Чтение онлайн

— Кинь туда гранату и запечатай дверь.

— Нельзя, там наши люди.

— Вентц, докладывай.

Молчание.

— Ты заходишь первым, Тейфас.

— Почему я?

— Потому что я тебе приказываю.

Тейфас осторожно протиснулся в тамбур — и замер от изумления, увидев три неподвижных тела. Опасаясь, что дверь запрут и запечатают, если она сделает еще выстрел, Корделия дождалась, пока он, наконец, не поднял глаза вверх.

Очаровательно улыбнувшись, она чуть помахала рукой и прошептала:

— Закрой дверь!

Лицо его отражало целую гамму чувств: непонимание, надежду, гнев. Раструб нейробластера смотрел точно на ее голову, огромный, как прожектор. Оба держали пальцы на спусковых крючках — в некотором роде равновесие. «Форкосиган прав, — подумала Корделия. — Нейробластер действительно убедительнее…»

— Кажется, тут какая-то утечка газа. Закройте-ка на секунду дверь, я проверю, — громко проговорил Тейфас.

Корделия, прищурившись, улыбнулась ему из-под потолка:

— Привет. Хочешь выбраться из этой дыры?

— Что вы тут делаете — вы, бетанка?

Очень разумный вопрос, с горечью подумала она.

— Пытаюсь спасти несколько жизней. Не беспокойтесь — ваши друзья всего лишь парализованы (незачем Упоминать о том, кого пристрелили свои — видимо, он погиб, дав ей нужное мгновение, чтобы выжить). — Переходи на нашу сторону, — стала уговаривать она, словно оба они были соперниками в какой-то детской игре. — Капитан Форкосиган тебя простит — не упомянет в докладе. Даст тебе медаль…

— Какую медаль? — пробормотал ошарашенный Тейфас.

— Почем мне знать? Какую захочешь. Тебе даже не придется никого убивать. У меня с собой еще один парализатор.

— А какая у меня гарантия?

Отчаяние придало ей отваги.

— Слово Форкосигана. Скажешь ему, что я его дала.

— А кто вы такая, чтобы обещать за него?

— Если мы оба останемся живы, то я — леди Форкосиган.

(Интересно, лжет она сейчас или говорит правду?)

Тейфас даже присвистнул. Но лицо его смягчилось.

— Тебе и правда хочется дать пятидесяти приятелям вдохнуть вакуума, лишь бы спасти карьеру министерского шпиона? — Никогда еще ее шепот не звучал так убедительно.

— Нет, — твердо сказал Тейфас. — Давайте парализатор.

Вот он, момент истины… Корделия бросила ему оружие.

— Трое здесь, осталось семеро. Как лучше действовать?

— Я могу заманить сюда еще двоих. Другие у главного входа. Если повезет, мы сможем захватить их врасплох.

— Начинай.

Тейфас приоткрыл дверь.

— Это действительно утечка газа, — он для убедительности покашлял. — Помогите мне вытащить оттуда этих парней, и мы запечатаем дверь.

— Я готов поклясться, что слышал выстрел парализатора, — проворчал его спутник, входя в тамбур.

— Наверное, они пытались привлечь наше внимание.

По лицу мятежника скользнуло подозрение — до него дошла нелепица этих слов.

— У них же не было парализаторов, — начал он, но тут, к счастью вошел второй. Корделия и Тейфас выстрелили одновременно.

— Пять есть, пять осталось, — подытожила Корделия, спрыгивая вниз. Теперь она прихрамывала — после ожога из нейробластера плохо слушалась левая нога. — Наши шансы растут.

— Чтобы получилось, надо действовать быстро, — предостерег ее Тейфас.

— Идет.

Они проскользнули в дверь и побежали через технический отсек. Автоматы исправно продолжали работу, равнодушные к тому, кто управляет ими. В стороне было небрежно свалено несколько тел в черных комбинезонах. Подбежав к повороту, Тейфас предупреждающе поднял руку. Корделия кивнула. Он спокойно зашел за угол, а Корделия прижалась к самому краю стены, выжидая. Затем Тейфас поднял парализатор, а она прокралась за поворот, выискивая мишень. Помещение заканчивалось выходом на верхнюю палубу. Пять человек стояли, прислушиваясь к стукам и шипению, глухо доносившимся сквозь люк, к которому вело несколько металлических ступеней.

— Готовятся к штурму, — проговорил один из них. — Пора выпускать им воздух.

«Последние слова», — подумала Корделия и дважды выстрелила. Тейфас, стоя рядом, дал длинную очередь. Все кончилось. «И я больше никогда, — молча дала она клятву, — не буду называть выходки Стьюбена сумасшедшими». Ей хотелось отшвырнуть парализатор, зареветь и забиться в угол, но ее роль еще не сыграна.

— Тейфас, — окликнула она. — У меня есть еще одно дело.

Он подошел к ней — похоже было, что его и самого трясет.

— Я вытащила тебя из мятежа, и мне нужна твоя помощь. Как вывести из строя плазменное оружие дальнего Радиуса так, чтобы оно не действовало ближайшие два часа?

— А зачем вам это? Это капитан приказал?

— Нет, — честно ответила Корделия. — Капитан этого не приказывал, но он будет рад это увидеть.

Сбитый с толку Тейфас не возражал.

— Ну, если закоротить вон тот пульт, — сказал он, — это сильно замедлит дело.

— Дай мне плазмотрон.

«Нужно ли это? — спросила она себя, глядя на секцию управления, и сама ответила: — Да. Иначе Форкосиган выстрелит по нашим людям. Это так же верно, как и то, что я убегу. Доверие к пленным и измена присяге — разные вещи. Незачем подвергать его совесть слишком серьезному испытанию».

Если только Тейфас не надул, указав на управление туалетами или еще что-нибудь в том же духе… Корделия выстрелила по пульту и полюбовалась, как он разлетается фонтаном искр.

— А теперь, — объявила она, возвращая плазмотрон, — мне нужна фора в пару минут. Потом можешь открывать дверь и становиться героем. Только сперва окликни их, а то там впереди сержант Ботари.

— Ясно. Спасибо.

Она посмотрела на люк главного входа. Он сейчас всего в трех метрах — непреодолимое расстояние. Так всегда бывает в физике, но в физике сердца: расстояние относительно, абсолютным является только время. Секунды мурашками бежали по позвоночнику.

Она кусала губы, испытующе поглядывая на Тейфаса. Последняя возможность что-нибудь сообщить Форкосигану… Нет. Абсурдная идея передать слова «Я тебя люблю» просто смехотворна. Передать поклон — слишком надменно, привет — слишком холодно. Что же до простого «да»…

Кивнув на прощание озадаченному солдату, она бросилась обратно к тамбуру и вскарабкалась по лестнице. Отстучала ритмичный сигнал по крышке люка. Через секунду люк распахнулся, и Корделия оказалась нос к носу с плазмотроном старшины Нилезы.