Чтение онлайн

Её взгляд сместился на маленький вспомогательный экран. Беззвучно началась прокрутка оцифрованной тридцатисекундной видеозаписи. Летний день. Маленькая девочка с двумя косичками толкает качели. На них сидит смеющийся мальчик, её брат Михаил. Он запрокидывает голову, и его смех, который Лена помнила до последней ноты, кажется, заполняет всю комнату, хотя звука не было.

Видео закончилось. Петля. Снова тот же смех.

Она смотрела его трижды. Потом экран погас. Лена вернулась к тактической карте. Её решение давно было принято. Её логика подчинялась одной, главной иррациональной директиве.

— Протокол «Ищейка», — произнёс её бесстрастный, синтезированный голос. — Активировать. Объект: сектор Z-9. Цель: идентификация и маркировка.

Система не задавала вопросов. Она исполняла.

Взрыв был глухим, сминающим. Будто многотонный пресс ударил по бетону. Стена подвала выгнулась внутрь. Бетонная крошка посыпалась на пол. Хавьер вскочил, выставляя винтовку.

В проломе, окутанный пылью, показался дрон. Меньше патрульного, приземистее, он походил на металлического паука. Его корпус был усеян десятками крошечных антенн.

Ищейка.

Чёрт.

Дрон не стрелял. Из его нижней части с тихим шипением вырвалось едва видимое облако серебристой пыли. Оно медленно поплыло по подвалу.

— Не дыши! — прорычал Хавьер, толкая Люсию себе за спину.

Но было поздно.

Воздух наполнился запахом горелой проводки и чего-то химического, от чего запершило в горле. Хавьер почувствовал, как на коже оседает невидимая, колючая пыль. Он понял. Это была не просто атака. Это была метка. Теперь их биометрия, их тепловой след — всё это летело по сети прямо к Лене. Они перестали быть призраками. Теперь у них были имена, которые видела система. Они были помечены.

— Сука! — вырвалось у него.

Он открыл огонь. Пули ударили в корпус дрона, но не причинили вреда. Ищейка, выполнив задачу, ответил очередью. Пули раскрошили бетон рядом с головой Хавьера.

— Уходим!

Он схватил Люсию за руку и потащил вглубь подвала, к узкому проходу в городские коммуникации. Сзади раздавался механический вой преследователя.

Вода была по щиколотку. Ледяная, вонючая жижа старого коллектора. Они бежали, спотыкаясь в темноте. Свет от фонаря на винтовке выхватывал из мрака склизкие стены. Сзади, в туннеле, приближался механический вой и отблески красных огней. Не один дрон. Несколько.

Тупик.

Массивная ржавая решётка перегораживала туннель. Она была вмурована в бетон десятки лет назад.

Они были загнаны в угол.

Хавьер развернулся, прикрывая Люсию. Последний магазин. Тридцать патронов против машин. Безнадёжно. Он посмотрел на сестру. В её глазах не было страха. Только бездонная усталость. Она просто ждала, когда всё это закончится.

В этот момент старый, треснутый планшет в левой руке Хавьера завибрировал. Он никогда раньше этого не делал. Хавьер удивлённо уставился на экран. Тот был мёртв уже несколько месяцев, но сейчас по нему пробежала строка загрузки, словно кто-то активировал резервный протокол, о котором он сам уже почти забыл. Экран вспыхнул ярким, чистым белым светом.

На нём начали появляться буквы.

Маяк. Исландия. Они не видят сквозь пар.

Фраза висела в воздухе три секунды. И тут же исчезла. Экран погас.

Вой дронов стал оглушительно громким. Красные огни залили туннель. У Хавьера были секунды на решение. Довериться сообщению-призраку или умереть здесь.

Он схватил Люсию за руку. Её ладонь была ледяной.

— Бежим! — его голос сорвался на хрип. Он рванул её в боковой, ещё более узкий проход, который раньше не заметил.

Красные огни заполнили тупик позади них.

Вибрация проходила сквозь него, отдавалась в костях. Низкий, ровный гул судовых двигателей. Он был частью этого гула, частью холодной, вибрирующей тьмы. Хавьер прижался плечом к стене рефрижераторного трюма, ощущая, как металл высасывает остатки тепла.

Воздух был густым, тяжёлым. Пах замороженной треской, солью и машинным маслом. Изо рта шёл пар.

Рядом, почти невидимая в темноте, сидела Люсия. Она дрожала, сжавшись в комок. Хавьер накрыл её старым брезентом, который пах так же, как и всё здесь — рыбой и безысходностью. Он держал винтовку на коленях, холодный пластик привычно лежал в ладонях. Замкнутое пространство, понятная угроза, ясная задача. В этом он был как дома. Но дом этот был ледяным адом.

— Холодно, — прошептала Люсия. Её шёпот был таким тихим, что казался просто сквозняком.

— Знаю. Скоро прибудем.

Он не знал этого наверняка. Ничего не знал. Просто сообщение-призрак на мёртвом планшете. Ловушка? Может быть. Но альтернативой была смерть в бетонном коллекторе. Ржавый механизм в его груди, провернувшийся в тот момент, до сих пор не встал на место.

Он вгляделся в сестру. Она дрожала не только от холода. В тусклом свете, пробивавшемся сквозь щель под дверью, он увидел это. Серебристая пыль на рукаве её куртки. Наследие «Ищейки», металлического паука, которого они встретили в руинах завода. Пыль не просто лежала на ткани. Она слабо, почти незаметно мерцала.

Чёрт.

— Стой ровно, — скомандовал он.

Он достал из кармана нож и краем лезвия попытался соскоблить проклятую дрянь. Пыль размазывалась, въедалась глубже в волокна. Словно была живой. От неё исходил едва уловимый запах горелой проводки, запах врага.

— Не стирается, — прошептала Люсия, и в её голосе был ужас.

— Я вижу.

Они привезли маячок с собой. Они сами были маячком. Это было не просто поражение. Это было унижение. Лена Орлова не просто охотилась на них. Она играла с ними.

Внезапно гул двигателей изменился, стал ниже. Судно замедлило ход. С палубы донеслись крики на незнакомом, гортанном языке. Потом тяжёлые шаги. Хавьер вскинул винтовку, прицеливаясь в дверь. Его сердце забилось ровно, мощно. Это он понимал. Это была работа.

Дверь со скрежетом отъехала в сторону. В трюм ударил слепящий серый свет, заставив зажмуриться. В проёме стояли два силуэта в форме. Пограничники. За ними маячила грузная фигура капитана, его обветрённое лицо было непроницаемым.

Один из пограничников, молодой парень с жидкими усиками, шагнул внутрь. В руке он держал ручной сканер. Хавьер медленно опустил винтовку, пряча её под брезентом.

Пограничник лениво повёл сканером по штабелям с ящиками. Луч скользнул по Хавьеру. Тишина. Затем он навёл прибор на Люсию.