Оскал Фортуны. Трилогия
Шрифт:
Хозяин составил компанию гостю, тоже решив ополоснуться.
Отмытые, довольные господа попали в руки опытных массажистов. Над пухлым телом младшего писца Собрания мудрых добросовестно трудился широкоплечий слуга, которого верховных жрец недавно переманил у старшего писца сепаха, заплатив пять дебенов золота за освобождение того от клятвы.
– Может быть, пригласим наших танцовщиц? – предложил довольный Сетиер, располагавшийся на соседней лежанке, и жмурясь от удовольствия под ловкими пальцами своего старого слуги.
– Благодарю, мудрец, не нужно, – не открывая глаз, отказался гость, – Мой корабль отходит с восходом солнца. А я уже не так молод, чтобы быстро восстановить силы после любовных утех.
– Время беспощадно, – вздохнул верховный жрец.
– В любом возрасте нужно уметь получать удовольствия от жизни, – наставительно проговорил Гнешаат. – Что может быть лучше хорошего ужина и приятной беседы?
– Увы, в нашей глуши не так часто встретишь интересного собеседника, – посетовал Сетиер.
Пришел цирюльник и долго возился со своими инструментами, уничтожая ненужные волоски на лицах и телах господ. Слуги принесли одежду и помогли им облачиться.
В ожидании ужина верховный жрец с младшим писцом Собрания мудрых гуляли по саду, любуясь на цветущие кусты.
– Какие новости в столице, господин Гнешаат? – поинтересовался Сетиер, усаживаясь на скамейку в густой тени сикоморы.
– Их так много, что нам придется пропустить ужин, чтобы услышать их все, – рассмеялся гость, присаживаясь. – Лучше расскажите, что нового у вас? Я слышал, младший писец вашего храма тоже оказался замешан в колдовстве?
– Увы! – верховный жрец со вздохом развел руками. – У них вся семья такая! Чего можно ждать от брата убийцы?
– Это ужасно! – покачал круглой головой Гнешаат. – Его поймали?
– Искали очень тщательно, но он исчез, – Сетиер нахмурился. – Уверен, что здесь не обошлось без магии!
– Да хранят нас все великие боги! – в унисон проговорили гость и хозяин.
– И чужакубийца тоже исчез? – продолжал расспросы младший писец Собрания мудрых.
– Негодяй нашел свою смерть в водах благословенного Лаума! – с пафосом ответил верховный жрец. – Боги не дали ему избегнуть расплаты.
– У вас был такой тихий и спокойный город, – посетовал гость. – И вдруг эта череда убийств!?
– Все началось с возвращения Тусета, – понизил голос хозяин дома. – Он привез изза моря не только утерянную святыню, но и черное колдовство, лишившее покоя весь народ!
– Келлуанам нечего делать в дальних странах, – убежденно заявил Гнешаат. – Вдали от родной земли, нашего Лаума, святынь и богов наши души могут стать лакомой добычей для сил зла!
– Вы говорите истину, – важно кивнул верховный жрец. – Лишь наш государь, жизнь, здоровье, сила оберегает покой всех своих подданных.
Появившийся слуга сообщил, что стол накрыт.
Ужинали посемейному, в тесном кругу. Кроме гостя и Сетиера с супругой присутствовал их старший сын, только что получивший место младшего писца храма Сета. Хозяева постарались не ударить в грязь лицом. Гусь получился замечательный! С хрустящей корочкой, а свежие булочки с изюмом и яблоками просто великолепны! Гнешаат не уставал нахваливать искусство поваров, по секрету сообщив, что не у каждого вельможи в столице есть такие умелые мастера. А когда слуги принесли либрийское вино, гость пришел в полный восторг и после третьего бокала стал рассказывать уморительно смешную историю, как во дворце живого бога искали кошку его любимой наложницы. Красавица капризничала, требуя немедленно отыскать любимую зверюшку. Вот слуги и старались.
– Но вместо кошки нашли пожилую супругу одного очень уважаемого человека в объятиях молодого дворцового стражника! – выпучив глаза, проговорил Гнешаат под смех хозяев. – Представляете, каково это? Толпа слуг с факелами и эти двое в подвале среди бочек в самой пикантной позе!
Жена Сетиера смеялась, осторожно вытирая выступившие на глазах слезы уголком платка, сын фыркал, изо всех сил стараясь не расхохотаться, даже сам хозяин улыбался.
– Но самое смешное, что эти двое заявили, будто осматривают помещение в поисках заговорщиков! – развел руками гость.
Тут уже не выдержал и сам Сетиер!
– Несчастный супруг так расстроился, что в тот же день выкупил у храма Нейт двух молодых танцовщиц!
– А как же кошка? – поинтересовался молодой человек.
– Её нашли в галерее богов за статуей Баст, – торжественно объявил младший писец Собрания мудрых. – Она принесла четырех котят. Это посчитали чудесным предзнаменованием, и жрицы Баст уже попросили государя, жизнь, здоровье, сила передать котят в храм.
За приятной беседой не сразу заметили, как подкрались сумерки. Слуги зажгли светильники. Сетиер уже стал переживать, видя, как столичный гость искусно уходит от серьезных разговоров. Уловив его настроение, супруга и сын покинули зал, оставив хозяина наедине с гостем.
– Мне очень жаль, что вы не погостите у нас подольше, – посетовала женщина на прощанье.
– Увы! – Гнешаат развел руками. – Дела. Я покину ваш дом еще до рассвета и очень прошу не беспокоиться и не провожать меня. Иначе я буду очень переживать, что лишил вас сна.
Кланяясь и желая доброй ночи, хозяйка вышла, аккуратно притворив за собой двери.
Младший писец Собрания мудрых выпил бокал вина.
– Государь назначил наследника.
– Да? – верховный жрец весь превратился в слух.
– Церемония совершится на днях в храме Хотептаха I. Новым живым богом станет Айхмос.
Сетиер почувствовал, как внутри его чтото оборвалось.
– Принц Бэсаат удален из дворца, – продолжал гость. – Государь, жизнь, здоровье, сила приказал ему построить город у озера Лезен и канал, соединяющий его с Лаумом.
– Да, – кивнул Гнешаат. – Главный казначей с семьей отправлен в ссылку в оазис Сельба, а главный смотритель складов на восточную границу. Лишились своих мест и отправились в изгнание еще два десятка вельмож рангом пониже.
– Что же произошло? – в сильнейшем волнении спросил хозяин дома.
– На все воля живого бога, – развел руками собеседник. – Кто мы такие, чтобы обсуждать его волю?
– Да, да, – согласно кивнул Сетиер.
– Арестован Снорамош, бывший наместник в Нидосе, – младший писец налил себе еще вина. – Завтра арестуют его брата. Наверное, солдаты корпуса Моот уже окружили дворец.
– Сепаха? – вскричал пораженный верховный жрец.