пытаясь утешить его. Малыш всхлипывает и смотрит на меня своими карими глазками, утопая в слезах.

Я подхожу к брату, поглаживаю его по плечу и спрашиваю.
– Что случилось?

– У нас небольшая температура. Лекарство дал, теперь нужно выждать время.

– Давай мне, иди, умойся и ступай на работу, я справлюсь.

– Спасибо.

Я трогаю его щеку, улыбаюсь и беру малыша на руки, пытаясь утешить его своим голосом.

Мои руки мягко прижимают к себе дрожащее тело малыша, и я чувствую, как его плач постепенно утихает. Мой брат улыбается мне.

– Ты определенно колдун, - произносит он, покидая комнату.

Я решил, что пришло время провести время с моим годовалым племянником и поиграть в развивающие игры. Я подготовил игрушки, пазлы, кубики и другие развивающие материалы, чтобы сделать игру интересной и полезной для его развития.

Богдан радостно улыбнулся, когда увидел, что я приготовил для него игрушки. Мы сели на пол рядом друг с другом, и я показал ему яркие кубики разных форм и цветов. Он с интересом потрогал кубики, изучая их текстуру и форму.

Затем я начал собирать из кубиков различные конструкции, показывая ему, как можно соединять их вместе. Малыш с восторгом наблюдал за моими действиями и пытался повторить их. Я поощрял его и помогал, когда ему было сложно.

После этого мы взяли пазлы и начали собирать картинки из разрезанных частей. Я помогал Богдану правильно соединять части пазла, поддерживая его в процессе и поощряя, когда он успешно справлялся. Мы весело проводили время, улучшая его мелкую моторику и логическое мышление.

Я наклонился над кроватью, чтобы прикрывать Богдана одеялом и поцеловать его в лобик. Он уже засыпал, сладко дыша, и я улыбнулся, чувствуя себя самым счастливым на свете.

– Спи спокойно. Дядя рядом, - произношу одни и те же слова.

Подключив радио няню, я направился к себе в комнату.

Я лежал на кровати, когда вдруг звонок прервал мои мысли. Я взял трубку и услышал серьезный голос.

– Громов Даниил Викторович? – задает вопрос. – Это следователь Крылов.

– Да. Чем обязан?

– Сегодня на улице Лейтенант в автокатастрофе погибли Громов Максим Викторович и его жена Громова Алиса Вячеславовна. Примите мои соболезнования.

Мое сердце замерло, словно остановилось время. Я не мог поверить в то, что слышу. Мои руки начали дрожать, и слезы навернулись в глаза.

Офицер продолжал говорить, давая мне подробности происшествия, но слова его словно не доходили до меня. Я был в полном шоке, не мог поверить.

В голове крутились мысли о том, как им всё еще жить, как они только что были здесь, а теперь их больше нет. Мое сердце разрывалось на части от горя и боли.

Я чувствовал себя полностью ошеломленным и не мог осознать происходящее.

– Даниил Викторович? Вы меня слышите?

– Да. Я… я вас слышу.

– Вам необходимо приехать на опознание…

– Куда?

На ватных ногах я встал с кровати и направился в комнату моего племянника. Аккуратно разбудив его и надев на него комбинезон, я вышел на улицу и направился к месту, где обычно подрабатывают таксисты. Мы молча сели в машину и направились в морг, где, по всей вероятности, находился мой брат и невестка.

По пути я молча обдумывал все возможные варианты развития событий. Я чувствовал, как сердце бьется чаще, а ноги становились еще слабее. Приезжая в морг, я тоже молча следил за своими мыслями, готовый к тому, что могу увидеть.

– Вам чего? – поинтересовалась женщины.

– На опознание.

– Фамилия?

– Громов.

– А, авария. Идемте. Вас уже ждут.

– Хорошо.

– Давайте ребенка мне, ему там не место. Я послежу, - любезно предложила она.

Передав ей Богдана, я направился в том направлении, куда последовала она.

Я вошел в комнату морга и моментально заметил двух мужчин, которые стояли в углу комнаты. Один из них был пузатый мужчина в белом халате, а другой - худой и скрученный. Я понял, что второй из них был следователем, о чем свидетельствовал его официальный вид. Взгляды обоих мужчин были направлены на меня, и я почувствовал на себе тяжелый взгляд их глаз, словно они проникали в самое глубокое подсознание.

– Громов? – спросил Крылов.

– Да, - произнес я, когда меня охватило странное чувство. Всё вокруг было холодно, тихо и жутковато. Постепенно я осматривал помещение, пытаясь понять, что происходит. Мой взгляд упал на холодильник, который стоял у стены.

Доктор подошел к холодильнику, открыл его и выдвинул оттуда два стола. На них лежали два тела, покрытые прозрачной пленкой. Мгновенно меня охватил ужас.

Каждый шорох, каждый звук вызывал у меня дрожь по всему телу.

– Вы готовы? – спросил мужчина в халате.

Нет.

– Да, открывайте.

Сердце мое бешено колотилось, а желание убежать от этой ужасной реальности было огромным.

Наконец, доктор поднял пленку и я увидел их. Мои любимые люди лежали передо мной, безжизненные и испещренные от страшных травм. Я закричал от ужаса и страха, мои глаза наполнились слезами, и я чувствовал, что теряю опору под ногами.